Кошмары Серебряных прудов - Анна Устинова

— Эй! — крикнул я. — А Толяна случайно вчера тут не было?

— Нет, — откликнулся Славка. — Понимаешь, у него бизнес очень молодой. Основан только сегодня. А вчера он только все придумал.

Вопросов по поводу Волобуя больше не возникало. Впрочем, вскоре мы сами его увидели. Зрелище было весьма живописным. Толян, облаченный в какой-то неимоверного размера тулуп, восседал на складном стульчике. Перед ним возвышалась гора пластиковых пакетов. На каждом был написан номер. Нам с Котом стало ясно: бизнес Волобуя зиждился на серьезной основе.

— Здоров, Фома, — едва завидев меня, расплылся в широкой улыбке начинающий предприниматель. — Ты чего без коньков?

Светка со Славкой, перебивая и дополняя друг друга, рассказали Толяну о вчерашнем происшествии.

— Дела-а, — выслушав, протянул он. — А почему я ничего про это не слышал?

— Наверное, по кочану, — не удержалась Дианка.

— Ребята, или скорей переобувайтесь, или мы с Котом уходим без вас, — поторопил я.

Все трое спешно принялись за дело. Я обратился к Толяну:

— Значит, ты точно ничего не слышал и самого тут вчера тебя не было?

— В этом качестве не было, — выразительно покосился на гору пронумерованных мешков Волобуев. — А кататься-то я катался. Во сколько это случилось-то?

Я сказал.

— Ну, чудеса в решете, — вылупился на меня Толян. — Я же как раз в это время на этом самом пруду кренделя выделывал.

— Иди врать! — возмутился я. — Не было тебя там.

— Точно, не было, — подтвердил Макси-Кот.

— Это вас не было, а я был, — уверенно произнес Толян.

Мы с Котом переглянулись. Каким образом Волобуев мог там вчера находиться и не заметить нас?

— Толя, — обратился к нему Макси-Кот, — а у тебя с часами все в порядке?

— Нормально, — заверил тот.

— Все-таки давай проверим, — не сдавался Макс. — Может, они вчера остановились или, например, вперед ушли?

— Смотри сам, — вытянул левую руку Волобуев.

Кот сверил его часы со своими. Они показывали абсолютно одинаковое время.

— Эй! — подбежали Славка, Светка и Дианка. — Мы готовы.

— Бежим, — и я вновь устремился по направлению к дому.

Вслед нам раздался возглас Толяна:

— Жанке пламенный привет! Я бы тоже с вами пошел, но дела не пускают! Ладно, я ей потом позвоню!

— Вот она будет рада! — обратилась к нам Дианка.

— Самое главное, что Толян за нами не увязался, — ответил я.

— Пожалуй, это сейчас было бы излишне, — подхватил Макси-Кот.

Больше мы не разговаривали. Нам хотелось скорее попасть к Тарасевичам и выяснить, что случилось.

К нашему облегчению, дверь открыла сама Жанна. Окинув нас мрачным взглядом, она как бы нехотя улыбнулась.

— Ой, как вас много.

Больше она ничего не смогла произнести, потому что Пирс принялся исполнять традиционный ритуал приветствия с подпрыгиванием и лизанием щек. Это продолжалось до тех самых пор, пока хозяйка не крикнула:

— Ну, хватит! Пошел на место!

Пирс негодующе тявкнул, однако процесс приветствия предпочел свернуть и удалился в комнату.

— Раздевайтесь, раз уж пришли, — сказала Жанна.

— Ты, вообще-то, как? — снимая куртку, осведомился я.

— Как ни странно, нормально. Даже насморка нет. Сама удивляюсь. Правда, я весь вчерашний день и всю ночь проспала.

— Это от шока, — уверенно произнес Макс.

— Кстати, тебе Толян будет звонить, — не без ехидства сообщила Дианка.

— Чего же он с вами-то не пришел? — в тон ей откликнулась Жанна.

— Не смог, — ответил Славка. — Он там, на катке, при деле. У него теперь бизнес.

Видимо, понятия «Толян» и «бизнес» у Жанны в сознании не сочетались. Во всяком случае, она, изумленно уставившись зелеными своими глазищами на Славку, спросила:

— Бизнес? У Толяна? Какой?

— Ботынки, дарагая, ботынки, — с нарочито кавказским акцентом произнес Славка.

— Ты хочешь сказать, Толян сапожником стал?

Мы покатились от хохота. Макси-Кот сквозь смех объяснил Жанне, в чем дело. А Дианка сказала:

— Так что Волобуй скоро большим человеком станет.

— Пусть становится кем угодно, только бы подальше от меня, — поморщилась Жанна.

Она явно еще не простила Толяну испорченного дня рождения.

— Кстати, по поводу Волобуя, — начал я. — Он уверяет, что вчера катался одновременно с нами на том же пруду, но ни нас не видел, ни как ты провалилась под лед.

Врет, — без тени сомнения проговорила Жанна. — Даже если бы он не заметил нас, то мы бы точно заметили его. Там ведь людей, кроме нас, было с гулькин нос.

— Это, Жанна, нам казалось, что с гулькин нос, — тихо сказал Макси-Кот, — а на самом деле пруд просто кишел людьми. Так все говорят, кто вчера там катался.

— Знаешь что, Котик, по-моему, несмешно, — сердито глянула на него Жанна. — Совсем несмешно. Неужто решили прийти и меня попугать? Знаете, мне вчерашнего хватит. По-моему, с вашей стороны это просто подло.

У Макси-Кота от негодования лицо покраснело до кончика острого длинного носа.

— За кого ты меня принимаешь? Я и не думал тебя пугать. Просто рассказываю.

— Мы тоже со Светкой удивляемся, — подхватил Славка. — Потому что одновременно с вами катались. Только на первом пруду. Но мы видели, что на втором полно народа. Даже больше, чем на первом.

Жанна, едва сдерживаясь, произнесла:

— Но я, между прочим, собственными глазами видела, сколько и где вчера каталось людей. Хотя, может, вы тоже теперь все забыли? — повернулась к нам с Максом она. — Ну же, смелее.

Говорите, что я никуда не проваливалась. Просто мне это приснилось.

— Да мы-то помним, — постарался как можно спокойнее произнести я.

— Но полыньи нет, — добавил Макс. — Даже намека. Мы с Фомой там чуть ли не на четвереньках все облазили.

В комнате повисла гробовая тишина. Я пристально смотрел на Жанну. Зрачки ее неожиданно сузились. А щеки пылали, как в лихорадке.

— Я вам не верю, — наконец заявила она. Голос ее дрожал.

— Жанна, но ведь это правда, — пытался достучаться до ее сознания я. — Ведь вчера мы собственными глазами видели, что полынья была и ты в нее провалилась. А сегодня теми же собственными глазами увидели, что полыньи нет и в помине.

— Так как же я провалилась? — задала новый вопрос Жанна.