Жена Его Сиятельства - Делия Росси

- Полагаю, леди Виктория сама с этим разберется, - твердо сказала Джул. - Кстати, Кристиан, не подскажете, когда она появится?

- Ей уже сообщили, - негромко ответил Конли. - Думаю, через пару недель леди Норрей прибудет в Лондон.

- Мистер Бинглоу, вы не могли бы нас оставить?

Джулия посмотрела на стряпчего.

- Да, миледи. Конечно.

Мистер Бинглоу суетливо сложил бумаги в саквояж, подхватил цилиндр и торопливо засеменил к выходу.

- До свидания, Ваше сиятельство, - пробормотал стряпчий, открывая дверь.

- Всего доброго, мистер Бинглоу, - вежливо попрощалась Джул. - Ну, а теперь, я жду объяснений, - повернулась она к Конли.

- Видите ли, Джулия, - неохотно отозвался тот. - Граф не афишировал свой первый брак. Я не знаю, какие у него на то были причины, но дядя никогда и никому не говорил о том, что был женат и о том, что у него есть дочь. Я и сам узнал обо всем совсем недавно.

Кристиан замолчал и задумчиво уставился на портрет лорда Норрея. Тот изображал графа молодым и полным сил мужчиной, с высокомерным взглядом и ироничной улыбкой на тонких губах.

- Совсем недавно, - повторил Конли.

Джул настороженно ждала продолжения.

- Это странная история. Дядя не отличался импульсивными поступками. Он всегда был довольно холодным и рассудительным человеком. Все считали его закоренелым холостяком, да, и сам он постоянно уверял, что не намерен жениться. Но однажды, будучи по делам во Франции, лорд Норрей безудержно влюбился. Девушка была из обедневших аристократов.

Конли снова замолчал.

- И что дальше? - поторопила его Джул.

- Дядя женился, но брак, почему-то, был заключен тайно. А через год после свадьбы молодая графиня умерла, оставив лорду Норрею новорожденную дочь.

- Печальная история, - вздохнула Джул. - Но почему никто не слышал о девочке? О дочери графа?

- Виктория жила и воспитывалась во Франции, - коротко ответил Конли. - Граф не хотел, чтобы о ней знали.

- Странно, - задумчиво заметила Джул.

Она снова посмотрела на портрет покойного мужа.

Уильям никогда и ничего не делал просто так. Интересно, почему он не захотел представить дочь ко двору? И зачем скрыл само ее существование?

То, что рассказал Кристиан…

Джул была уверена, что это только часть правды. Понять бы еще, какую роль граф отвел ей? Для чего женился? И зачем оставил в наследство Вуллсхед?

Она устало вздохнула и перевела взгляд на окно. Бесконечно длинный день подходил к концу. Сумерки уже опустились на город, оседая на ветвях деревьев седым туманом.

- Вы знаете, зачем Уильям женился на мне? - неожиданно спросила она Кристиана.

Тот на секунду вздрогнул, но тут же постарался скрыть свое замешательство.

- Полагаю, дядя не смог устоять перед вашей красотой, - с добродушной улыбкой ответил Конли.

- Да?

Джул скептически усмехнулась.

Она поняла, что Кристиан ничего не скажет. Даже если у графа и были какие-то тайны, его племянник их не выдаст.

- Джулия, вы устали, - неожиданно сказал Конли.

Он поднялся и предложил ей руку.

- Позвольте, я провожу вас наверх.

Джул только кивнула в ответ.

Ей было ясно, что Кристиан торопится избавиться от ее общества, и она не стала настаивать на продолжении разговора. Как бы там ни было, ей и самой не терпелось остаться в одиночестве, чтобы все как следует обдумать.

ГЛАВА 6

Следующие две недели оказались для Джул настоящим испытанием.

Престарелые родственницы Уильяма так и остались в доме, намереваясь дождаться приезда наследницы, и изрядно утомляли Джулию своими разговорами. Родители, появившиеся в особняке на следующий день после похорон, вместо того, чтобы поддержать дочь, ужасно расстроились и принялись изводить Джул бесконечными причитаниями. Вернее, расстроился папенька, который, как выяснилось, снова влез в долги и собирался просить у Джулии денег, а вот причитала и скорбела по уплывшему из-под носа богатству маменька.

- Джули, я не понимаю, чем ты так прогневала мужа? Почему он оставил тебе какие-то крохи? - возмущалась леди Фицуильям. - В конце концов, это низко с его стороны!

- Пятнадцать тысяч - неплохая сумма, - попыталась успокоить ее Джул. - Мне этого вполне хватит.

- Ах, Джули, ну, что ты говоришь?

- А почему нет? К тому же, есть ещё и Вуллсхед. И это немало.

- Джули, но ведь замок тебе не принадлежит! И проценты ты будешь получать только до тех пор, пока не соберешься снова выйти замуж.

Леди Фицуильям расстроенно вздохнула.

- Дорогой, ну, хоть вы скажите! Как лорд Норрей мог оставить нашу дочь без наследства? Это ужасно его характеризует! Я была уверена, что граф - благородный человек, а оказалось…

- Боюсь, что говорить об этом бесполезно, - тихо произнес сэр Джордж. - Все равно ничего нельзя изменить. По крайней мере, Джулии есть на что жить.

- Вы полагаете, этого достаточно? - возмутилась леди Агата. - И вообще, откуда взялась эта никому не известная наследница? Мы даже не знаем, как она выглядит!

Джул промолчала, не желая ввязываться в бесплодные рассуждения, но ответов на вопросы долго ждать не пришлось.

На пятнадцатый день после похорон, в двери особняка постучали, и на пороге возникло неземное видение. Прекрасная белокурая девушка, в изящном траурном платье и модной маленькой шляпке с вуалеткой, грациозно впорхнула в дом и, не обращая внимания на дворецкого, мило улыбнулась выглянувшей из гостиной Джул.

- Леди Норрей? - спросила гостья.

За ее спиной маячили дородная дама и щупленькая девушка, в которых Джулия без труда признала компаньонку и горничную.

- Да, это я, - спокойно ответила Джул. - А вы?..

- Леди Виктория Норрей, - мило улыбнулась леди, и на щеках ее заиграли ямочки. - Мы заочно знакомы. Лорд Конли рассказывал мне о вас.

- Да? Надеюсь, он был ко мне добр?

- О, разумеется, леди Норрей. По его рассказам, вы - настоящий ангел. И мне не терпится познакомиться с вами поближе.

- Что ж, я рада вашему приезду и надеюсь, у нас еще будет время узнать друг друга получше, - вежливо ответила Джул и добавила: - Генри, проводи леди Викторию в гостевые покои и проследи, чтобы там растопили камин.

- Слушаюсь, миледи, - почтительно отозвался слуга.

Правда, за этой почтительностью, Джул без труда разглядела жгучее любопытство. Еще бы! Прибытие новой хозяйки, при наличии старой, кого угодно лишило бы привычной невозмутимости!