Северный ветер - Анна Кочубей

При звуке имени ария Алиссен почему-то вздрогнула и обернулась в сторону Дорина.

— Всех убили потому, что Лиа была архонтом? — тихо спросила она.

— Да, за что? — переспросил и Моргват, — за разбой?

— Нет, точно не за то и не за это. В Эймаре о нас никто и не ведал. Не знаю я… Месяц слухи собирал, сам в них не верил. Люди говорят — за измену Императору. А Лиа — пропала она!

Некоторое время троица слушала редкие хлопки паруса и журчание воды за бортом. Поднялся свежий попутный ветер, баржа уверенно поплыла вперед, более не переваливаясь с боку на бок. Тишину нарушил архонт:

— А теперь я переведу повесть с твоего языка на человеческий. Состоял ты в банде. Разбойничали вы славно и место хорошее выбрали — в Морее закон ленивый. Но пришло время и по счетам платить, как сказала бы Алиссен, вздумай я ей задолжать, — и вас накрыли. Удирали вы настолько тяжко, что грехи отпустили себе сами. В эту часть я поверил. Нет архонтов без магии, парень, и кого попало нашему ремеслу не учат. Не архонт твоя Лиа, и не была им вовсе. И второе: Кеодан — один из всесильных ариев Эймара, чтобы до его гнева достучаться — нужен очень серьезный повод. Не будет эта сволочь руки марать о бродяг с большой дороги, не та честь! Рассказываешь складно, но врешь.

— Вот так и знал, что напрасно я сюда бежал! — сказал Лето Алиссен.

— Похоже, ты прав, — согласилась она.

— Я Герванту верю — он никогда не ошибался. И глазам своим: ее поединки с Ханом были лучше всяких танцев. Архонт Лиа, настоящий. И я ее найду!

— Какого она цвета? — неожиданно спросил Моргват.

— Брюнетка.

— С кем я разговариваю! — тоскливо сказал архонт в сторону.

— Он имеет в виду цвет магии, Лето, — пояснила Алиссен.

— Я же сказал, — никакого. Она не светилась.

Моргват внезапно встал и ушел на корму.

— Пусть только попробует выбросить меня за борт — я его самого искупаю, — горько усмехнулся Лето, — противный он какой-то. Зачем ты с ним связалась, Алис?

— Она сочла меня интересным мужчиной, Загорелая шея, — ответил за девушку Моргват, возвратившись, — Алиссен любит все блестящее: золото, серебро и лунный свет. А ты светиться умеешь? Пойдем, проверим. Недалеко, в будку, я разрешения спросил.

— Не спорь, — шепнула девушка, потащив друга за руку, — он что-то придумал.

Архонт закрыл дверь и задернул тряпку на окне, погрузив тесное помещение со столом и нарами в полумрак. Затем снял со своей шеи какой-то предмет и поднес его к лицу Лето. Тот с ужасом отшатнулся.

— Ты хочешь сделать меня архонтом?!

— Да, хочу. За компанию. Ты против?

— Я же сойду с ума!

— Только в том случае, если он у тебя есть. Это всего лишь амулет-ловушка, он проверяет, архонт ты или нет.

— Я обычный!

— Трус? — подсказал Моргват, — встречи с нами не проходят бесследно, Загорелая шея. Мы увидим магию твоей девушки, если ты говорил правду, если она архонт, если — еще жива, если… — он перевернул амулет и приставил Лето ко лбу. Аквилеец слегка побледнел, увидев синее свечение прямо у себя перед глазами, но остался стоять на месте.

— Синий — цвет Алиссен. Вы уже обжимались?

— Мы — друзья! — хором возмутились Лето и девушка.

Но огонек вспыхнул и погас. Ловушка подумала мгновение и зажглась ровным, серебряно-белым, холодным сиянием, похожим свет далеких звезд.

— Не может быть!

Моргват опустил руку. Амулет угасал медленно и постепенно, отражаясь в глазах людей.

— И все равно — невозможно. Архонт белого огня рождается раз в несколько столетий!

— Так Лиа — архонт? Ты убедился, что я не вру? — встревожился Лето, ничего не понимая.

Моргват не ответил. Покинув будку, он размахнулся и бросил амулет в реку.

* * *

— Вот взгляни на него: штуковину выбросил, ничего путного не сказал и завалился дрыхнуть! Ишь, как сумку мою к груди прижимает, боится, что жратву стащим!

Лето и Алиссен сидели на палубе, привалившись к стене будки, и слушали треск и бурчание в своих животах. Моргват спал, растянувшись на куске парусины, разложенном вдоль низкого борта. Наступил серенький, теплый день. Солнце маячило в высоком небе светлым пятном, но никак не хотело вылезать из-за облаков и уже давно смотрело в сторону запада. Пассажиры успели познакомиться с хозяином баржи — торговцем Ставером и его помощником Зораном, пошататься по палубе, поглазеть на берега и воду, оголодать и заскучать.

— Он вчера предупредил, что днем спит, а ночью ест.

— Настоящий филин, и глаза у него желтые.

— Золотые. И магия — тоже.

— Так он тебе нравится!

— Мне кажется, он не злой.

— И не добрый. Себе на уме дядька. Вот ты мне скажи — зачем мы в Велеград плывем?

— А мы плывем в Велеград?

— А куда? Реки с пути по приказу архонтов не сворачивают!

— Я думала, мы поедем на север, чтобы сковать мне настоящий меч… Он обещал.

— Ты такая наивная! Вам бы другой дорогой надо — в Аквилею и морем до северных земель. А архонт вглубь страны тащится. От Велеграда до Аверны рукой подать!

Все так. Но она плывет с опытным Моргватом по реке, а не идет с Лето пешком по дороге, где их догнать ничего не стоит. Дорин все дальше, все дальше опасность. С другой стороны, архонт лишь мельком обмолвился про обучение, а сейчас молчит. «Интересно, а как выглядит легендарный меч воина-мага?» Взгляд Алиссен упал на длинное оружие в потертых ножнах, лежащее вдоль бока мужчины. Он отстегнул меч от пояса, чтобы не мешался, но и во сне рука Моргвата небрежно лежала на рукояти. Девушка тихонько подкралась к спящему, не обращая внимание на Лето, поймавшего ее за одежду и потянувшего обратно. Осторожно приподняла запястье Моргвата и забрала меч. Бережно положила его руку на место. Архонт не проснулся, не пошевелился даже. Алиссен вернулась на свое место, предусмотрительно перешагнув западающую доску палубы, чтобы не скрипнула.

— Это ты ловко! — одобрил Лето, понизив голос, — тяжелый?

— Не очень. На нем должны быть узоры и его имя.

— Мы увидим надпись «Моргват»?

— Может быть, если он не соврал.

— Я видел на картинках клинки архонтов: они шире, чем обычные, и чуть-чуть изогнутые.

— Ножны этого меча прямые, Лето.

— Наверное, такая хитрость.

Две головы склонились над оружием у Алиссен на коленях. Лето придержал ножны, а девушка, затаив дыхание, вытащила клинок до половины. Дневной свет скользнул по скучной гладкой стали с ложбинкой посередине. Друзья переглянулись.

— Обманщик! — громко сказала Алиссен.