Еретик. Том 1 - Валерий Валерьевич Васильев

сделала природа, образовав расщелину, в которой люди и поселились. Смотрелось… красиво. Хотя каждый раз забираться на верхние ярусы, наверно, трудно. А постройки в основном были выполнены ил дерева и металла разной степени ржавости. В общем, слепили из того, что было. Самое забавное, что в этом убежище даже наливали. Вроде просто укрытие для преступников, а все есть — и бар, и казино. Разве что дети не бегают по ущелью. Хотя нет, вон там пацан какой-то на ящике сидит… А где?

Вдруг мне в шею уткнулась иголка. Странно, почему само чувство мне пиздец как знакомо? Может, нас так тренировали писать?

— Что-то ты слишком похож на инквизитора, мужик. Не обессудь…

— Жорм, отстань от него! Он из стареньких!

— Пф. Тоже мне, начальник нашелся.

— Я все Келье расскажу.

Иголка мгновенно исчезла. Странно, парень выглядит довольно тяжелым, но веса его я не почувствовал. Что тут происходит?

— Анто, шантажировать плохо.

— А тыкать людям в шею иголкой — хорошо?

— Да.

Жорм вновь уселся на ящик, и Анто повел меня дальше.

— Ты прости его. Судьба у него суровая — инквизиторы родителей убили. А он обещал отомстить, научился убивать. Вроде как скоро двенадцать стукнет, а у него за душой уже с сотню трупов.

Меня смутила эта информация. Почему? Инквизиция же, вроде как, должна защищать граждан от еретиков? Еретики злые, инквизиция добрая, нет? Что-то в глубине души говорит — нет.

Экскурсия закончилась в одном из пабов. Там же сидел суровый мужик, весь покрытый шрамами, и спокойно пил. Однако от остальных он отличался стальными серыми глазами, и… серым плащом. Плащ будто был соткан из самоцветов — в сером мерцали другие цвета. В мельтешении цветов мои глаза вдруг выцепили — «Разрушитель». Это… галлюцинация? А он оглянулся на меня… и приветственно махнул рукой. Я немного поклонился, что вызвало у него легкое недовольство.

— Ну что ты, как не родной? Садись, выпьем, расскажешь.

Я его не понимаю. Но судя по тому, как напрягся Анто, это кто-то из верхушки. Я сел напротив него. Он протянул руку.

— Гормит, Разрушитель. А как тебя звать, Паладин?

Паладин? Я? Что тут происходит? Он заметил мое замешательство, и наклонил голову.

— Что-то не так, Паладин?

— Эм… ну, я не Паладин.

— Хорош заливать, я вижу за твоей спиной шлейф Госпожи. Покажи руку.

Я поднял руку. На ней крепко висел браслет от Джейка, не более. А Гормит еще и хмыкнул.

— Еще и на золотой цепи, как зверь… Фаворит. Вот только… связь как будто пустая. Ты забыл Госпожу?

Золотая цепь? Что он несет?

— Простите, я не понимаю.

Однако ему было неважно, он продолжал рассуждать.

— Другие глаза, другое тело… Пришедший из другого мира? Похоже. Но… Паладин, что ты помнишь самым первым?

Да что он задумал?! Твою мать…

— Я не паладин. Я простой пи…

Блять, чуть не спалился.

— Простой прихожанин, работающий на вашу организацию.

— Брешешь. Спорим?

— На что?

— А на то, что ты все мне расскажешь. Пойдем, клинки размять хочу.

Он потянул меня на улицу. Я не успел осознать, как мы оказались на заднем дворе бара. Здесь была относительно плоская площадка из камня. Гормит толкнул меня, и не успел я развернуться, как он кинул мне короткий меч.

— Эй, может, не сто…

— Бери меч. Или помрешь без чести.

Видимо, без вариантов… Я наклонился и поднял меч. Хм, тяжеловат. Откуда я это знаю — а черт знает. Не успел я привыкнуть к мечу, как Гормит резко приблизился и попытался ударить сбоку. Я осознал, что защитился лишь после того, как отзвенели клинки. Что я сейчас сделал?! Я защитился? А откуда у него кровь на щеке? На мне ран нет… я его ранил?! Но как?

— Вот видишь, а говоришь, не Паладин. Ну, рассказывай.

— Что?

— Что первым помнишь?

— Ну… келья. Я там… проснулся. Пришел Джейк и увел меня в отделение.

Гормит задумался.

— Хм-хм-хм… Амнезия? Да такая сильная… Еще и Джейк… Забавно.

— Эм, чем?

— Ты. Паладин, попал в руки Джейку Маньяку. Он служить начальником отделения уже довольно давно, и все потому, что его методы не всегда нравятся начальству. А учитывая его любовь к пыткам и садистским экспериментам… я бы сказал, что он по духу ближе к нам, чем к священникам. Однако его самого в этом не убедить. И что он тебе наговорил? Дай угадаю — ты должен показать ему это место?

Мне нечего было сказать. Я просто кивнул. Гормит кивнул.

— Значит, покажешь.

— В смысле?

— Джейк хочет увидеть наше убежище. Он его увидит. А мы к этому времени уйдем. Раз уж ты без памяти, мы ничем не сможем помочь.

— Почему?

— Ну… связь с Госпожой давно пропала. Примерно полгода назад. Она могла бы снять амнезию… однако теперь — нет. А восстанавливать самим бессмысленно — ты явно не от мира сего. Стоило бы убить тебя тут, чтобы не мучался, однако… Если госпожа узнает, мне очень сильно не поздоровится. Так что… М-м-м, посиди в баре, а мы куда-нибудь исчезнем. Выпивку можешь забирать себе.

Черт. И кто я? Почему еретик увидел во мне какого паладина? Еще и фаворита… фаворита кого? И кого он называл госпожой? А в кого еретики верят? Не помню…

Вскоре наступила тишина — маленький подземный город опустел. И я не знаю, куда все ушли. Впрочем, это к лучшему. Пойду, немного выпью. Раз уж можно. Даже если там яд.

Перебирая бутылки, я нашел коньяк в красивой бутылке — как фляжка. Налив стопку, я опрокинул его в себя. Ну и дрянь… Да и какой-то он будто грязный. Эх, это не то. Я откинулся на стуле, и не учел, что все тут сооружено из хлама. Стул скрипнул и развалился. Я попытался удержать равновесие, но одна из досок прогнулась, и я выпал в окно. Прямо в ущелье. Ну все, капец котенку. Ну то есть мне…

/Каси, ПЛ/

Операция шла хорошо. Заручившись поддержкой королей, я стала продвигать «правильные» идеалы. Как потом тихо передала Мадлен, все молитвы и эмоции к моему имени она будет забирать себе — потому как я не выдержу этого. Но при необходимости вернет эту силу обратно мне. Впрочем, я и не против — не хочется чихом сносить города, а кашлем вызывать землетрясения. Богом, оказывается, быть так муторно… Почему я так говорю? С нами на связь вышел Слабый. Так его назвала Мадлен.

В общем, это такой же представитель своего рода, как и какая-нибудь Маднесс, но… послабее? В общем,