Единственная для эшра - Ираида Волконская

Я обернулась к нему и сорвала дыхательную маску. Потянулась к нему руками, умоляюще смотря ему в глаза.

– Пожалуйста, люби меня сейчас, возьми меня. Ты мне так нужен! Алан, прошу! – зашептала я.

– Ты ещё не достаточно восстановилась. Рина, прошу, потерпи ещё хотя бы пару часов! – взволнованно ответил Алан.

– Это жестоко! Ты мне нужен сейчас, а не через пару часов, понимаешь! Очень нужен!!!

Горькая обида затопила моё сердце. Я знаю, что он заботится обо мне, но как мне объяснить ему, что сейчас лучшей заботой обо мне будет секс со мной! Ох! Как же скручивает внутренности! Я вновь застонала, выгнувшись дугой. Меня бросило в жар, по лицу заструился пот. М-м-м-м, у-у-у, боль как при месячных, только в стократ сильнее. Спазм, один за другим, словно схватки. И кого же я сейчас рожать собралась?

– Алан, мне больно! Всё внутри, ах… всё скручивает, – сквозь стиснутые зубы простонала я.

Опять врачи, забор крови, капельница. А я знаю, что мне нужен он, и весь этот ужас прекратится. Но они не понимают, и он не понимает! Почему?!!!

Моё сознание стало куда-то уплывать, голоса врачей слились в единый гул. Тело стало биться в судорогах, жар всё нарастал, я вцепилась когтями в матрас и продолжала звать Алана. Ты должен мне помочь! Должен!!!

Наконец я ощутила его руки на своих руках, а его губы оставили лёгкий поцелуй на моём лбу. Нет, губы, поцелуй меня в губы, если хочешь чтобы я осталась жива… Да, вот так! Как же хорошо! Я так скучала по твоим губам. Боль внутри отступила, оставив после себя жар. Но спазмы и не думали проходить, они стали поверхностными, но очень частыми. От чего дышать было очень трудно. Я обхватила мужа руками, зарылась пальцами в его волосы и продолжила его целовать, буквально впиваясь в его рот, словно хотела съесть его целиком. Он подхватил меня на руки и прижал к себе.

– Рина, мы должны уйти в нашу комнату, – зашептал мне в губы Алан, в перерыве между поцелуями.

– Нет, я не выдержу! Это так долго! – захныкала я и вновь потянулась к его губам, впиваясь когтями в его сильную шею.

– Выдержиш-ш-шь, – прошипел он мне в губы.

А дальше лишь ощущение потоков воздуха, которые слегка охлаждали мою разгорячённую кожу. Лифт, как же я не люблю лифт…Душно, меня всю трясёт, я прижимаюсь к его не менее горячему телу. Не выдержав, впиваюсь клыками в его шею, царапаю его плечи. Алан рычит. Приехали! Опять движение воздуха, мелькание дверей. Всё, мы внутри!

Дальше всё слилось в единый вихрь: из боли, наслаждения, наших стонов, рычания, укусов и поцелуев! А мне было всё мало, я хотела его всего без остатка, до последней капли! Может это и убьёт меня, но пусть лучше так, чем под капельницей в больничной палате! Это было какое-то безумие. Он почти обратился! Помню его серую кожу и блестящие чёрные глаза, он действовал более грубо, чем обычно, стискивал меня до синяков, до хруста костей. Но я сошла с ума, я просила ещё. Я хотела раствориться в нём, в этой боли, в этом наслаждении. И катись оно всё к чертям! Моё тело уже всё состоит из наслаждения, каждое нервное окончание горит и пульсирует. Я кричу! Он выпивает мои крики. Я вновь впиваюсь в его шею, он отвечает мне тем же. Мне кажется, нас больше нет, и нет ничего вокруг. Я хочу умереть, и возродиться для него. Быть только с ним, до конца, до последнего вздоха!

