Награда проклятого демона - Ольга Силаева

Глаза Тени блеснули.

— Ты не просто хочешь меня, — произнёс он хрипловатым голосом, пока крылья вздымались и опускались за его спиной. — Ты чувствуешь тот же голод, что и я. Ты хочешь взять и присвоить себе этот зал, этот дворец — всё Подземье. Получить этот мир и изменить по своему образу и подобию. Стать великой.

Его рука легла мне на горло.

— Стать моей и помочь мне получить всё это.

Крылья за моей спиной затрепетали в такт его словам.

Будь я обычной Дарой, сидящей на земле в кожаных штанах и вытряхивающей сосновые иголки из волос, я бы нашла, как ему возразить. Но сейчас, на вершине мира, с крыльями за спиной, ощущая голод и восхищение, я желала только одного.

— Да, — прошептала я, глядя ему в глаза. — Я хочу победить.

Тень протянул руку, вынимая белоснежный свадебный убор из моих волос, и вместо коротких прядей по моим плечам рассыпались длинные блестящие локоны.

— Сначала ты должна проиграть, Дара Незарис, — негромко и властно сказал он. — Проиграть мне целиком и полностью.

Он сжал мои плечи, толкая на трон, и спинка из чёрного сверкающего камня откинулась назад, когда я упала на неё лопатками. Камень оказался холодным, как мрамор алтаря, и мои руки оказались прижатыми к подлокотникам.

— Так мы не договаривались, — выдохнула я.

Тень наклонился надо мной:

— С императором не договариваются. Перед ним встают на колени.

Он сбросил с меня туфли, и они полетели вниз по ступеням. А потом его крылья рывком накрыли мои, и меня пронзило ощущение, словно сплелись наши пальцы. Звёзды над нашей головой горели так ярко, что у меня перехватило дыхание от их великолепия.

Вершина мира. Демон и демонесса.

Полукровка и человеческая девушка, которая умрёт куда раньше него.

— Что будет потом? — прошептала я, глядя ему в глаза. — Когда я… больше не буду юной и прекрасной? Когда у меня появятся седые волосы?

— Если это и правда произойдёт, я буду благословлять небо, — тихо и серьёзно ответил Тень. — За то, что ты дожила до этих волос.

— Правда?

— Во сне тебе всегда будет девятнадцать. Если захочешь.

Не отрывая от него взгляда, я дёрнула пояс его халата, развязывая его. И потянула Тень на себя.

— Вершина мира, — проговорила я. — Сделай меня своей.

Шёлковый халат упал на ступени, и я обхватила шею Тени руками.

Мы были вместе в этом сне. С ним я забывала о Подземье, о Цероне и об императоре. С ним я была готова оказаться где угодно и пойти куда угодно.

Неужели я забуду даже о своём мире, чтобы Тень исполнил свою мечту? Неужели?

Но Тень поцеловал меня, и я тут же перестала думать. Только ощущать его поцелуи на губах. Только чувствовать его руки, скользящие вдоль лодыжек к коленям, забирая наверх ткань платья. Я подалась ему навстречу — и ахнула, обхватывая его спину руками, когда холодный камень запылал под нашими телами.

— Так будет и на самом деле? — прошептала я. — Когда ты станешь императором?

Тень легонько прикусил мою нижнюю губу.

— Всю ночь.

Шёлковая юбка свадебного платья оказалась задранной до талии, и руки Тени гладили мои бёдра, забираясь всё выше. А потом настал момент, когда мы соединились, — и лицо Тени стало таким же близким, как звёздное небо.

— Ниро, — прошептала я.

— Ты же знаешь, что я не люблю это имя, Дара-Закладка, — прошептал он.

— Но оно твоё.

Его имя. И его лицо. Напряжённые скулы, взлохмаченные волосы и горящие глаза. Может ли такой мальчишка быть императором? И может ли император быть таким невозможным мальчишкой?

Я расслабилась, отдаваясь ему, двигаясь с ним в едином ритме под звёздным небом. И, уже растворяясь в сиянии звёзд, ощутила ветер, перебирающий наши волосы и юбку моего платья, ласкающий обнажённые тела мягким прикосновением.

— Император может отправиться туда, куда захочет, — услышала я шёпот. — Ты снова увидишь дом, Дара Незарис. И услышишь ветер.

Но сейчас я уже ничего не слышала: в глазах потемнело, и я прижалась к Тени, обессиленная, почти теряющая сознание в его объятьях, пока новые волны удовольствия пронзали тело.

Крылья за нашими спинами коснулись друг друга в последний раз — и исчезли.

— Интересно, — пересохшими губами прошептала я, — мне было так хорошо, потому что это ты или потому что здесь ты — император?

Короткий смешок, и Тень вытянулся на троне рядом со мной.

— Ты нужна мне, — произнёс он, обнимая меня за плечи. — Мне нужна семья. И раз уж ты пришла за мной, я хочу, чтобы ты осталась.

— В твоих снах?

— Везде.

Я приподнялась на локте:

— А если я хочу вернуться домой? Вернуть тебя домой?

Глаза Тени сузились, но я коснулась пальцем его губ, не давая говорить:

— Конте прислал мне письмо. Он скоро будет здесь, и мы вытащим тебя отсюда. И если получится — оставим Подземье без императора.

— Убьёте Адриана? — поднял бровь Тень. — Любимого дядюшку Конте? Да ты жестока.

— Его фаворитка напомнила, как непокорных наложниц приносят в жертву по его приказу, — коротко сказала я. — Мне хватило.

— Ты ещё много чего не видела. — Лицо Тени помрачнело. — И не думай, что я окажусь намного мягче, когда займу престол.

Я перевела взгляд на ступени, уходящие вниз. Я могла представить нас с Тенью в настоящем тронном зале. Как мы будем целоваться на ступенях, как Тень будет срывать с меня бельё, как я буду раздевать его, как сладко будут звучать наши стоны и крики под сводами каверны…

И как мне будет одиноко.

Не говоря уже о том, что всего этого не будет, когда на сцену выступит Церон.

— Что тебе приказал Церон? — тихо спросила я. — И что мы будем делать?

— Он хочет вернуться к прежнему плану, — сухо сказал Тень. — Дождаться смерти императора и править от моего имени. Но я ему этого не дам.

— Как?

Тень едва заметно поморщился:

— Я ещё не решил окончательно. По счастью, на завтрашних состязаниях Церона не будет: весь совет гильдии презирает его после того, как я вышвырнул его в Подземье. Так что у меня будет время подумать.

— У нас, — поправила я. — Я тоже хочу попасть на состязания. Император велел мне следить за тобой, в конце концов. И у тебя всё меньше времени, чтобы решить, что сказать ему о Конте.

— Я помню, — коротко сказал Тень.

— И что ты будешь делать?

Тень долго смотрел на меня. Наконец он покачал головой: