Желание жить - Наталья Савицкая

– Господин? – Прикорнувший в кресле Ярис испуганно подскочил на месте.

– Чтоб я еще пошел на бал!.. – Я села на кровати и с тоской оглядела свой немного помятый костюм. А ведь мне его еще снимать… – Где вода?

– Здесь, господин. – Ярис указал на стол.

Я сфокусировала взгляд на нем и узрела требуемое. Надо было меньше вина пить. С трудом поднявшись на ноги, я двинулась в сторону мальчика, отчего тот испуганно подался в сторону. Я же прошлепала мимо и, набрав в ладони воды из тазика, плеснула себе в лицо. Немного полегчало.

Умывшись, я уже более осмысленно посмотрела по сторонам. На столе догорала свеча, капая горячим воском на стол. Поднос стоял нетронутым.

– Ярис, – позвала я. Тот робко подошел. – Почему ты не ел? Времени прошло много, а ты до сих пор ходишь голодным.

Мальчик не ответил, опустив голову.

– Так, марш на кухню, принесешь воды и еду. Быстро!

Ярис метнулся за дверь и буквально через пару минут вернулся с полным подносом и кувшином с водой. Я выхватила из его рук посудину и жадно приникла к ней. Когда кувшин опустел наполовину, я оторвалась и довольно улыбнулась, прикрыв от блаженства глаза.

– Все, больше не пью… А ты давай ешь!

Ярис недоуменно посмотрел на меня.

– Вот упрямый! Садись, говорю! Все, когда я встану, ты должен будешь уже опустошить поднос, ясно?

– Ясно. – Мальчик поставил поднос на стол и неуверенно устроился в кресле.

Все, пусть ест, а я спать.

– Поешь, можешь идти. Разбуди меня в полдень. – Я зевнула и быстро стащила с себя одежду, пошвыряла ее на второе кресло, после чего блаженно растянулась под одеялом и мгновенно заснула.

Ярис разбудил меня точно в полдень. Тихий стук, но этого хватило, чтобы Барон проголосил у меня под ухом (рука с браслетом лежала возле лица).

– Вставай! Солнце уже встало, новый день настал! – пропел он.

– Отвянь, – проворчала я и услышала повторный стук. – Входи, Ярис.

Мальчик вошел и поставил поднос с едой на стол. Вчерашнего уже не было.

– Я принес вам завтрак, господин.

Ага! Шиальд всегда любил завтракать в своей комнате, а потом, если я не ошибаюсь, шел на тренировки с Вартаром. Затем отдых, свободный час, и вновь тренировки, только уже с Тиярдом. Я же после всего этого добавлю посещение библиотеки и пороюсь в старинных манускриптах. Пусть я и младший принц, но знать некоторые вещи мне необходимо.

– Хорошо, приготовь мне тренировочный костюм и можешь быть свободен.

Мальчик быстро подал требуемое и исчез. Я же с отвращением посмотрела на узкие брюки и такую же рубашку. Нет, этот Шиальд был не только законченным садистом, но и мазохистом. Носить такие брюки на тренировки? Вот больной… Все, надо менять гардероб, и срочно. Вроде Вильям обещал уже сегодня несколько костюмов. Надеюсь, среди них будет хоть один для тренировки.

– Все, Барон. – Я с наслаждением окунала лицо в прохладную воду. Что ни говори, а голова побаливала. – Я больше не пью…

– Надеюсь, ты об этом вспомнишь, когда в очередной раз потянешься к вину, – ехидно заметил тот. – Хотя вряд ли.

– Ну не загадывай! – возмутилась я, в очередной раз плеснув водой в лицо.

– А что? У меня это хорошо получается, ведь насчет бала я не прогадал… – И кот на экране изобразил довольную улыбку. На удивление выразительная у него морда.

– Ты про что? – насторожилась я, протягивая не отягощенную браслетом руку к полотенцу.

С экрана донесся страдальческий вздох:

– Ты хоть что-нибудь помнишь из вчерашнего?

– Мало, – призналась я, вытирая лицо и шею. – Сперва я танцевала… танцевал с молоденькими девушками… все ноги, заразы, оттоптали… а потом решил побыстрее напиться и с полным правом удалиться на покой.

– Ты забыл, что на оборотней алкоголь действует намного слабее, чем на человека?

– Забыл, поэтому и проторчал в этом проклятом зале дольше положенного, – вздохнула я, вспоминая отвратительно назойливых дамочек, с постоянной периодичностью подходивших «поговорить». Нет, они совсем не глупые, с некоторыми было даже интересно, но в данном случае все портило их желание заполучить расположение принца. Вот где дрожь от омерзения пробивает. – Пока еще сумел залить себя по самую макушку…

– Тебе это удалось, – заметил Барон. – А вот память подводит…

– А ты на что?

– Что за намеки?! – возмутился кот, вздыбив шерсть на голове. – Я честный компьютер и подслушивать предназначенное другим не…

– Давай без пафоса, лады?

Боль занудливым дятлом стучала в виски, так что я уже всерьез подумывала о визите к Кайре. Руки сами, без участия мозга, натягивали на тело штаны и тщательно застегивали все крючки. На тренировке ничто не должно мешать.

– Ты ту истеричку помнишь?

– Какую истеричку? – Я оставила в покое ремешки на рукавах рубашки и недоуменно взглянула на экран.

– Господи, и кто меня создал?! – Возле кошачьей головы возникли пушистые лапы, патетично поднятые кверху. Потом Барон уже серьезно посмотрел на меня. – Кое-что я записал, но рукав не позволял сделать более точные кадры.

– Валяй показывай, а там разберемся. – Я присела в кресло и положила руку с браслетом на подлокотник, чтобы не держать на весу. – Звук есть?

– Естественно, – оскорбился Барон.

Над экраном заклубился дым, и в воздухе появилась голографическая объемная модель бального зала. Только наблюдение шло не сверху, а сбоку: ведь браслет был на мне. Маленькие копии отца, брата и придворных были изображены до мельчайших деталей. Я ошарашенно посмотрела на это чудо и икнула. Потом машинально протянула руку к столу и не глядя что-то цапнула.

– Вот, я же говорил, что ненадолго тебя хватит!

Скосив глаза на руку, я обнаружила, что держу бокал с вином. Тошнота подступила к горлу, и я поспешно убрала кроваво-красный напиток с глаз долой.

– Включай, – разрешила я, когда немного пришла в себя.

Зал ожил. Оборотни двигались в танце, чуть приглушенный гул десятков голосов доносился до меня. Вдруг ко мне подошла чуть шатающаяся женщина, сжимающая в тонкой руке бокал с вином. Другой рукой она нервно теребила рыжий локон. Судя по чуть расфокусированному взгляду, выпила эта красавица немало.

– Шиальд, – прошептала она. – Нам нужно поговорить.

Все изображение резко заволокло черным.

– Что такое?! – возопила я.

– Это ты прикрыл меня рукавом, – проворчал Барон. – Ничего, сейчас откроется…

И вправду, покрасневшее лицо женщины вновь появилось передо мной. Она сердито сверкнула глазами и поджала побелевшие губы.