Юнит - Леока Хабарова

Шеф смотрел в бумаги, а не на нее. Несмотря на развитие технологий, Лев Леонидович Левандовский оставался верен старым привычкам: распечатывал всю документацию и совершенно не доверял электронным носителям. Все правки гениальный профессор всегда вносил от руки, хотя разобрать его закорючки было бы затруднительно даже опытному криптографу.

Голоэкран подрагивал, и по изображению периодически бежала рябь. Знамо дело, сигнал летел с самого Марса!

– Переделай к семи утра последние таблицы по новому шаблону. Убери оттуда все данные за минувший квартал и исправь графики с учетом погрешностей. Диаграммы тоже надо переделать – требования изменились.

– Да, шеф, – кивнула Рита, хотя внутри все кипело. Она готовила этот пакет документов неделю, а теперь предстояло переделать все за одну ночь.

Хотя… не впервой. В конце концов, есть Асуми. Пусть привыкает к авралам.

Профессор Левандовский поднял глаза. Ему давно перевалило за семьдесят, но смотрел он по-прежнему строго и цепко, как коршун. Седина сделала его волосы серыми, однако шевелюра гениального ученого уцелела: ни тебе залысин, ни проплешин. Лев Леонидович дважды делал операцию по восстановлению зрения, однако эффект быстро сходил на нет, поэтому шеф носил очки в роговой оправе.

– Мне сказали, ты больна, – сухо заметил он. – Если болезнь помешает тебе выполнить работу в срок, скажи сразу. Не стоит тратить попусту мое время.

Беликова скрипнула зубами. В этом весь шеф. Никакой жалости. Никакого участия. Ничего. Только работа.

– Все в порядке, шеф. Не беспокойтесь, все будет сделано.

– Беспокоиться должна ты, Беликова. – Левандовский поправил очки. – Что там за проблемы возникли с оплатой юнита?

Маргарита с трудом сдержалась, чтобы не вздрогнуть.

– Мы все уже решили, – сказала она скрепя сердце.

– Чтобы больше такого не повторялось, ясно? – Лев Леонидович грозно нахмурил брови.

– Так точно, товарищ профессор!

Он вдруг подался вперед и уставился так, словно находился не за миллионы километров, а в соседнем блоке, и мог в любой момент придушить ее собственными руками.

– Других осложнений не было? – строго спросил он, и сердце шлепнулось куда-то в желудок, отрикошетив в мочевой пузырь.

– Н-нет, – пискнула Рита, запнувшись. С великим трудом она удержалась от порыва глянуть в сторону кровати, где киборг по имени Джон снова и снова повторял идиотское Пашкино заклинание и сжимал в могучей пятерне крохотный огрызок карандаша. – Н-никаких. Аб-бс-солютно. Все в норме, Лев Леонидович!

– Смотрите у меня, бездельники. – Он откинулся на спинку кресла. – Жду материалы к семи. Опоздаешь хоть на минуту – пакуй чемоданы. Ясно?

Ответа он не дождался – дал отбой.

Беликова шумно выдохнула и уронила голову на руки.

– Рита, вы в порядке? – Юнит обеспокоенно уставился на нее.

– В полном, – буркнула Маргарита и мыслеприказом активировала все рабочие гаджеты одновременно. – Занимай кровать, Джон. Мне она сегодня не потребуется.

Показалось, будто киборг хотел что-то сказать, но он лишь открыл рот, а потом закрыл.

– Сладких снов, – пожелала Беликова, запуская нужную программу. – Пусть тебе приснится Софи.

Киборг кивнул и удалился. Отслеживать, куда именно, было недосуг: Рита погрузилась в чарующий мир цифр, таблиц, диаграмм и вычислений. Вопрос с Джоном и его странным поведением придется отложить до лучших времен, но ничего не поделаешь. Партия сказала: надо! Пионер ответил: есть! Так что заняться удивительными и пугающе правдоподобными воспоминаниями юнита предстоит много позже. Ну а сейчас…

Беликова работала. Копировала, пересчитывала, строила, чертила и выверяла. Потом по новой. Затем – еще раз. Когда глаза начали слезиться от проклятущих строк и столбцов, перед ней возникла… внушительная чашка ароматного кофе.

– Держи. – Джон сунул чашку ей в руки и уселся рядом. – Это поможет. Я туда капельку коньяка для аромата добавил, как ты любишь.

Маргарита моргнула. Раз, другой, третий. Киборг не исчез. Он по-прежнему сидел рядом и внимательно смотрел на нее.