Бездарь. Пять шансов из тысячи - Василий Горъ

…Пройдя через внешние ворота второго круга, Макс сделал десяток шагов и вдруг остановился как вкопанный. Не закончив начатой фразы и на несколько мгновений вообще забыв о существовании Ольги. Огляделся по сторонам, зачем-то посмотрел на проплывающие по небу облака. Потом задумчиво хмыкнул и, повернувшись к ней спиной, вдруг заторопился обратно. Изображать три тополя на Плющихе девушке было неохота, поэтому она приподняла подол сарафана и устремилась вслед за «мужем». А тот, вылетев за пределы поместья, снова остановился, покрутил головой вправо-влево-вверх и состроил какую-то странную гримасу.

– Что-то не так? – задергалась Фролова.

– Наоборот, все так! – улыбнулся он и, снова забыв о ее существовании, рванул в сторону той самой боевой тройки, которая отбила их у городского патруля.

– Уважаемый! – подлетев к идущему первым магу, негромко сказал он. – Скажи, пожалуйста, мне кажется, или в Лейстиваре ветер всегда и везде дует от центра к окраинам?

– Всегда, но не везде, а только в Алом и Белом городах.

– Это сделано для того, чтобы смрад из ремесле… – подал голос Нюхач.

– Зачем – понятно и без объяснений… – перебил его Вересаев. – Меня интересует другое: как именно это реализовано?

Следующие пару минут Ольга чувствовала себя первоклашкой, случайно попавшей на симпозиум по ядерной физике. Ведь процентов восемьдесят слов, использованных магом для объяснений, не имели аналогов в русском языке. Еще двадцать переводились очень уж приблизительно. А большую часть оставшихся десяти составляли частицы и предлоги. В отличие от нее, Максим не только слушал, но и что-то понимал. Нет, не что-то, а многое, ибо после одной из особо заковыристых фраз он вдруг жестом заставил стихийника заткнуться и коротко уточнил:

– Значит, одни амулеты – на стенах Алого города, другие – на стенах Белого, а между ними – разность магических потенциалов?

– Если очень упрощать, то да.

– А регулировка силы и скорости ветра в принципе возможна?

– Да: в сезон бурь, когда с океана приходят шторма… – начал маг и погнал в том же стиле, что и в начале объяснений. Впрочем, быстро закруглился, почувствовав, что эта часть лекции его собеседнику до фонаря.

– Спасибо, уважаемые, вы мне здорово помогли! – учтиво поблагодарил Вересаев и, подхватив Ольгу под локоток, как-то уж очень довольно заулыбался.

– Че придумал? – изнывая от любопытства, по-русски спросила девушка.

Снайпер галантно подхватил ее под локоток и повлек в сторону дома:

– Как считаешь, у нас в спальне по ночам не душновато?

– Ну, есть немного. А что?

– Да вот, решил продать та-Горену патент на вентилятор! – без тени улыбки ответил снайпер. А когда девушка непонимающе захлопала глазами, так же серьезно продолжил: – Ты только представь: девять обитаемых миров, десятки, если не сотни тысяч богатеев – и ни одного вентилятора! Да, блин, если с каждого проданного экземпляра мы с тобой получим всего по одному золотому, то…

– Издеваешься, да?!

– Я? Да ты че?! – искренне-преискренне воскликнул Вересаев, потом заметил, что Фролова обиженно выпятила нижнюю губу, и сдался: – Солнышко, я просто придумал еще один способ доставить тебе удовольствие…

– А чуть поконкретнее можно?

Снайпер кивнул и озвучил один-единственный англоязычный термин. Потом прижал палец к ее губам и «грозно» сдвинул брови к переносице:

– Болтун – находка для шпиона! Поэтому открывающиеся перспективы обсудим вечером, когда я буду уверен, что мою идею можно воплотить в жизнь.

– То есть ты сейчас рванешь к та-Горену? – поинтересовалась Ольга.

– Ага, провожу тебя до дому и схожу, пообщаюсь…

…Ужинать без Вересаева было как-то непривычно. А еще Ольгу аж потряхивало от открывающихся перспектив. Поэтому, ввалившись в дом, она с ходу озадачила прислугу просьбой нагреть воды, поднялась на второй этаж и изумленно присвистнула. За время их отсутствия коридор преобразился – в пустовавших нишах возникли вазы с цветами, ажурные настенные бра и металлические ручки дверей заблестели, как новенькие, а на полу появился светло-серый ковер с густым и длинным ворсом. Изменилось и оформление стен: на правую повесили декоративный щит с гербом ап-Лагарратов, а на левую охотничьи трофеи – голову какого-то хищника и два небольших чучела зверьков, чем-то похожих на земную белку. Обстановка спальни тоже изменилась. В левом ближнем углу, между стеной и камином, появились ростовое зеркало и столик, заставленный стеклянными бутылочками с разноцветным содержимым. В правом дальнем – хитроумная деревянная хрень, похожая на помесь напольной вешалки для верхней одежды и подставки под японские катаны. Между «хренью» и подоконником возник диванчик, обтянутый темно-коричневой кожей. В центре комнаты – довольно симпатичный столик на гнутых ножках. На окне – тяжелые шторы из ткани, похожей на бархат. На полу – целая россыпь шкур с белоснежным мехом. Кстати, от последних не пахло ни затхлостью, ни нафталином, поэтому Ольга, разувшаяся еще на верхней площадке лестницы, с наслаждением прошлась по ним босыми ногами.

Пока она разглядывала обстановку, в спальню просочилась Пеллия о-Рассет и, активировав сразу два магических светильника, тихонечко поинтересовалась: не хочет ли «уважаемая», чтобы ей помогли переодеться.

Помощь Ольге не требовалась. Поэтому она поблагодарила девушку за предложение, самостоятельно разделась, натянула майку на голое тело, подхватила с кровати айфон и шагнула к двери.

– Скажи, уважаемая, а…

– Давай лучше по имени, а? – попросила Фролова, выходя в коридор. – Это ваше «уважаемая», да еще и через слово, убивает наповал!

– Как тебе будет угодно… – покладисто согласилась о-Рассет и засеменила следом. – Скажи, пожалуйста, а что, короткие рубашки вроде той, которую ты надевала вчера вечером, носят и при посторонних мужчинах?

– Рубашка? – удивилась Ольга, потом сообразила, что Пеллия имела в виду топик, и вдруг поняла, куда можно потратить избыток появившейся энергии: – А-а-а, поняла! Знаешь, в нашем мире такие рубашки называют топиками. Их несколько видов. Одни используются вместо белья, вторые мы носим во время тренировок и подвижных игр, третьи надеваем вместо верхней одежды в теплое время года. Что касается мужчин… знаешь, в нашем мире они умеют ценить истинную красоту, поэтому мы, женщины, не боимся показывать то, чем можно гордиться!

– То есть в твоем топике можно выйти даже на улицу? – ужаснулась о-Рассет.

Увидев, как густо покраснела служанка, Фролова расхохоталась:

– Не только можно, но и нужно! А вот если бы на Земле на меня нацепили такой сарафан, как у тебя, я бы повесилась, но из дому не вышла!

Девушка недоверчиво прищурилась: