Ковен тысячи костей - Анастасия Гор

– Где Паук? – озадачился Исаак.

– Мы что, все пропустили?! – воскликнул Джефф и харкнул от злости, воткнув в землю тот самый клеймор Ксандрия, от тяжести которого у него на руках вздувались вены.

– Поверьте, это к лучшему, – пробормотал Диего, пытаясь отдышаться. Сквозь его дырячую футболку просвечивал плоский живот с танцующими татуировками, а разбитый где-то в сражении нос булькал и хрипел. – Эти жуки, меняющие лица… Что это было?! Паук сожрал щупальца Амат! Он способен пожирать магию Дуата?!

– Анхель – Верховный… Не обычный диббук, – напомнила Тюльпана, тяжело оседая на окровавленный песок. Белые волосы прилипли к ее щекам, горящим от усталости, а рядом валялась догоревшая свеча с бесполезной полынью. – Где нам теперь его искать? Зои?

Тюльпана повернулась к ней, уже вовсю обрабатывающей ссадины Сэма, который сидел на одной из уцелевших скамеек и, держась за голову, лихорадочно повторял что-то о мальчике, которого не смог спасти.

«Мы дождемся, когда у тебя появятся собственные дети».

– Чего молчишь?! – взъелась Тюльпана, поднимаясь на ноги, когда ответа Зои так и не последовало. Гнев всегда придавал ей сил. – Разве ты не должна была предвидеть все это?!

– Аура Паука похожа на ауру охотников. Она искажает. Чем больше он ест, тем хуже я его вижу, – парировала Зои спокойно. – По той же причине нас и разбросало по всему Нориджу при телепортации…

– Так вот почему вы разделились и пришли так поздно, – догадался Коул, обернувшись вполоборота, пока перевязывал мне руку.

Джефферсон коротко кивнул, все еще красный от злости.

– Я оказался на какой-то свалке вместе с этим чудиком! – буркнул он, кивнув на Исаака.

– Зато сберегли силы. Это ведь еще не конец, – сказала Зои и, наклеив последний пластырь Сэму на щеку, посмотрела на меня: – Верно я говорю, Одри?

Все повернулись ко мне, и это наконец-то привело меня в чувство, как и руки отца, севшего на песок рядом с Коулом.

– Ох, черт, выглядит паршиво… Зато теперь отсутствие конечностей – наша фамильная черта, – попытался пошутить Исаак, подставив свой металлический протез к моей сломанной руке без одного пальца. Лоскут рубашки Коула уже пропитался свежей кровью – та никак не хотела останавливаться. – Ты пыталась, милая. Ритуал Sibstitisyon…

– Еще можно закончить!

Я подняла глаза на Ферн, вышедшую из своего укрытия. На ней единственной не было ни крови, ни даже пыли. Я и не видела, чтобы она участвовала в сражении. Армейский нож в ее руке остался не запятнан, в то время как повсюду валялись внутренние органы, потроха неизвестных тварей и детские кости. Переступив через них, Ферн подошла ко мне вплотную.

– Сколько даров осталось? – спросила она, и я ответила:

– Четыре. Прорицание, некромантия, исцеление, сотворение…

– Так вперед!

– Кольца нет, – процедил Коул, глядя на Ферн исподлобья. Одна его ладонь растирала мои плечи, успокаивая не то меня, не то себя. – И пальца, между прочим, тоже!

– Связь закреплена на Одри, а не на кольце или ее пальце? – раздраженно напомнила Ферн. – По тому же принципу работала клятва Джулиана не приближаться к ней. Он отрубил себе руку, на которую она была нанесена. На какое-то время это подействовало… Но клятва вернулась. И наказание за ее нарушение тоже. Так и с этим Invenire. Возможно, сейчас Одри не чувствует Паука, но почувствует совсем скоро. Нужно подождать час или чуть больше…

«Мы сожрем их, как и учеников “Арлингтона”!»

– Боюсь, у нас нет столько времени.

Я медленно встала, опираясь на плечо Коула. Колени подгибались, и он придержал меня за талию, заметив это. Тряхнув золотым браслетом на запястье, я распустила по земле три чернильные тени, а спустя секунду те собрались в массивного черного кота со светящимися рубиновыми глазами.

– Что ты делаешь, Одри? – прошептал Коул, когда я неуклюже взобралась Монтагу на загривок, любезно подсаженная его хвостом с сочащимся ядом скорпионьим жалом. – Ты же не собираешься…

– Ферн права. Я больше не чувствую Паука, но это и не нужно. Я и так знаю, куда он отправился. И я его убью.

Подняв с земли мой ритуальный атам в чешуйках запекшейся черной крови, Ферн подошла и вложила мне его в ножны в качестве своего одобрения. Я же закрыла глаза и, собравшись с духом, шепнула: «Adennill». Раздался хруст костей – я согнулась и едва сдержала вскрик, когда они вправились на место и срослись. Отрубленный палец это, к сожалению, не вернуло, но по крайней мере кровь остановилась.

Посмотрев сверху вниз на Коула, пораженного моей прытью, я подмигнула ему:

– Ты со мной?

– Одри… Кажется, когда Паук скинул тебя, ты слишком сильно ударилась головой…

– Возможно, но я все равно поеду за ним, Коул. Я хозяйка этих земель, так кто еще защитит их, если не я? Когда Паук доберется до «Арлингтона»…

Коул побледнел:

– Так он отправился в школу?!

Я кивнула – и этого хватило, чтобы Коул, чертыхнувшись, уцепился за шерсть Монтага и взобрался следом. Шеду протяжно мяукнул, явно недовольный тем, что я решила использовать его в качестве ездового животного.

Отстегнув с шеи Вестники даров, я перебросила их в руки обескураженной Морган.

– Помнишь, как мы действовали в «Арлингтоне»? Как ты нашла меня? – спросила я, и Морган угукнула. – Сделай это снова. Используй Вестники. Они – твоя нить ко мне. А ты, Зои… – Я нашла ее взглядом в толпе, разодетую в красно-оранжевые юбки и платки под цвет глаз и того огня, что она могла высечь, как истинная саламандра из древних легенд. – В машине Коула мой рюкзак. Там же курильница. Возьми ее и…

– Я знаю, что надо делать, Одри. Не волнуйся. Я обо всем позабочусь.

Морган и Зои синхронно кивнули мне. Одна играла пальцами с моими Вестниками, уже надев их на шею, чтобы не потерять, а вторая втихаря играла с самим будущим. Я же похлопала Монтага по боку, вспоминая свой единственный урок верховой езды, преподанный Коулом на ферме Гидеона, и направила его к выходу из шатра.

– Держись крепче. Слышала, шеду быстрее машины, – сказала я, немного повеселев – не то от пережитой боли и всплеска адреналина, не то от того, как крепко Коул сжался вокруг моей талии.

– Гораздо быстрее, – мяукнул Монтаг горделиво и, в один прыжок перескочив всю арену, очутился на улице, доказывая это.

Прежде чем мы втроем помчались в сторону школы «Арлингтон», я обернулась и увидела, как Исаак, выругавшись, хватается за свои проклятые часы. Раздался лязг завертевшихся шестеренок. Морган возникла перед его носом, тараторя что-то о командой работе и том, что Одри точно знает, что делает.

Да, я действительно знала – я собиралась убить грязного демона любой ценой!