Это безумие длилось пять дней! Пять дней мы ничего не ели и не пили. Мы сходили с ума. Тренировки, спарринги, пф-ф-ф. Это всё ерунда, треш был в эти пять дней. Нагрузка на тело адская, повреждений – сто процентов, восстановление – сто процентов. Я действительно умирала и возрождалась бессчетное количество раз. Меня словно прокалило в адском горне и выковало заново.

***

На шестой день я открыла глаза и поняла, что у меня больше ничего не болит. Совсем. Это так странно… Почти забытое чувство. Кто-то сказал, что боль показывает, что ты ещё жив. Так, я что умерла? Или вновь превратилась в ледышку? Прислушалась к себе внимательнее, посмотрела на свои руки. Обычные руки, бледные, правда, но не белые и даже не холодные, насколько я могу судить. А когти изменились! Теперь они больше напоминают обычный немного хищный женский маникюр, чем когти, какими они были накануне всего этого… Странно… Вот так взяли и изменились…

А где Алан?! Сердце бешено заколотилось в груди. Я сосредоточилась и глубоко вдохнула. Да-а-а, нашими запахами здесь всё отлично промариновалось, не поймёшь ничего. Подключила слух: шорох, определённо, еле слышный шорох в ванной комнате. Но не успела я предпринять хоть какие-то действия, как дверь ванной распахнулась, открывая моему взору очень заманчивую картину: обнажённый мокрый Алан собственной персоной просушивающий свои шикарные длинные волосы: они у него до середины бёдер отрасли за всё это время. Да эльфы бы сдохли от зависти при виде такой красоты! А я вновь завелась. Мне кажется, я превратилась в нимфоманку! Так же нельзя!

– Не хочешь в душ сходить? – ворвался в мои спутанные мысли бархатный баритон мужа, от чего я даже покраснела. – Не решился тебя будить, ты так сладко спала.

– Очень хочу…в…душ, – пробормотала я, выпутываясь из простыни. Как же хочется, есть и пить! – Может, у нас есть здесь вода? Ужасно хочу пить!

В ответ Алан скосил глаза вправо, и я увидела куллер. Странно…я его здесь раньше не видела. А, не важно. Главное, что есть вода! Только после того, как я выпила не меньше литра, смогла оторваться от воды и вспомнила, что вообще-то я шла в душ.

Тем временем муж уже вытерся и, обернув бёдра полотенцем, уступил мне ванную комнату. Ну, почему он меня раньше не разбудил?! Мне так хочется принять душ вместе с ним, прижимаясь к его телу! Да, что со мной такое твориться?! У нас же был самый настоящий секс-марафон, а мне всё мало! Холодный душ оказался очень кстати – помог мне немного прийти в себя. Но общее ощущение возбуждения никуда не делось, я просто смогла взять его под контроль.

Уже смывая с себя пену, посмотрела на себя в зеркало, которое занимает одну из стен душевой кабины. Во мне что-то изменилось…Глаза! Радужка больше не занимает почти весь белок, сейчас глаза выглядят естественно, даже не смотря на то, что они фиалкового цвета и довольно большого размера. Слава богу! Так я смогу спокойно к людям выйти и не переживать, что привлеку повышенное внимание. А ещё вроде бы грудь стала больше…или нет?

И волосы отросли (спускаются уже ниже плеч) и стали на пару тонов темнее. Но ведь неделю назад Алан меня только подстриг! Раньше они, конечно, тоже быстро отрастали, но не настолько же! Ох уж этот изменяющийся организм! И не уследишь…

Из душа меня выгнало чувство голода, просто зверского голода и запахи еды. Наскоро вытершись, я вернулась в комнату, где меня уже ждал накрытый стол. Не обращая внимания на удивлённый взгляд мужа, я уселась за стол прямо в полотенце и с не просушенными волосами и принялась за еду. Как же всё вкусно! Алан тоже не отставал и уминал обед в активном режиме. Так, что ели мы в тишине.

Наконец, утолив первый голод, я расслабленно откинулась на стуле, держа в руках чашку с горячим чаем, и задумчиво посмотрела на Алана. Он, ощутив моё внимание, поднял на меня взгляд.