Зажги меня - Кейти МакАлистер

Я вздохнула и обернулась к руинам монастыря, оглядывая садыи деревья у южной стены.

— Эш! Трава горит!

— Правда? Все так плохо? — спросила я, не глядя под ноги.Одним из побочных эффектов моего мысленного зрения является то, что при этом вырываетсяна свободу некоторое количество драконьего пламени Дрейка. К несчастью, я нетак хорошо умею его контролировать, как он, и обычно огонь расползается посторонам.

— Да нет, не очень плохо. Просто кольцо вокруг тебя. Нохорошо, что те две монахини, которые стоят рядом с тобой, уже давно покойницы,не то они поджарились бы.

Я резко обернулась. Две призрачные женщины стояли прямо уменя за спиной, в ночной тьме выделялись лишь их лица, зловещие полупрозрачныеовалы. Пока я в ужасе смотрела на монахинь, одна из них умоляюще протянула комне белые руки.

— Черт! Что же ты не сказал, что они прямо... ой!

— Ты стоишь как раз на костре, — заботливо напомнил Джим.

Я перепрыгнула десятисантиметровый огненный барьер ипринялась топать ногами, чтобы погасить огонь, лизавший мои туфли.

— Пропасть, а я их и не заметила! Ты почему мне не сказал,что они подкрались сзади?

— Я думал, ты их видишь.

Я несколько растерянно взглянула на двух полупрозрачныхмонахинь. Мне никогда прежде не доводилось встречать привидения. А что, еслиони превратятся в отвратительные трупы, кишащие червями, и бросятся на меня?

— Как ты думаешь, они просто поздороваться подошли? Или ониздесь вроде часовых, пытаются прогнать меня с руин? Ведь призраки не злые,правда?

— Кто их знает — возможно; и вообще, ты на какой планете?Призраки - это просто призраки, и больше ничего.

— Ох, спасибо. Ты мне ужасно помог. Как ты считаешь, что имнужно?

Джим взглянул на монахинь. Фигуры их дрожали в нагретомвоздухе, исходившем от костра.

— Не знаю. Почему бы тебе самой не спросить?

— Спросить? Ты хочешь сказать, что они будут со мнойразговаривать? Но я же Страж. Почти. А что, Стражи могут разговаривать спризраками?

— Ты можешь разговаривать с кем угодно, если знаешь, как этоделается, — равнодушно фыркнул Джим. — Скорее всего, они хотят, чтобы ты дляних что-то сделала и они смогли обрести покой. Это у призраков обычный modus operandi[9]. Такты собираешься тушить огонь?

— У меня нет времени на призраков, — ответила я, заламываяруки, затем, сообразив, что делаю, остановилась. Только героини готическихроманов заламывают руки. А я — современная, образованная женщина, профессионал,и в моей жизни нет места заламыванию рук. — Мне надо вернуть этот чертовамулет. Потом надо найти отшельника, а еще выяснить, что за ужасный ритуал ядолжна совершить, чтобы получить наставницу. Не говоря уже о поисках этой самойнаставницы, выяснении того, какого дьявола здесь делает Дрейк, кто эта женщина,крутящаяся вокруг него, и почему она его лапает. Джим хихикнул.

— Простите, — обратилась я к призракам, вытащила из сумочки органайзери продемонстрировала свои планы на ближайшие несколько дней. — У меня все времярасписано, нет ни минутки, чтобы заняться проблемами призраков. Но если вы непротив, я могу сообщить о вас другим участникам СОПиМ, и, может, кто-нибудь изних согласится прийти сюда и сделать то, что нужно.

Призраки печально задрожали, и мне показалось, что менябуквально окутывают исходящие от них грусть и сожаление.

— Послушайте, — сказала я, указывая на органайзер. — Нетвремени, видите? Эшлинг занята.

Легкий ветерок донес до меня горестную погребальную песню.

— Может, они не говорят по-английски? — спросила я у Джима,затем, повернувшись к монахиням, принялась копаться в памяти в поисках подходящейфразы. — Kdszonjuk, hogy пет dohdnyzik.

Джим начал кашлять. Монахини снова замерцали, на этот раз,как мне показалось, несколько рассерженно.

— Ну ладно, все, молчу, — сказала я, закрывая органайзер изасовывая его в сумку. — Я не виновата в том, что мои извинения...

— Ты сказала: «Спасибо за то, что вы не курите».

— ...если моя просьба о том, чтобы они... э-э-э... не курили,была воспринята неадекватно, но я... я... о, клянусь преисподней!

— Абаддоном.

— Абаддоном! Ну хорошо. Запишу вас на субботу на утро, сразупосле завтрака. Я собиралась пойти на массаж, но вместо этого приду сюда. Ну,подходит это вам, девчонки?

Призрачные фигуры замерли на мгновение, словно размышляя омоем предложении, затем медленно растворились во тьме.

— Принимаю это за согласие, — буркнула я, оборачиваясь ксаду и полосе деревьев, тянувшейся вдоль берега острова; при этом я заставиласебя видеть только тех, кто не имел отношения к потустороннему миру. Задеревьями мелькнула серебряная искорка, превратившись в фигуру мужчины,шагавшего к нам. Наверное, это Габриэль.

— Вон он. Как, по-твоему, амулет у него?

— Это ты обладаешь сверхъестественным зрением, а не я. Тыждешь, пока тут пепелище останется, или что?

— Ой. — Я снова обрела обычное зрение и взглянула на веселопотрескивающее пламя. Как и прежде, когда я пользовалась своими способностямиСтража, меня пронзило разочарование и боль; как жаль, что в реальности мирвыглядит таким унылым и серым. — Погаси его, пожалуйста, Джим. Я пойду спрошуГабриэля, удалось ли ему отыскать мой амулет.

— Погаси? — повысив голос, крикнул мне вслед Джим, когда яустремилась навстречу дракону. — И как мне, по-твоему, сделать это безогнетушителя?

— Помочись на огонь! — крикнула я в ответ. Последним, что явидела, был демон, прыгавший вокруг пламени с задранной задней лапой. Помня отом, как усердно Джим поливал кусты во время наших прогулок, я была уверена,что он без труда потушит небольшой пожар.

— Увидев вас сейчас, я сообразил, что не знаю вашего имени,— обратился ко мне Габриэль, когда я подбежала к нему.

— Меня зовут Эшлинг. Вы нашли того парня, который меняранил? Вы отняли у него мой амулет?

Габриэль галантно поклонился и улыбнулся; в полумракеослепительно сверкнули белые зубы. Мы встретились под тусклым фонарем намощеной дорожке, пересекавшей остров. Несмотря на слабое освещение, я заметила,что в глазах Габриэля мелькнула серебристая искра. Он протянул мне руку:

— Очень рад знакомству с вами, Эшлинг, супруга дракона.

— Вы нашли его! — вскрикнула я вне себя от радости, выхвативу него хрустальный амулет; на меня нахлынула волна облегчения; я обнялаГабриэля и поцеловала его в щеку. — Спасибо вам огромное! Этот парень недоставил вам неприятностей? Кстати, кто он? Вы ему как следует врезали?Спасибо, спасибо, спасибо!