Соули. В объятиях мечты - Анна Гаврилова

– Госпожа Соули, если вы не перестанете, то я за себя не отвечаю, – прошептал брюнет.

И я лишь теперь заметила, что вывожу на его груди узоры. Какие? Боюсь, это даже Богине неизвестно.

Маг все-таки донес до дивана, но не отпустил. Я осознала себя сидящей у него на коленях, руки плющом обвивали могучую шею. Сам Райлен обнимал за талию, да так крепко, что, даже вспомни я о приличиях, вырваться не смогла бы.

– Ты пришла, чтобы свести меня с ума окончательно?

«Да!» – хотелось воскликнуть в ответ, только… только воспитанная девушка никогда в таком не признается. Впрочем, ко мне это уже не относится, верно? Я же сижу на коленях практически обнаженного мужчины, и хотя на мне платье… платье… платье…

– Госпожа Соули…

Горячие, просто обжигающие губы. Не ответить на поцелуй – выше моих сил. Мир плывет, реальность плавится, голова кружится, а Райлен…

– Мне кажется, это сон, – шепчет брюнет. – Самый прекрасный, самый удивительный, самый желанный. Я не хочу просыпаться…

Сон! Точно! Точно!!!

Я вздрогнула и отстранилась. Ну… насколько возможно. Маг настороженно замер.

– Рай, – кажется, впервые называю его так, – Рай, скажи, а призрак может задушить живого человека?

– Смотря какой призрак.

– То есть?

– Уровень силы, а следовательно, и возможностей призрака зависит от его эмоционального состояния. Зависимость, как можешь догадаться, прямая. Мы не знаем механизма, но думаем, это связано…

Спешно приложила палец к его губам. Прости. Знаю – во всем, что касается магии, ты очень умный. Но у меня нет никакого желания выслушивать лекцию.

– Взбешенный призрак задушить может?

– Может. – Райлен посмурнел. – Кто тебе угрожает? Каково условие?

Я одарила собеседника недоуменным взглядом, и тот поспешил пояснить:

– Призраки почти всегда ставят условия.

– Угрожает тетушка, – послушно ответила я. – А условие…

Взгляд скользнул по обнаженной груди мага, сердце споткнулось. О Богиня! Но это же просто сон! Почему же я так стесняюсь?

– Условие – беременность.

Брови Райлена взлетели на середину лба, руки сжали талию до того крепко, что я вскрикнула.

– Тетушка хочет, чтобы через три дня я была беременна. Причем не просто, а… мне нужно быть на второй неделе.

– Бред какой-то, – пробормотал маг. – Зачем?

Рассказывать Райлену историю его же аферы почему-то не хотелось.

– Просто скажи, что делать.

– Что делать, чтобы забеременеть? Ну… есть один способ.

Обжигающая ладонь скользнула вверх по спине, а в следующий миг Райлен впился таким поцелуем, что звезды перед глазами вспыхнули.

И все бы хорошо, но!..

– Неужели ты думаешь, будто этот способ мне неизвестен?!

Да, нашему Вайлесу до столичной распущенности далеко, но перегибать-то зачем?

– Ты не услышал главного! Срок – две недели!

Маг шумно выдохнул, смерил туманным взглядом и опять потянулся к губам.

– Рай! – взвизгнула я. Ох, чего же мне стоило не поддаться тому же желанию, что охватило брюнета.

– Можно наложить иллюзию на ауру, – сказал Райлен хрипло. – Если она будет достаточно качественной, призрак поверит.

О Богиня! Ну конечно! Как сама-то не додумалась!

Открыла рот, чтобы попросить Райлена эту самую иллюзию навести, но вместо слов с губ сорвался стон. Просто руки единственного наследника герцога Даорийского… О Богиня! Что он делает?!

– Соули, девочка моя… – прошептал маг. – Я так ждал… Я с ума сходил…

Рот снова закрыли поцелуем, воспротивиться которому не смогла.

А в следующий миг картинка изменилась. Вместо неуютной гостиной и небольшого, обитого темной тканью диванчика – спальня и не слишком широкая, но довольно удобная кровать. Вместо яркого полуденного света – ночная тьма. И удивленное лицо Райлена, который прижимает к простыням, шепчет:

– Соули? Ты? Здесь? Но как?!

Я хочу ответить, но не могу – тот последний поцелуй разбудил что-то глубинное, запретное, жгучее, словно лава. Я горю и знаю – есть только один человек, в чьих силах потушить пламя.

– Райлен… – И снова вместо слов стон. – Райлен…

– Девочка моя…

Губы мага в упоении касаются шеи, рука плавно скользит вверх по бедру – сминая тонкую ткань ночной сорочки. Мои пальчики путаются в его волосах, тело выгибается навстречу таким незнакомым, но таким желанным ласкам.

– Райлен…

Стоп. Какая сорочка? Я же была в платье!

Мир взрывается.

Кричала я недолго, но громко. Едва крик оборвался, в комнату влетела встрепанная горничная – та самая, которую приставил Рэйс. Настенные бра вспыхнули разом, ослепили. Я зажмурилась, тут же услышала встревоженное:

– Госпожа Соули, что с вами? Вам плохо?

Ответить не успела – дом содрогнулся от грозного рыка, на пороге возник Рэйс. Я не сразу сообразила, что сверкающая полоса в его руке – меч.

– Кто посмел?! – проревел седовласый. Окинул спальню хищным, воинственным взглядом. Я сжалась, служанка боязливо присела. – Кто посмел, я спрашиваю?!

– Кошмар приснился, – пугливо пропищала я.

И лишь после этого взгляд герцога перестал резать пространство и коснулся меня.

– Кошмар? – растерянно переспросил Рэйс. – Всего лишь?

Щеки заалели в момент, потому что… потому что никакой не кошмар. Но все было настолько реально, что не испугаться просто не могла. О Богиня! Я схожу с ума, да?

– Соули, перестань краснеть, – сказал герцог ворчливо. – Тебе нечего стыдиться. Я все понимаю – тяжелый день, новый дом, стресс, вино…

«Что такое стресс?» – хотела спросить я, но решила, что вопросы собственного образования лучше оставить на потом. Рэйс, судя по всему, считал так же. Провернул меч в руке, отвесил короткий кивок бледной горничной и удалился.

– Госпожа Соули, может, успокоительного принести? Или молока?

Я качнула головой – нет, не нужно. Лучше объясни, почему мне приснилось… такое. И почему оно было настолько реальным.

– Ну я тогда пойду? – робко вопросила горничная. Она честно пыталась сдержать зевок, но не смогла.

– Конечно, – пробормотала я. – Конечно, идите.

– А свет погасить?

– Да.

Служанка неспешно потопала к выходу, я же со вздохом опустилась на подушки. Взгляд скользнул по расшитому серебром балдахину. Сиреневому…

– Стойте! – взвизгнула я. Вскочила.