Маски Черного Арлекина - Владимир Торин

– Так, – шептал Ричард, выискивая нужную бочку, – имперское... Имперское...

Наконец он нашел целый ряд пузатых бочек, сделанных из какой-то светлой породы дерева, на сургучном гербе была изображена олива. Шико подошел к третьей бочке и начал простукивать ее костяшками пальцев: она была полна – везде гулко отдавалось вино. Наконец он повернул краник, и вместо темно-фиолетовой жидкости, которая должна была из него политься, открылся потайной люк в полу.

– Это еще не все, – прошептал Ричард. – Риз, ты должен остаться здесь. Если со мной что-нибудь случится, ты завершишь дело и освободишь нужного нам человека. Ты понял меня? А пока что я иду один...

– Но, сир... – заспорил было лучник.

– Ты понял меня? – сурово повторил Ночной Король.

– Да, как вам будет угодно.

– Замечательно. – Ричард исчез в люке...

Подземелье представляло собой длинный коридор, по бокам которого шли решетки и запертые двери камер. Освещен он был одним-единственным факелом, сиротливо висящим на стене. Под ним стоял стул, а на стуле сидел человек: высокий, широкоплечий и совершенно лысый. В свете факела его глаза казались алыми, но Ричард знал, что это не иллюзия, он помнил, что у этого существа действительно «кровавый взгляд».

– Мэтр Дик! – воскликнул здоровяк хриплым голосом. – Давно не виделись!

Ричард не собирался тратить время еще и на разговоры с этим монстром. Он просто выхватил из ножен два коротких меча и бросился к нему. Харред стремительно вскочил со стула и ринулся навстречу. В его руке блеснул длинный кривой кинжал.

Противники столкнулись примерно в центре подземного коридора. С лету Ричард вогнал один из мечей в живот врага, другим попытался было пронзить ему горло, но громила наклонил голову с такой скоростью, что клинок прошел мимо, проскользнув по ключице. Второй атаки людоед не выдержал – все-таки ему было далеко до тех демонических Крадущихся-в-Тенях, которых убивал новый Ночной Король.

Харред упал на пол. Ричард несколько секунд стоял, не понимая, что происходит, после чего медленно опустился на колени. В глазах потемнело, тело отчего-то начало дрожать. Он провел рукой по груди и со странным равнодушием осознал, что это все, конец: ладонь его была вся в крови, а под пальцами прощупывался широкий разрез, оставленный кривым ножом. Кругом все поплыло, и Ричард Анекто упал на ледяные плиты коридора подземной тюрьмы.

* * *

Пришел в себя он от того, что рана так дико заболела, будто запекшуюся кровь с нее содрали одним движением, и разрез снова разошелся. Потом в голове возникла одна-единственная мысль:

«Откуда бы взяться запекшейся крови, если я лежу здесь всего несколько минут?»

– Не шевелитесь, ваше величество, – раздался откуда-то сверху голос Риза.

– Что ты... А-а-а-а! – закричал Ричард от нового приступа боли.

Лучник сыпал что-то на рану, какой-то порошок. Будто соль, он впивался в его плоть, прожигая в ней, казалось, сквозные дыры. Ужасный жар прошелся по всему телу, и Ночной Король почувствовал, как кровь бурлит, а кожа на ране стягивается. Уже через секунду боль начала отступать, жар постепенно спал, и Ричард смог снова открыть глаза.

– Это снадобье – тайна нашего ордена, – прошептал Риз. – Кровяной песок может заживлять почти любые раны, если, конечно, они свежие. Минут через пять вы почувствуете себя лучше и даже сможете подняться на ноги.

Как лучник сказал, так и произошло. Опираясь на его руку, Ричард, пошатываясь и качаясь из стороны в сторону, как маятник на больших часах Таласа, каким-то чудом добрался до стены. Упершись в нее ладонью, он прикрыл глаза другой рукой. Дыхание все еще было прерывистым, а перед глазами витал кровавый туман.

– Риз, – простонал он, – у него должны быть ключи от камер, найди их.

Лучник склонился над мертвецом и начал обшаривать его карманы. В одном из них на самом деле оказалась большая связка ключей.

– Отпирай узников, ищи его.

– А как быть с остальными? – поинтересовался воин Поющей Стали. – Здесь добрых полтора десятка темниц.

– Выпускай всех – они нам не враги.

– Слушаюсь.

Зазвенели ключи, проскрипела первая открываемая дверь. За нею вторая, третья, четвертая.

– Сир, они не выходят, они настолько измучены, что у них нет сил даже подняться с коек.

– Ищи его, – только и сказал Ричард, все так же пытаясь прийти в себя после тяжелого ранения.

Он сделал неуверенный шаг, опираясь о шершавую, выложенную грубыми камнями стену, и едва не упал... Второй шаг был тверже, а третий он уже смог совершить без стены.

«Кровяной песок, говоришь? Надо будет запомнить».

– Сир, я нашел его! – воскликнул Риз.

Ричард направился к лучнику; учитывая самочувствие Ночного Короля, это делалось не слишком быстро. Держась рукой за решетку, он заглянул в угловую камеру и увидел там скрюченного на старом тюфяке человека в грязном и изорванном тряпье, которое когда-то было королевской мантией – на оторочке осталось несколько клочков беличьего меха.

– Освободи остальных пленников, Риз. Здесь я сам разберусь.

– Слушаюсь. – Грегориан кивнул и исчез за дверью.

– Сир? – вопросительно посмотрел на пленника Ричард.

– Предатели... – прохрипел тот. – Предатели, изменники. Деккер – изменник... гномы – мелкие изменники... двор – рассадник предателей... Беатрис – змея подколодная... маленький Ричард – ублюдок, прижитый королевой от какого-то нищего бродяги, и отцеубийца... Я знаю, знаю, что он хочет меня свергнуть... он строит планы... примеряет мою корону...

Раскачиваясь в такт словам, пленник хрипел и дрожал всем телом. Длинные нечесаные пряди, бывшие некогда блестящими, вьющимися и шелковистыми, висели грязными лохмами и из каштановых превратились в какие-то наполовину бурые, наполовину седые.

– Что ты такое говоришь, братец? – спросил Ночной Король, глядя на безумного правителя Ронстрада. – Принцу Ричарду всего лишь пять лет.

– Ты кто? – поднял на вошедшего затравленный взгляд пленник. В его торчащей во все стороны грязной бороде была какая-то слизь, лицо – все в грязных потеках. – Еще один предатель? Знаю я вас всех, твари гнусные, ждете моей кончины, не дождетесь...

– Тели, братец, – взмолился Ричард, – это же я, твой друг, твой любимец-шут, твой Шико.

– Хе-хе-хе, – хрипло расхохотался-прокаркал король. – Тварь. Богомерзкий душегуб и провокатор беспринципный...

– Вот тут ты прав, – прошептал Ричард. – Прости меня, братец.

Ночной Король подошел к сидящему монарху и со всей силы зарядил ему такую пощечину, что тот отлетел к стене и распростерся там, так и не поднимаясь с грязного пола. Пленник дрожал всем телом, и когда Ричард повернул его лицом вверх, то увидел, что он плачет. Слезы катились по грязному лицу и терялись в лохматой бороде.