Бессмертие наемника - Вячеслав Шалыгин

— Я не могу! — дрожащим голосом отозвалась девушка. — Вся энергия на «щите». Двигатели не тянут!

— Значит, так, ахейцы, слушайте все трое, — внезапно вмешался Александр. — Как только громыхнет — сматывайтесь! Рыжий, ракеты!

— Есть, капитан. — Обрадованный перспективой ввязаться в заварушку, Роберт щелкнул пальцами, и на трехмерном экране отчетливо высветились изображения трех космолетов, изрядно поливающих штурмовики огнем.

— Зря мы вступаем в бой, капитан, — недовольно покачал головой Сева.

— Знаю, Блондинчик. — Александр зло улыбнулся. — Но ничего поделать с собой не могу. Роберт, пуск!

От попадания тяжелых ракет космолеты ненадолго превратились в большие шаровые молнии, но спустя незначительное время три красно-голубых пожара погасли, и в пространстве не осталось никакого видимого следа их существования. Пока гибли «Фудзи», троица штурмовиков затерялась между астероидами.

«Спасибо, „Афина“, — пришло сообщение направленным лучом. — Но, боюсь, вас обнаружили…»

— Мы уже уходим…

— Портал работает на выход Воздушной Армии, а без него вам далеко не уйти.

— Договаривай… — капитан усмехнулся.

— Мы вас прикроем. Ныряйте в «каменный пояс» и ложитесь мне в кильватер. Уйдем вместе.

— На обреченную Необулу?

— Капитан, ты считал, сколько здесь осталось «Фудзи»? Навечно, я имею в виду… Если нет, то подсчитай и потом скажи мне, настолько ли обречена моя планета?

— Хорошо. — Александр улыбнулся. Эта девчонка не успела получить боевое крещение, а уже говорит тем усталым, чуть простуженным (это в герметичном корабле-то) голосом, что берут на вооружение ветераны. — Если пообещаешь со мной поужинать сразу по прибытии на базу…

— Вряд ли ты вправе рассчитывать на роман, капитан… — Из голоса девушки исчез хрипловатый оттенок.

— Я спас тебе жизнь, — самоуверенно заявил Александр.

— Я хотела сказать, что имперцы отстанут от нас максимум на три часа, — торопливо пояснила Елена.

— Иногда и минута может стать такой, чтобы помнить о ней всю жизнь… — понизив голос до бархатного звучания, сказал Александр.

— Хорошо, капитан. — Голос девушки совсем смягчился и потерял офицерский тон.

Лоуренс активировал силовые поля, и связь пропала. Почти сразу по мостику «Афины» пронесся шквал аплодисментов.

— Браво, капитан! — орал, подзадоривая остальных, Петров. — Она растаяла! Незабываемое шоу!

Только Вивьен сидела смертельно бледная, закусив до крови губу и глядя потемневшими глазами куда-то внутрь себя.

— Ребята, это судьба! — Александр счастливо улыбнулся и выдохнул облачко ароматного дыма дорогой сигары.

Он только что вернулся на «Афину», стоящую в порту так называемой Долины Легионеров, после непродолжительного, но приятного ужина с Еленой, лейтенантом остатков штурмового отряда «Альфа», старшей дочерью Советника.

— Знаешь, что я думаю, капитан? — угрюмо спросил Сева и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Через баб одни проблемы. Особенно в смутное время…

— Да ты что, пилот, думаешь, я всерьез? — рассмеялся Александр.

— Не знаю. — Сева пожал плечами. — Только такого блеска в глазах я у тебя за пятнадцать лет не видел еще ни разу.

— Брось, Блондинчик, — вступился за капитана Роберт. — Дело плевое. Ужин, несколько комплиментов, кровать, прощальный поцелуй, старт в неизвестном направлении и пара писем ниоткуда… Сценарий на века…

— Лучше — сразу старт, — возразил Сева и как-то странно покосился на притихшую за своим пультом Малышку. — Если мы задержимся здесь хотя бы на час, нам придется наниматься в местную армию. Капитан, я чувствую, почти согласился на это.

— Я даже подскажу, в какое подразделение, — так же осуждающе, как и Сева, добавил Лоуренс.

— Нет, орлы, а вы что, надеетесь протиснуться между космолетами и проскочить в перекрытый ими портал? — воскликнул Петров. — Если уж мы застряли здесь, то давайте хотя бы подзаработаем!

— Мнения разделились, — мрачно сказал Сева. — Слово за тобой, Малышка.

Он обернулся к Вивьен и пристально посмотрел в ее покрасневшие глаза.

Девушка долго молчала, прежде чем, опустив голову, еле слышно прошептать:

— Нам некуда бежать, Сева, и дело не в увлечении капитана. Затея купить оружие непосредственно на Необуле сразу подразумевала такую возможность…

— Четыре — два, — констатировал Петров. — Нам форму какую-нибудь выдадут?

— Я ухожу, — прервал его Блондинчик.

— Что?!

Возглас вырвался, казалось, у всех пятерых. В какие бы переделки ни заманивал «Афину» хитрый Случай, экипаж оставался единым и неделимым организмом. Со своими расстройствами, болезнями и синдромами, но без потерь или отторжений. Сева поступал вопреки всем понятиям, по которым жили «афиняне».

— Сева, да что на тебя нашло? — изумленно спросил Александр, подсаживаясь в кресло второго пилота.

Лоуренс посмотрел на Севу, капитана, Малышку и задумчиво потер подбородок. Петров схватился за голову и, лихорадочно придумывая, как отговорить друга от опрометчивого поступка, покачивался из стороны в сторону. Роберт встал и принялся размеренно прогуливаться по мостику, глядя себе под ноги. Вивьен отвернулась и, вынув из кармана платок, промокнула глаза.

Блондинчик долго не отвечал, а когда пауза переросла в гробовое молчание, поднялся из кресла и глухо сказал:

— Я перегорел, капитан, словно микросхема… Как-то враз… Не знаю, как это объяснить, но больше я летать не могу. Я сейчас вдруг отчетливо понял, что всю жизнь занимался совсем не тем, что мне нужно. Я был как андроид: вроде бы живой, но только запрограммированный. Я хочу начать все сначала. Простите, что не вовремя…

— Я понимаю, друг, — капитан нахмурился. — Только и ты нас прости. Назад тебе дороги не будет.

— Я знаю, капитан. — Сева прошел к наружному шлюзу и, остановившись в проеме, не оборачиваясь, повторил: — Простите…

Петров вскочил и сделал шаг, чтобы броситься вслед за бывшим пилотом, но его перехватил Черный Брат.

— Не надо, механик. Он сделал свой выбор, и мы должны это уважать.

Последний оставшийся до подхода Воздушной Армии час экипаж провел в тяжелых раздумьях. Даже запуск двигателей и проверка систем не сопровождались ни единым словом. Кресло Севы занял Лоуренс. Он долго смотрел на забытый пилотом рядом со штурвалом амулет в виде старинного герба на золотой цепочке, потом бережно взял вещицу и положил себе в карман.

Вивьен до самого старта плакала беззвучно, но очень горько…

— Это, конечно, впечатляет: космолеты, пушки невообразимые, герои с сомнительным прошлым. — Гриня почесал кончик носа и взглянул на меня с сомнением, как смотрят на глубоко заблуждающихся в простейших вопросах людей. — Тем более что ты в отпуске и можешь безумствовать, как тебе нравится, надо только…