Госпожа Шестого Дома - Эуреон Серебряный

Он понимал, что правильнее всего было бы по-быстрому убраться отсюда, пока их с рабом никто не заметил. Но также понимал, что любопытство и желание узнать хоть что-нибудь вряд ли позволят ему сделать это.

Попытаться пролезть хотя бы в одну из этих комнат? Наверняка они заперты, а он не умеет взламывать замки. К тому же, это было бы слишком рискованно. Но… в комнату можно отправить паука. И даже осмотреть все его глазами. Паука-то вряд ли заметят, даже если хозяйка комнаты вдруг вернется. Остается спрятаться самому.

Спустившись на второй этаж, Сорнтран велел эльфу остаться у лестницы и, если придет кто-нибудь из жриц, просто притвориться одним из рабов, ответственных за уборку. Сам же уже смелее прошел по коридору в поиске хозяйственных помещений. Нашел довольно быстро: на этаже было аж несколько комнат, где хранили чистое постельное белье и какие-то предметы, видимо, для уборки. Недолго думая, Сорнтран велел Ксаланту пробраться в нужную комнату — седьмую справа, сам же залез в одно из помещений с чистым бельем. Устроился под одной из стен, расслабился, прикрыл глаза и сосредоточился на невидимой цепи, соединяющей его с пауком.

Вспышка — и перед глазами — небольшая комната, примерно пять шагов в ширину и семь — в длину. Темно, но для его зрения это не помеха. Стены из гладкого, почти черного камня, как и везде в этом строении. На полу пушистый ковер с узорами, похожими на паутины. В углу небольшая статуя Богини, окруженная потухшими свечами. Перед статуей на небольшом алтаре лежит кинжал с украшенной пауками рукоятью.

Сорнтрану никогда прежде не приходилось бывать в комнате жрицы. На короткий миг возникает ощущение, что он делает что-то неправильное, предосудительное. Но все лишние мысли быстро улетучиваются из головы, и он осматривается.

Кровать с серебристым покрывалом. Шкаф из того же материала, что и двери. Стол из него же — и завален книгами и тетрадями, — такого количества книг вне библиотеки Сорнтран никогда еще не видел. Над столом окно, выходящее во внутренний двор. А у окна стоит небольшой противень со сморщенными грибами — видимо, их так сушат? Хииды. Однозначно, они.

Паук перепрыгивает на стол, перебирается под него, пролезает через полуоткрытую дверцу в небольшой шкафчик под ним. Стеклянные сосуды разных форм и размеров. Некоторые пусты, в других жидкости желтоватых или зеленоватых оттенков. Какие-то стержни, металлические диски и другие инструменты, о назначении которых Сорнтран не имеет ни малейшего представления.

Рассматривая все это, он с трудом верит своим глазам. В лабораториях ему бывать никогда еще не приходилось, но, по его представлению, именно так выглядели бы предметы, используемые для изготовления зелий. И, конечно, ядов.

Но как можно держать такие предметы и яды, — если это действительно яды, — вот так вот, в обычном шкафчике, где любой может их увидеть? Либо хозяйка этой комнаты уверена, что никто сюда не зайдет, либо у нее есть разрешение на хранение в своей комнате таких вещей? Но если так, почему грибы ей приносили ночью, в тайне?

Еще раз оглядев помещение, Сорнтран вновь прощупывает невидимую цепь.

Короткий миг — и перед глазами снова шкафы с аккуратно сложенным бельем. А вдали — голоса.

Быстро вскочив на ноги, Сорнтран поспешил в сторону лестницы. Еще издали увидел юную жрицу по имени Ина, стоящую напротив эльфа, который неловко кланялся и что-то лепетал. Заметив Сорнтрана, отошел на пару шагов, вжав голову в плечи и чуть ли не вздохнув с облегчением.

— Ты, — заметив Сорнтрана, женщина перевела взгляд на него. Оглядела с головы до ног. — Что ты-то здесь делаешь? Вряд ли тебе сюда можно.

— Жрица, — Сорнтран вежливо поклонился. Растерялся лишь на мгновение, но быстро взял себя в руки — и в голове сразу всплыла идея: — Госпожа велела мне найти некоторых рабов. Именно этим я и занят.

— Рабов? — Ина недоверчиво усмехнулась. — Почему же ты ищешь их здесь?

— Эти рабы — кузнецы, которых по ошибке отправили на не совсем соответствующие их навыкам работы. Я подумал, что они могут быть среди уборщиков.

— Сейчас здесь нет уборщиков. Они придут немного позже.

— Моя ошибка, жрица. Мне казалось, они приходят во время ужина, как в наших бараках.

— Нет, сюда они приходят после ужина, — Ина усмехнулась. — Им не позволено заходить в наши комнаты без нашего присутствия.

— Понимаю. В таком случае, вернусь позже, — Сорнтран поклонился.

— А этот раб с тобой, что ли?

— Именно так.

— И зачем он тебе? Даже нижнеобщий, кажется, не понимает. Какой от него толк?

— Он был куплен вместе с кузнецами и сможет узнать их в лицо. Знание языков ему для этого не нужно, жрица.

Ина высокомерно оглядела Сорнтрана, перевела взгляд на раба, почему-то усмехнулась и направилась в свою комнату. Сорнтран еще немного постоял, желая увидеть, в какую дверь она войдет. Четвертая слева. Не та дверь.

— Что она говорила, господин? — прошептал эльф. — У нас проблемы?

Сорнтран махнул рукой.

— От тебя здесь и правда никакого толку. Можешь идти.

Эльф удивленно моргнул.

— Что тебе непонятно? Можешь идти отдыхать. Когда придешь в комнаты рабов, поищи там дворфов-кузнецов, что были куплены в Лирсике вместе с тобой. Сообщишь мне, когда найдешь.

— Я… но… хорошо, господин.

Эльф неуклюже поклонился и спустился вниз. Наряду с его удаляющимися шагами послышались и другие: кто-то поднимался по лестнице. Сорнтран остался стоять у лестничной площадки, по возможности расслабленно и уверенно. Спустя несколько мгновений показалась Миззрима. Сорнтран молча поклонился. Подумал, что если она о чем-нибудь спросит, скажет ей то же самое, что и ее подруге, — про кузнецов. Но юная жрица, коротко взглянув на его и быстро отведя взгляд, продолжила подниматься наверх.

Судя по звуку шагов, она дошла до пятого этажа и зашла в покои матроны.

Сорнтран же, постояв немного и не услышав других шагов, поднялся на четвертый этаж. Не теряя времени, отправил паука в нужную комнату, сам же пробрался в хозяйственное помещение и уселся на полу рядом с огромным шкафом с чистым постельным бельем. Закрыл глаза, сосредоточился.

Резкая перемена картинки перед глазами — уже привычно.

Комната за красивой, большой дверью широкая, просторная, но на удивление аскетичная. Сорнтрану почему-то казалось, что в покоях первой жрицы будут какие-нибудь