Мистерия - Вероника Мелан

– Я все увидел и все сказал. И я никогда не буду от тебя далеко, Тайра. Счастья вам, мира и любви.

– И тебе благих времен, где бы ты ни пребывал. Я буду помнить. Я буду с тобой говорить…

И когда Учитель исчез, Тайра в который раз опустилась на колени и, сама не зная от чего – от печали расставания, радости встречи, благодарности за помощь, от пережитых эмоций? – заплакала.

* * *

После того, как Дрейку удалось заставить Стива увести пребывающую в эмоциональном раздрае Тайру, заверив последнюю, что они вскоре увидятся и у нее еще будет поблагодарить их всех за помощь, включая Баала, он повернулся к бледному, шатающемуся, но чертовски довольному демону и задал мучавший все это время вопрос:

– Слушай, объясни мне одну вещь, – на том месте, где недавно находились гости, все еще вращалась энергетическая воронка. Наверное, она сохранится здесь еще в течение нескольких часов, если не дней – интересно, дар это или проклятье? – не пойму, почему Архангел? Почему не просто Ангел? Почему пришла такая мощная… невероятно мощная сущность?

– Простой Ангел? Не бывает простых Ангелов. Это так, к слову… – Баал улыбался. – Знаешь, когда мы спускались в Нижний Мир, я тоже не удержался и задал ему этот вопрос. Наглый, наверное, вопрос, но он не разозлился.

– И ответил?

– Ответил.

– Так что он сказал?

– Он сказал, что простой, как ты выразился, Ангел способен пожертвовать собой, чтобы продлить человеку жизнь, если того требуют обстоятельства. Но силой вернуть душу из Нижнего Мира обладают только Архангелы и их мечи.

– А их что, много?

– Архангелов?

– Да.

– Ну, несколько штук, настолько я знаю, имеется. Слушай, можно я посплю здесь? – Регносцирос аккуратно устроился на полу и принялся прилаживать под голову руку. – Знаешь, я что-то сильно устал. Вот как-то очень сильно.

– Пойдем, – Дрейк аккуратно помог недовольному демону подняться и повел его к двери. – Там, этажом ниже, есть диван. Поспишь. А потом расскажешь мне, как это было, ладно?

– Если вспомню, как проснусь.

– Ты уж будь добр.

– Будь добр, будь добр… Ты мне, кстати, что-нибудь хорошее задолжал.

– Теперь можешь умножить это желание на два.

– Вот это я запомню, несмотря на то, что устал.

– Запомни-запомни…

Как только в комнату-коллектор закрылась дверь, затихло в ее стенах и довольное покряхтывание Регносцироса.

* * *

То был первый и единственный раз на ее памяти, когда Стив сматерился.

Стоя на продуваемой ветром стоянке у машины и прижимая к себе Тайру, доктор произнес слова, которые она запомнила на всю оставшуюся жизнь:

– Знаешь, что мы сейчас сделаем? Вот прямо сейчас…

– Что?

– Мы поедем к тебе в домик и выкинем в мусорку твой еб@чий календарь. Ладно?

Она дрожала на ветру, хлюпала носом и смеялась сквозь слезы.

– Ладно.

* * *

Тем же вечером Дрейк и Баал, сидя перед непременным молчаливым собеседником – пламенем в камине – и потягивая виски, вели пространный философский и бесконечный по сути и содержанию разговор. Оба, кажется, были уже чуть пьяны, но расслаблены и довольны.

– Это для тебя подобные существа – загадки, – вещал Регносцирос, помахивая почти пустым стаканом, на дне которого позвякивал подтаявший лед, – а во многих других мирах Ангелы и Демоны во всю орудуют, используя людей. С той лишь разницей, что первые пытаются их защищать, а вторые сбивать с пути истинного, играя на единственном доступном и безотказно действующем инструменте – человеческих эмоциях. Потому что по большому счету эмоции – это все, что есть у людей. Нет, у них нет денег, богатства, достижений, славы или за чем там еще они постоянно гонятся? У них есть лишь способы обеспечить себя очередной радостной минутой. И то, если повезет. А ты отгородился ото всех и теперь искренне дивишься тому, что увидел сегодня.

– Но Архангел… Вот уж не думал.

Человек в серебристой форме раньше никогда не пил спиртного у Баала в гостиной, и теперь хозяин дома наблюдал за гостем со скрытой радостью – вот так и тают между людьми преграды, так и сближаются совсем разные, казалось бы, личности. И хорошо, что так, приятно. На деле в этот момент Регносцирос думал не столько о Дрейке, сколько о еще одном диалоге с Измаилом, который случился на пути в Нижний Мир. О своем вопросе и о том ответе, что получил от служителя Бога.

– А правда ли, что Ангел есть у каждого человека?

– Правда.

– Значит, он есть и у меня?

«Но я же демон. Нонсенс. Мне такого не может быть дано…»

Но Архангел удивил.

– Он есть и у тебя, Баал. Присматривает за тобой, старается помогать.

Невероятно. Значит, и сейчас этот невидимый пернатокрылый товарищ стоит где-нибудь за диваном, смотрит на то, как они с Дрейком выпивают, и ухмыляется? Чего он только, должно быть, не насмотрелся за долгую, иногда крайне насыщенную полудемонскую жизнь. Наверное, временами он был вынужден прикрывать лик крыльями и отворачиваться… Иначе никак.

– Я, вот, подумал о другом, Дрейк.

– О чем?

– О том, что они бы все равно вмешались. Если не сегодня, то в день, когда у Тайры истек бы жизненный срок.

– Почему ты так думаешь?

Регносцирос усмехнулся и потянулся за бутылкой.

– Да потому что они все это время зорко следили за ней. И если уж не позволили ей умереть тогда, то навряд ли позволили бы в конце срока слежки. Пришли бы, как сегодня, поговорили бы, дали второй шанс. Но… это мои мысли.

– Зачем же тогда пришли сегодня?

– Просто потому, что мы заварили эту кашу. Выдумали идти вниз, махать руками, разбираться. Слишком хороший и удобный шанс, чтобы его упускать, не находишь?

– Получается, мы могли ничего не делать для Тайры?

– Не знаю. Я не утверждаю, но, возможно, могли бы и не делать.

– Но мы все равно были ей должны.

– Это да.

– Вот и вернули долг. Отблагодарили.

Баал, вспомнив об обещанном ему самому долге, расслабленно улыбнулся.

– Что, уже придумал? – тут же прочитал его мысли Начальник?

– Нет, еще нет.

– Тогда, пожалуй, налей немного и мне тоже. Свобода все-таки. Хороший вечер, тихий. И мы больше никому ничего не должны.

Благородно звякнули, соприкоснувшись, стенки бокалов.

* * *

В тот же самый момент, когда на другом конце города предавались беседе демон и Дрейк, в гостиной у Стива царила благостная тишина.