Мертвый принц - Грегори Киз

– Однако боль остается, – отстраненно проговорил он. – Меня это интересовало. – Он посмотрел на Мюриель. – Полагаю, мы не поженимся.

– Роберт, что ты сделал? – прошептала Мюриель.

Он посмотрел на рану на своей груди.

– Это? Я ничего такого не делал, любовь моя. Потихоньку умирал – Уильям, несмотря на свой слабый характер, умудрился нанести мне смертельный удар. А потом я умер, как мне кажется, теперь же… ну, я стал таким, какой я есть. – Он погрозил ей пальцем. – Это сделала ты, гадкая девчонка. Мне рассказал Узник.

– Значит, прошлой ночью в моих покоях был ты.

– Конечно, – признался он, вытирая лоб. – Удивительно, что я не знал о ходах раньше. Именно при помощи потайного хода тебе удалось вывести из замка Чарльза, верно?

Мюриель ничего не ответила. Она бросила кинжал и прижалась к Элис.

– Кажется, вы нашли общий язык, – заметил Роберт. – Элис, неужели твое внимание ко мне было лишь притворством? То есть я в этом и не сомневался, но думал, что тебе просто хочется вернуть положение придворной шлюхи.

– Пожалуйста, оставьте ее в покое, Роберт, – сказала Элис. – Если вам нужна женщина, возьмите меня.

– О нет, у меня изменилось настроение, – сообщил Роберт и откинулся на спинку кресла. – Так, посмотрим… – пробормотал он. – Я собирался сказать тебе еще кое-что. – Он поскреб подбородок. – Да, праздник, который ты собиралась устроить в Роще Свечей, – отличная идея. Я намерен ее осуществить. А поскольку все придумала ты, я дам тебе возможность присутствовать на празднике. Считай, что я приношу тебе извинения. – Он с трудом встал. – Ладно, нужно показать рану лекарю, а потом решить, следует ли его убить. Доброго вам утра, леди, – поклонился он и ушел.

Как только дверь за ним захлопнулась, Мюриель начала дрожать.

– Сядьте, – сказала Элис.

– Нет, – выдохнула Мюриель. – Только не в кресло. И не на постель, никогда – никогда больше.

– Тогда перейдем в мою комнату. Я заварю чай. Пойдемте.

– Спасибо, Элис.

Она позволила девушке увести себя в другую комнату и села на ее постель. Элис подошла к камину, чтобы приготовить чай.

– Во что он превратился, Элис? – спросила Мюриель. – Что я наделала?

Элис повернулась к Мюриель, но потом вновь занялась приготовлением чая.

– В монастыре, – начала она, – мы изучали слухи о подобных существах. Но во всех летописях описана лишь одна история о нарушении закона смерти – Черным Джестером. Он сделал себя таким же, как Роберт, бессмертным, но не вполне живым. И как только закон смерти разрушился, творить подобных существ стало проще. Одним из имен Черного Джестера было Myр. И те, кого он создавал, назывались мурмаки. В хрониках древнего Северного королевства Черного Джестера называют Hay, а его слуг – носчолки.

– Последнее слово я, по крайней мере, могу произнести, – заметила Мюриель.

Она все еще ощущала тяжесть рук и тела Роберта.

– Подожди, – попросила Мюриель, стараясь отвлечься. – Если Черный Джестер разрушил закон смерти, как я сумела нарушить его еще раз?

– Закон удалось восстановить, хотя и огромной ценой, – сказала Элис.

– Значит, восстановление возможно? – с надеждой спросила Мюриель.

– Да, только мы не знаем, как это сделать, – вздохнула Элис. – Те, кто вернул закон, решили эту труднейшую задачу, но погибли.

Мюриель склонила голову, чувствуя, как ее охватывает отчаяние.

– Тогда я заслуживаю…

Элис сделала три быстрых шага к Мюриель и отвесила ей звонкую пощечину. Мюриель пораженно посмотрела на Элис, щека горела огнем.

– Нет, – резко сказала Элис. – Не говорите этого. Никогда этого не говорите и даже не думайте.

Она опустилась рядом с Мюриель на колени, взяла ее за руку и подняла к ней наполненные слезами глаза.

Мюриель ужасно хотелось плакать, но собственных слез у нее не осталось. Она свернулась калачиком на постели, закрыла глаза и попыталась найти забвение во сне.

Леоф услышал тихий стук в дверь, распахнул ее и увидел Ареану, удивительно хорошенькую девушку, одетую в темно-синее платье.

– Вы посылали за мной, каваор Акензал? – спросила она.

– Да, – кивнул он. – Пожалуйста, называйте меня Леоф.

Она неуверенно улыбнулась.

– Как пожелаете, Леоф.

– Пожалуйста, войдите и сядьте. – Он заметил стоявшую в коридоре женщину средних лет. – И вы, леди, заходите, пожалуйста.

Ареана с досадой покачала головой.

– Прошу меня простить, – сказала она. – Дело в том, что я никогда не бывала во дворце, и все так… ну, я чувствую себя… вы и сами видите. Это моя гувернантка, Джен Юнилсда-утер. Я подумала, что будет уместно…

Она замолчала, словно не была сама уверена, что она имеет в виду, или сомневалась, не сказала ли она уже чего-то неправильного.

– Рад знакомству, леди Джен, – приветствовал ее спутницу Леоф. – В особенности если вы можете говорить от имени родителей Ареаны.

– Я вовсе не леди, молодой человек, – возразила Джен, – но я ценю ваш комплимент.

– Пожалуйста, садитесь.

Когда они расселись, Леоф вновь посмотрел на краснеющую Ареану.

– Леоф, – начала она, – я… как бы это выразиться…

Наконец он догадался, что ее тревожит.

– О нет, мне кажется, вы неправильно меня поняли, – торопливо заверил он. – Я вовсе не за тем пригласил вас к себе – из этого, впрочем, не следует, что я не считаю вас очаровательной… – Он запнулся. – Что-то разговор у нас не клеится, не так ли? – вздохнул он.

– Да, я совсем ничего не понимаю, – призналась Ареана.

– Вот в чем причина, – заговорил Леоф, похлопывая по бумагам, лежащим на его рабочем столе. – Именно из-за этого я и пригласил вас. Вы слышали о представлении, которое состоится в Роще Свечей?

– Конечно, – ответила Ареана. – Все о нем говорят. Я жду его с нетерпением.

– Это хорошо, – сказал Леоф. – Очень хорошо.

Он надеялся, что не обидел Ареану.

– И? – поинтересовалась она.

Леоф сообразил, что так ничего и не объяснил.

– Да. Так вот, я бы хотел, чтобы вы спели главную партию.

Ее глаза стали огромными.

– Я?

– О да, – кивнул он и потер руки. – В любом случае я бы хотел устроить прослушивание.

– Я не понимаю.

– Меня поразил ваш голос, когда вы пели у леди Грэмми. Он не просто чудесный – мне нужен именно такой голос. Полагаю, вы все поймете, когда посмотрите свою партию.