Теневая месса - Дарья Кадышева

Когда Рихард попросил Фанета предоставить какую-либо свободную площадку, где можно будет свободно пофехтовать и не снести мечом уйму скульптур и дорогих руаншитских ваз, заполонивших буквально все комнаты в гостевом дворце, как мошкара болото в жаркий день, тот направил его в тренировочный двор возле казарм. Туда, где проходили обучение лучшие легионеры и гвардейцы царя.

Залитый утренним солнцем дворик, окружённый со всех сторон широкой галереей с узкими колоннами, мало чем отличался от того же сада в главном дворце. Разве что вместо цветов и деревьев здесь был только коричневатый песок, а заставленные столами и полками с оружием стены не украшали фрески.

Лета вытянула ноги на длинной тахте, расположенной у выхода, и подставила лицо слабому ветерку, неспособному ни на что, кроме шевеления волос на макушке. В полдень здесь начнётся самое пекло. Рядом Берси сосредоточенно жевал финики и наблюдал за поединком. Это было необыкновенно скучное зрелище, но на порядок веселее, чем жалкое прозябание во дворце.

Не совсем восстановившийся после схватки с волколаком Рихард вертелся как змей, ровно отбивая все вспыльчивые удары Брэнна и попутно давая указания. Он двигался медленнее, чем обычно, и часто проверял, не кровоточит ли рана под повязкой на животе. Но даже при этом он был воплощением того стиля, которому мечтала научиться Лета — спокойному, холодному и быстрому. Но для этого требовалось сохранять трезвую голову во время боя, полностью отключить все мысли и чувства, и обрести ледяную расчётливость, делающую из человека посланца смерти.

Рихард провёл всю жизнь в драках и стычках. Неудивительно, что он перестал что-либо чувствовать, когда сражался.

Немного уставший Брэнн неохотно следовал его советам, несколько раз попросил паузу и выпил уже два кувшина воды. Под таким раскалённым солнцем Лета бы и сама утомилась.

Она вообще не понимала, почему решила прийти сюда. Иветта вновь пропадала у Тамарисы, обучаясь загадочному способу колдовать без Первоначала. Марк куда-то делся во время завтрака. Не было и Конора, всегда встававшего позже всех. Навестить Актеона тоже не представлялось возможным — он и царица спали в это время, а Лета пока не почувствовала себя настолько дома, чтобы расхаживать по всем комнатам во дворце в любое время дня и ночи.

Она бездумно ковыряла еду в тарелке, не представляя, чем ей заняться, когда Рихарду пришла в голову мысль, что они давненько не тренировались. И лучше бы они так и остались в трапезной вместо этого вымученного поединка, во время которого Брэнн совершенно потерялся и не знал, куда деть свои руки с мечом. Через какое-то время даже Берси стало грустно на это смотреть.

— Как успехи у Иветты? — спросил он, деликатно оставляя косточки от фиников на салфетке, а не выплёвывая их прямо под ноги, как это делала Лета.

Ну, просто образец культуры. Берси прекрасно вписывался в плеяду илиарской знати, населявшей дворец.

— Она мастерски обходит эту тему стороной, когда я спрашиваю, чем они там с Тамарисой занимаются, — ответила девушка и пожала плечами. — Кажется, ей не по душе то, что происходит на этих уроках.

— Ещё бы. Она пыталась отыскать что-то, способное остановить Инквизицию, а пришлось учиться какой-то непонятной магической ерунде. И то неизвестно, поможет ли это.

— В любом случае магов спасёт войско Фанета. Оно же доберётся и до верхушки зла.

— То есть, ты не веришь, что наши находки о Ткачах принесут пользу?

— Я никогда в это не верила, — заметила Лета и сунула ладонь в тарелку на коленях барда, набирая горсть фиников. — Слушай, а они такие сладкие.

— Мне сказали, что этот сорт выращивают только в Арлавиках.

— Ага, но собирают почему-то вон с тех деревьев перед воротами.

Берси нахмурился, мысленно проверяя правдивость её слов. А Лете было по барабану, где росли эти финики. Она смотрела на Рихарда и перекатывала во рту приторную косточку. Оставленный Марком на бледном лице синяк начинал желтеть. Рихард попросил Лиама как можно скорее залечить рану, но лицо трогать не давал. Напоминание? Не в его духе.