Дело о неприкаянной душе - Сергей Садов

– Кордул всегда отличался некоторой поспешностью в суждениях, – заметил он, словно ни к кому не обращаясь. – Выводы же лучше делать, ознакомившись со всем предлагаемым материалом.

Эти слова словно послужили сигналом. Все остальные члены комиссии поспешно разобрали предложенные им копии. Председатель повернулся ко мне и несколько секунд пристально изучал меня. Я себя почувствовал словно под рентгеновской установкой.

– А ты что скажешь?

– С вашего позволения, я лучше промолчу, – отозвался я после секундного раздумья. – Я буду говорить завтра. На комиссии.

Председатель кивнул.

– Похоже, тебе есть что сказать. Что ж, я обещаю, что очень внимательно ознакомлюсь с твоим отчетом.

Ксефон выскочил вперед, словно хотел что-то сказать, но осекся под взглядом председателя.

– С твоим отчетом я тоже ознакомлюсь очень внимательно. Итак, господа. – Председатель встал. – Заседание комиссии на сегодня закончено. Ксефон и Эзергиль, вам необходимо прибыть завтра в двенадцать часов дня для собеседования. Тогда же будет вынесено окончательное решение по вашей практике. До свидания всем.

Я поспешно поклонился. Вся комиссия в полном составе покинула кабинет следом за председателем.

– Завтра я тебе все припомню, – прошипел мне в самое ухо Ксефон. Я промолчал.

Директор дождался, когда Ксефон и Викентий покинут кабинет, и повернулся ко мне.

– Ну, что скажешь?

– Скажу, что завтра Ксефону завидовать не буду. Он меня сильно достал.

– Месть, – кивнул директор. – Что ж, не самое плохое чертовское чувство. В конце концов, можно ведь сказать, что мы занимаемся местью. Мстим тем, кого оказались не способны покарать сами люди.

– Я бы так не сказал. Не месть, а суд.

Директор пристально посмотрел на меня.

– Что ж, вот теперь я верю, что ты достоин той миссии, которую предлагает тебе твой дядя. Да-да, не делай таких круглых глаз. Твой дядя приходил ко мне. Мы с ним почти всю ночь обсуждали тебя. Не скажу, что доволен тем, что предлагает этот ангел, но… Эзергиль, я почти четыреста лет преподавал в школе. Через меня прошло столько ребят. И мне хватает ума понять, что мир должен меняться. И менять его должны только вы. Я сначала боялся, что ты забудешь об истинном предназначении чертей и слишком попадешь под влияние ангела. Забудешь, что у всякой монеты должна быть оборотная сторона. Именно эту оборотную сторону и представляет собой Ад. К счастью, ты, похоже, все понимаешь и сам.

– Вы… вы не будете возражать?

– Я? Допустим, буду, и что? Ты отступишь?

– Нет, – покачал я головой. – Мне уже просто интересно стало. Это как вызов. Совместные действия ангела и черта… да это перевернет все вверх дном! Да чтоб я упустил такую возможность?!

– Конечно, – с улыбкой заметил Морсифий, – некий ангел в твоем решении совершенно ни при чем.

– Совершенно, – отозвался я.

– Значит, ни при чем? – раздался такой знакомый голос от двери. – Вот, значит, как.

Я резко обернулся.

– Альена! Ты что здесь делаешь?

– Я ее пригласил, – ответил вместо нее директор. – Я хотел поговорить с тем ангелом, что сумел так повлиять на тебя. Беседа была познавательной. Ладно, ребята, идите. Не буду больше вас задерживать. Эзергиль, на твоем месте я бы показал гостье город.

– Всенепременно, господин директор. Обязательно. Спасибо вам. – Я ухватил Альену за руку и поволок за собой. Та только пискнуть успела. Однако в коридоре сумела вырвать руку и чувствительно ткнула меня кулаком в бок. Узнаю кроткий и терпеливый характер этого ангелочка.

– Вовсе не обязательно тащить меня за руку! – прошипела она. – Я и сама неплохо умею ходить.

– Прости, – без всякого раскаяния отозвался я. – Просто здесь есть личности, с которыми я совсем не хочу встречаться.

– Кто это у нас тут? – поинтересовался чей-то ехидный голос. – Никак тот самый ангел?

Я прикрыл глаза и медленно развернулся.

– Ксефон, что ты еще тут делаешь? Я думал, ты уже домой ушел готовиться к завтрашнему празднику.

– Успеется, – отозвался Ксефон, обходя Альену со всех сторон и рассматривая словно какую диковинку. Ох зря он с огнем играет. – Кто тут у нас? Никак ангел пожаловал? Интересно-интересно. И что же вы в Аду делаете, уважаемая? Тут ведь ваши штучки не действуют! Здесь мы с вами на равных.

Похоже, Ксефон не простил ей прошлой встречи на Земле.

– Ксефон, на твоем месте я бы… – начал было я.

– Заткнись, придурок! И вообще ты теперь младший! Завтра все утрясется, и пойдешь ты снова в сорок девятый класс.

Я заткнулся. В конце концов, я честно хотел его предупредить. Альена же терпеливо сносила насмешки Ксефона. Но когда тот протянул руку, чтобы дернуть ее за волосы, она молниеносно извернулась, перехватила кисть Ксефона и вывернула ее. Ксефон заорал. Альена же, ничуть не смущаясь воплями, продолжала выкручивать ему руку. Под конец, повернув его спиной к себе, она резко отпустила его и дала напоследок пинка под зад. Ксефон кубарем полетел по коридору прямо под ноги одноклассникам. Рохгул восхищенно взирал на Альену. Остальные смеялись над разозленным Ксефоном.

– Я хотел тебя предупредить, что она брала уроки по самообороне, – отозвался я.

– Ангел? – удивился кто-то.

Альена с вызовом оглядела всех.

– Да, ангел. У кого есть возражения?

Все благоразумно промолчали. Только Рохгул покачал головой.

– Ангел или нет, – восхищенно протянул он, – но вот тебе моя рука. Если только кто будет тебя здесь обижать, скажи мне.

Альена озадаченно пожала протянутую руку.

– Я и сама в общем-то сумею постоять за себя.

– Хо, конечно. А ты, малявка, – повернулся Рохгул к Ксефону, – не вякай. Оставь этого ангела в покое. Понял?

Ксефон, ругаясь на всю школу, поспешил уйти, напоследок пообещав завтра мне устроить.

– Ты ему еще не сказал? – удивилась Альена.

Я пожал плечами.

– Зачем? Пусть пока порадуется.

Альена посмотрела вслед ругающемуся Ксефону и кивнула.

– Ага. Пусть порадуется.

Тут Рохгул хлопнул меня по плечу. Я резко присел.

– Теперь я понимаю, почему ты решил проиграть Ксефону. Ради нее я бы тоже проиграл.

Я потер плечо и поморщился. Отвечать на это замечание я благоразумно не стал.

Альена дождалась, когда все разойдутся, и удивленно посмотрела на меня.

– Что он имел в виду?

– Да так. Рохгул, – ответил я, словно это все объясняло. Потом, сообразив, что Альена ничего не понимает, пояснил: – Он у нас признанный силач в классе. И уважает только силу. После того, что ты устроила тут Ксефону, он тебя зауважал. И сильно. Ему только покажи, что умеешь постоять за себя, и ты навеки его друг.