Феникс. Возродиться из пепла - Бекки Чейз

— Если я мешаю... — я медленно поднимаюсь и, зацепив мыском туфли черепицу, неловко балансирую на краю.

— Я не это имел в виду, — Теонис успевает схватить меня за руку.

Я вряд ли бы свалилась, но его внимание воодушевляет. Бескорыстное на сто процентов. И настолько же искреннее. Краснея, я благодарю, а он поясняет:

— Я думал, тебе нравится в сеноте.

— Там нравится демонам.

А их в последнее время слишком много в моей жизни.

— А ты слушаешь свое светлое начало? — его улыбка становится шире.

— Пытаюсь. 

Теонис усаживается на край крыши, а я мнусь рядом, гадая, что правильнее — уйти или остаться.

— Почему ты не тренируешься? — робко начинаю я, когда молчание затягивается.

— А ты? — парирует он, прищуриваясь.

— Просто решила почитать.

Солгать ангелу — не самая лучшая идея, но Теонис делает вид, что поверил:

— Надеюсь, книга интересная.

— Не очень, — на этот раз я говорю правду. — Я не нашла в ней то, что искала. Как и в десятке других.

Кивнув в сторону стопки бесполезных фолиантов из библиотеки, я со вздохом пристраиваюсь рядом и мысленно подбираю слова, но никак не решаюсь их озвучить.

— Просто спроси, — усмехается Теонис. В ясных глазах мелькают задорные искорки. — Не нужно ходить вокруг да около. Я же не демон.

Верно. Он честный и открытый. И вряд ли станет юлить или просить об услуге взамен.

— Где мне узнать об архангелах? — придвинувшись ближе, я свешиваю ноги к балкону над внутренним двориком. — Клянусь, я изучила все, что могла — краткую историю небес и ада, все райские энциклопедии и даже каталоги небесных судов, но в них ничего нет.

Веселое выражение лица Теониса вмиг сменяется серьезным:

— Дай угадаю, тебе нужен конкретный архангел?

— Я хочу почитать о маме, — признаюсь я. — Почему она вознеслась так быстро? И как выбрала сторону?

— В библиотечных книгах этого не будет. А «Хроники Престолов» тебе пока недоступны.

— Но это несправедливо! — в возмущении я сжимаю кулаки. — Вокруг новый мир, где столько непонятного! Низшие существа, оживающие зеркала, заброшенные алтари, Дамаил… Господи, как необращенные могут принять небеса или ад, если им толком ни о чем не рассказывают?

Теонис прикладывает палец к губам, и я со злостью всплескиваю руками:

— Точно. И здесь нельзя поминать Творца всуе. Сплошные запреты!

— Чтобы ты их не нарушала, я расскажу, что тебе можно знать, — его ладонь еле ощутимо касается моего плеча, и это, как ни странно, успокаивает.

Следующий час оказывается полезнее всех лекций Данталиона и Юстианы. Мы обсуждаем иерархию, устои, происхождение правил, задания на земле. Разговаривать с Теонисом просто и легко, как раньше было с Глорией. Он не пытается обойти вопросы, а когда речь заходит о темах, к которым мне пока рано приступать — с легкостью называет сроки и условия изучения.

— Так история о храме — не выдумка? — ахаю я в ответ на историю о древнем месте силы, в котором возносили молитвы и ангелы и демоны.

— С него все началось, — увлеченно кивает Теонис — ему явно нравится делиться знаниями. —  Сначала возвели храм, и только потом появилась небесная академия.

— А алтарь? — не отстаю я. — На нем, правда, принесли кого-то в жертву?

— Не знаю, — мнется он и смущенно поясняет: — Я там никогда не был. Отец против полетов с демонами. А в книгах мало подробностей.

— А если я его нарисую, сможешь определить, видел ли ты подобное?

— Конечно.

Я чувствую исходящую от него радость — так и тянет улыбнуться в ответ. Может быть, это и есть светлое начало? И выбирать нужно сторону, которая легко принимается? Сердцем. Не думая о неясных пророчествах или непонятных надписях.

— Что ты знаешь о Дамаиле? — немного поразмыслив, спрашиваю я.

И надеюсь, что и сейчас Теонис будет искренен.

— Архангел Визарий запретил поднимать эту тему, — хмурится он.

— Директор в академии!

— Архангел Визарий прилетел!

Ученики столпились возле окон, игнорируя призывы Юстианы к порядку. Лекция безнадежно сорвана, и вслед за Лэм я с недоверием выглядываю во внутренний двор. Архангел? Здесь? Неужели слухи о том, что они нечастые гости в академии, преувеличены?

С самого первого дня на небесах новичков приучают к мысли, что высшим ангелам и демонам нет дела до наших забот, и увидеть их можно лишь на особо важных приемах или в дни празднований — в небесном Граде или Дите[1]. До сих пор я не встречала никого с чином с приставкой «архи». Исключение составляет Ромуил, который, будучи преподавателем, живет в академии.

— Посмотри, какой у него пегас!  — Лэм толкает меня локтем в бок.

Возле золоченых ворот нетерпеливо фыркает и перебирает копытами крылатый конь. Сидящий на нем всадник в белом плаще поглаживает густую гриву, успокаивая. Отсюда не видно лица, но седина в волосах выдает, что он уже немолод. Интересно, сколько ему лет? Наверняка больше сотни или даже тысячи. Ангелы и демоны стареют дольше смертных, а я пока не научилась определять их возраст.

Ромуил выходит на ступени и поклоном приветствует гостя. Поднявшись навстречу с расписанного узорами седла, Визарий чинно спешивается.

— Интересно, почему он не летает сам? — философствую я.

Лэм пожимает плечами:

— Говорят, его крылья сразил неведомый недуг.

Я удивленно изгибаю бровь. Неужели высшие тоже могут заболеть?

В компании Ромуила Визарий пересекает внутренний двор — медленно и величественно, словно плывет по воздуху. Рассматривая его, я понимаю, что белое полотно за плечами, которое я изначально приняла за плащ — это поникшие крылья.

— Что же привело его сюда? — гадаю я.

В сердце крошечной искоркой теплится надежда. Если один архангел пренебрег условностями и появился в академии, вдруг и мама сможет прилететь?

— Это все из-за печати Дамаила, — негодует Айри. — Я же говорила, что она — не розыгрыш! Пусть теперь попробуют отвертеться.

Спустя четверть часа нас собирают в общем зале. Архангел Визарий стоит на возвышении в центре; спокойный, сдержанный и чуть отрешенный, как и его голос, когда он начинает свою речь:

— Я знаю, что в этих стенах недавно появилась печать, которая посеяла смуту.

Рядом в толпе хмыкает кто-то из демонов:

— Для нее был весомый повод.