Ключ для пешки - Ирина Кайлес

Рашевская наконец со стоном открыла глаза:

— Где мы?

— Не знаю… — ответил Федя. Только сейчас, перестав волноваться за Ирину, он понял, как ему нехорошо.

Ириша немного приподнялась:

— Так голова кружится…

— Посиди немного, это пройдет… — Литвинову самому хотелось бы в это верить. Ян подполз обратно.

— Ты как? — выдавил Федя.

— Я-то нормально. А вот травка… такая красивая была… — Ян кивнул на лужу блевотины.

Ириша, увидев эту картину, быстро отвернулась, и травка погибла еще в одном месте. Федя, повинуясь общему инстинкту, еле удержался.

Ребята отползли в сторону, насколько смогли. Встать не было никакой возможности: голова кружилась слишком сильно. Все трое повалились на траву, отходя от пережитого стресса.

Постепенно пришли в норму. Федя сел, огляделся вокруг. От красоты, окружавшей ребят, захватывало дух: они находились словно в райских садах. Пышная экзотическая растительность поражала воображение восхитительной, непередаваемой палитрой красок и какой-то… первозданной гармонией. Крупные, самых разных оттенков и форм, цветы источали нежные ароматы; живописнейшие горы покрывала сочная зелень. Солнце играло яркими бликами на водной глади изумрудного моря, перед которым раскинулся великолепный белый песчаный пляж. Пение птиц успокаивало и очаровывало неземными, ангельскими звуками. Казалось, это действительно поет невидимый хор ангелов.

Ян присвистнул:

— Ни фига себе! Это чё, типа курорта? Может, искупаемся?

— Не уверен, что это хорошая идея, — в голосе Феди сквозила тревога.

— Почему?

— Не знаю. Не так здесь что-то.

Ириша поднялась на ноги.

— Пойдем посмотрим, что там, — предложила девушка.

— Да, идем.

Дружно двинулись к морю. Солнце, не обжигая, ласково грело, приятно обдувал легкий морской бриз. На небе ни облачка. Все вокруг дышало спокойствием и умиротворением, неземным счастьем и благодатью. Хотелось только одного: остаться в этом раю навсегда.

Вскоре в поле зрения появилась красивейшая трехэтажная вилла с широкой верандой. Ребята, как по команде, прямиком направились туда, не проронив ни слова. Они подошли к дому, робко постучали в дверь. Дверь распахнулась, на пороге стояла молоденькая девушка в легких, просторных бело-голубых одеждах. Длинные черные волосы крупными кудрями спадали на плечи, приветливые темно-синие глаза светились радостью.

— Я ждала вас, — голос девушки, мелодичный и ласковый, был так же прекрасен, как и ее улыбка. — Проходите, это ваш дом.

— Что? — Федя насторожился.

— Это ваш дом. Вы можете остаться здесь навсегда, — незнакомка повернулась к Яну, заглянула ему в глаза: — Я ждала тебя. Они уже нашли свою любовь, а я — твоя судьба.

Красавица нежно обняла Шабурова и поцеловала в губы. Эмоции, которые в этот миг пережил Ян, не описать словами. Мозг взорвался и исчез, юноша забыл обо всем. Словно околдованный, он порывисто прижал к себе девушку и повторил поцелуй. Такого сильного и жгучего желания он не испытывал еще ни разу в жизни: тело сошло с ума, подчиняя безумной страсти все мысли и все чувства. Потрясенный, Ян взял прекрасную незнакомку за руку и пошел за ней в дом. Ирина с Федей переглянулись, направились следом. Литвинова не оставляла мысль, что это чудовищная ловушка, наподобие восточного замка в пятом туре Игры.

Интерьер дома поражал изысканной красотой. Феде было плевать на эту роскошь: тревога не оставляла его ни на секунду. Ириша, почувствовав состояние любимого, крепко сжала его руку.

Девушка провела гостей по всему дому, обезоруживающе улыбнулась и произнесла:

— Ирина, Федя, располагайтесь. Ян, пойдем… — она недвусмысленно провела нежной рукой по груди Шабурова, отключив тем самым в его голове последние мозговые клетки, взяла за руку, потянула за собой…

— Стойте! — крикнул Федя.

Девушка вздрогнула.

— Стойте, — продолжил Литвинов. — Мы не можем здесь оставаться. Как нам выйти отсюда? Где выход?

— Выход из дома? Ты хочешь сходить на пляж? — в голосе девушки проскользнула едва заметная фальшь.

— Ты прекрасно знаешь, о каком выходе я говорю.

— Выход? Зачем? — красавица удивленно вскинула брови. — Здесь — пристань всех мечтаний и грез. Здесь — спокойствие и счастье, вечная любовь и бесконечный восторг. Вспомни чудовищные испытания, через которые тебе пришлось пройти. Ты знаешь, что ждет тебя впереди, если ты выйдешь отсюда? Подумай о любимой, о друге…

— Литвинов, не сходи с ума, — поддержал ее Ян. — Ты как хочешь — я остаюсь.

— Ян, очнись! Покажи нам выход! — тон Феди не предполагал возражений.

Девушка подошла к нему вплотную, заглянула в глаза и тихо произнесла:

— Тебе не нужно будет выбирать. В этой Игре никто не победит: ни Тьма, ни Свет. Игра будет продолжаться вечно, а Ключ останется здесь, и никто никогда его не найдет.

Федя с минуту помолчал. До него дошел смысл происходящего.

— Но ведь и мы в этом случае останемся здесь навсегда? — спросил он наконец.

— Да. Уйти отсюда возможно только сейчас, потом выход закроется навсегда. Но здесь — место, где любая мечта, любое желание воплощается в реальности. Это лучшая форма существования, высшая грань жизни. Стоит ли отказываться от такой возможности? Ведь ее никогда уже не будет. И… ты хотя бы предполагаешь, через что вам всем предстоит пройти?

— Я знаю, — резко и решительно прервал ее Федя. — Знаю. Но это мой путь, каким бы он ни был. И я… я хочу вернуться. Я хочу вернуть свою жизнь. Мне нужна не «высшая грань» на курорте с исполнением желаний, а просто моя жизнь. И сейчас я не собираюсь отказываться от того, что должен сделать.

— А ты уверен, что сможешь это сделать?

Федя опустил глаза.

— Говорится же, что человеку не дается испытаний больше, чем он способен вынести, — тихо ответил он.

— На Земле, но не здесь. Твоя жизнь уже давно вышла за все возможные рамки.

— Хуже, чем было, уже вряд ли будет.

— Ты полагаешь, есть предел?

Литвинов отвернулся на мгновение, но тут же прямо и твердо посмотрел на свою прелестную и не в меру мудрую собеседницу. Он вдруг вспомнил золотые пластины, то предсказание, те слова, навсегда впечатавшиеся в память… «Прежде чем решить, подумай, кому принадлежит твое решение: тому, кто манипулирует тобой? Твоим мыслям? Твоим чувствам? Или настоящему „Я“, что спрятано у тебя глубоко внутри?..» Сейчас это «Я» не просто говорило — кричало, что ему нужно бежать отсюда и бежать как можно скорее.

— Есть или нет — неважно, — уже без сомнений ответил он девушке. — Покажи нам выход.