Война гармонии - Лиланд Экстон Модезитт

— Не так уж это и сложно. Материала хватит — Алтара разрешила использовать кое-какие старые детали и лишние пластины. К тому же я придумал, как переделать паровой насос.

— Как ты доставишь сюда все необходимое... Зачем, кстати, тебе вообще это надо?

— Доставлю подводами, первую партию груза мы привезли сегодня. А цель моя состоит в том, чтобы остановить Белых магов.

Горас почесал лоб:

— Я знаю, вы оба ребята способные, даже весьма способные, но мне все же трудно поверить, что в нашей маленькой кузнице можно сварганить нечто, способное остановить Белых. Особенно с учетом того, что вы уже пробовали остановить их, причем не вдвоем, а, кажется, ввосьмером, не говоря уж о поддержке тирана Сарроннина. Но не слишком преуспели.

— Это действительно звучит глупо, — с хрипловатым смешком признал Джастин, — но мне кажется, на сей раз должно получиться.

— А почему именно здесь?

Джастин уставился себе под ноги, на полированные каменные плиты пола:

— В Найлане моей работе мог бы воспрепятствовать Совет.

— Совет в состоянии воспрепятствовать ей и здесь.

— В состоянии-то в состоянии, но вряд ли станет этим заниматься издалека. Они там решили, будто я... спятил, будто мое пребывание в Наклосе каким-то образом разладило мое сознание. Вот почему я здесь. Меня спровадили в отпуск «для поправки здоровья», с половинным содержанием.

— Спятил? — Кирлин усмехнулась. — Конечно, ты склонен к чудачествам, слишком романтичен, с пылким воображением... можно сказать, шалопут. Но всяко не сумасшедший.

— Они просто не знают, как ко мне относиться. Никто не знает, ни Братство, ни члены Совета. Обвинить меня в приверженности хаосу они не решаются, ибо сам Турмин в Палате Совета заявил, что я проникнут гармонией в большей степени, чем любой из них. Им даже пришлось придумать новый термин — «одержимый гармонией». Но, в общем-то, это мне только на руку. Я действительно замыслил создание машины совершенно нового типа и предпочел бы оказаться вне сферы внимания наших почтенных советников. Пусть считается, что я болен. Сложность еще и в том, что лгать я не способен... так что лучше бы они про меня забыли.

— Пожалуй, это я понять могу, — нахмурясь, отозвалась Кирлин. — Но не боишься ли ты, что у некоторых из них все равно возникнут подозрения?

— По правде сказать, один из них, советник Рилтар, с самого начала подозревает меня невесть в чем. Собственно, именно от него-то я в первую очередь и стремлюсь отделаться. Но он сам тот еще фрукт — нечист на руку, а может, и того хуже... Гуннар обещал за ним проследить.

— Ну что ж, ветры проникают повсюду. От них не укроешься.

— На это я и надеюсь.

— Думаю, Джастин прав, — добавил Гуннар. — Рилтар определенно связан с контрабандистами, но я вовсе не уверен, что только с ними. Это еще предстоит выяснить.

— Положим, он и вправду мошенник, — промолвил Горас. — Что это меняет?

Джастин нахмурился.

— Ваш Рилтар состоит в Совете не первый год, — пояснил свою мысль домохозяин. — Едва ли остальные Советники настолько слепы и глупы, что сомнительное происхождение его богатства не бросается им в глаза. Но коли он по сию пору числится одним из них, стало быть, они склонны закрывать эти самые глаза на подобные шалости.

— Они могут подозревать его в нечестном ведении дел, — возразил Джастин, — но нельзя же вывести человека из Совета на основании одних подозрений. Вот будь у них свидетельства...

— Я, конечно, всего-навсего домохозяин и садовник, — прервал его Горас, — но по моему скудному разумению, важнейшим свидетельством продажности служат действия, предпринятые в чьих-то интересах. Однако можете ли вы обвинить в этом Рилтара? Разве его нежелание втягивать Отшельничий в войну является основанием для того, чтобы считать Советника подкупленным?

— Понимаю, что ты имеешь в виду, — согласился Джастин. — Раз уж Рилтар такой пройдоха, что при всех своих махинациях ухитряется так долго сохранять за собой место в Совете, то пока Гуннар не выяснит точно, сколько и от кого он получает, мы все равно ничего не сможем доказать. За руку его не схватишь, а кто станет слушать «одержимого» инженера или даже мага, коль скоро этот маг приходится подозрительному «одержимому» родным братом?

— Так что же, мне прекратить наблюдение? — спросил Гуннар.

— Я бы просил продолжить, — ответил Джастин. — Вопрос не в том, чтобы сковырнуть Рилтара. Мне по-прежнему необходимо знать правду.

— Думаю, Джастин прав, — поддержала сына Кирлин. — Тебе необходимо разобраться, где правда, где ложь, даже если никого другого это не интересует.

— Значит, так тому и быть, — объявил Гуннар.

— Как насчет обеда? — осведомился Горас. — Элизабет вот-вот вернется.