Дураков здесь нет! или Приключения дракоши - Елена Белова

— Мастер Гаэли, вы говорили, что маги умеют наносить несмываемые узоры. Так?

— Э-э… а что случилось?

— Можете нарисовать на мне звездочки? Серебряные?

Когда на свет появляется новый драконыш, это всегда праздник для стаи. К нему готовятся заранее: приглашаются все приемные мамы, которые согревали будущего малыша своим теплом и «вели своим голосом», приглашаются друзья мужа, которые в семь слоев пропекают пещеру чистым пламенем, чтобы не осталось ни плесени, ни сырости… Родители мастерят малышовый уголок, причем папа обычно занимается «купелью», а мама — гнездом и украшениями.

А потом обходят пещеру, по одному гася огни. Пока не останется один-единственный, чтобы не окрепшие пока глазки не пострадали. И ждут…

Как только драконенок сбрасывает скорлупу, заботливые родители подхватывают его в четыре крыла и, обняв-успокоив, опускают в теплую воду с харрверсами. Харрверсы, пушистые змейки, делают то, на что не способны жесткие родительские лапы-крылья — они аккуратно чистят нежную шкурку, не повредив мягкую пока чешую. Мочалки — это для взрослых, а вот харрверсы с легкого крыла Островных вошли в моду лет пятьдесят назад, до того новорожденных просто в пламени купали. Сейчас-то им только сушат.

У родителей есть время побыть наедине с малышом, но не больше часа.

Потом новорожденного торжественно выносят под солнечные лучи в присутствии множества свидетелей. Это тоже традиция со смыслом: если с ребеночком что-то не так, то опытные матери тут же подскажут, как можно поправить дело. А если все хорошо, то держитесь, родители: начинается время пожеланий и подарков, и чем вас только не завалят! Начиная с угощения (обычно еда у всех общая, но тут все стараются найти что-то поинтересней) и заканчивая рыболовной сетью, которая пригодится новорожденному в лучшем случае лет через двадцать. Если учесть, что сегодня на праздник придут не только наши стайные, но и Сыны Неба, и маги, то мы с Риком рискуем… в том смысле, что можем и не откопать пещеру от подарков. Ну ничего, мстительные мы дарителям тоже кое-что приготовили! В том числе и с помощью папы. Фантазия у него что надо…

— Мам, пап, ну как? — просунулась в проем пещеры золотая головка.

— Он еще не родился? — полушепотом уточнила вторая.

— А посмотреть можно? — в десятый раз спросила третья. Принц изнывал от желания своими глазами увидеть рождение дракона. Ни уговоры, ни сердитое шипение на него не действовали — Вителлике только дергал гребешком и измысливал следующую причину, по которой ему, в нарушение традиций, можно разрешить посмотреть. Пока причин набралось восемь, среди них было и совершенствование устаревших традиций, и необходимость отсмотреть такое событие на будущее, и наука, и даже то, что он же все равно практически член семьи, так какая разница? Продвинутый юноша…

Но не тут-то было. Мне даже говорить ничего не понадобилось.

— Брысь, — коротко ответил Рик.

Вителлике скроил умоляющую рожицу, но Рикке не зря отработал шаманом шесть лет — опыт есть опыт. Он глянул на Маришку:

— Марина, тебе поручение: можешь рассказать своему жениху про основные драконьи традиции? Особенно про их формирование. С упором на причины. Справишься?

— А то! Вителлике, пошли!

Принц вздохнул и испарился вместе с моими дочками. За занавеской, закрывающей вход, послышался быстрый перешепот трех голосов, из которых отчетливо выделился Маришкин, с нетерпением излагающий традицию «О надлежащем драконов на свет появлении». Упор делался на то, что новорожденный не должен в первый миг жизни видеть или ощущать посторонних — чтобы родительский «полог первой защиты» сформировался правильно.

Ну и ладненько.

— Класс. А у меня не получалось выставить их надолго.

— Зато у тебя получилось выставить мастера Гаэли. А у меня не вышло. — Рик почти серьезно виновато пожал крыльями, так что разбросанные там-сям мелкие серебряные звездочки замерцали в свете факелов. Что? Ну да, звездочки, а что? Ну вы же не думали, что родной муж оставит меня и сына наедине с проблемой? Он обзавелся звездочками сразу, как только уломал на это дело магов.

Стайные восприняли наш новый вид спокойно, а Сыны Неба сначала косились, и даже смешки слышались. В первый день. На второй к завтраку вылетели серебряный Гарри в голубых звездочках и… Рэй в золотых. Стая офонарела. Тюнингованные драконы в полном молчании проследовали на свои насесты, невозмутимо поприветствовали друг друга и принялись за еду. На робкий вопрос, что это значит, вождь совершенно спокойно ответил, что знак покровительства богов, коего удостаиваются не все, а лучшие. Пока мужское поголовье переваривало идею, женское уже оживленно обсуждало с Аррейной вопросы новой моды и горячо спорило, какие по цвету звездочки-цветочки-снежинки кому подойдут. Отчего у замотанных магов в следующие пять суток резко поприбавилось работы. Зато уже в конце недели драконы переливались звездами и созвездиями всех мыслимых цветов и размеров. Красные на синем, бирюзовые и серебряные на зеленом, синие на белом. Крупные на крыльях, мелкая россыпь на боках и шеях, переливчатые, мерцающие… Последний писк — звездочки или снежинки, светящиеся в темноте (папина придумка плюс люминесцентная краска, да плюс чары на несмываемость). Мода заворожила всех, и будущий Вихрь ал Тоннирэ со своей расцветкой выделяться явно не будет. Самое интересное, что ни Рэй, ни Гарри друг с другом не сговаривались.

Что? Ну да, Вихрь…

Вообще-то я хотела назвать малыша Игорем, и Рик был не против. Но у драконов не принято называть ребенка в честь родственников, считается, что одно имя на двоих опасно. Так что мы нашли похожее, на наш взгляд, по произношению (если озвучивать букву «х» — Вих[о]рь), ну и красивое. А папа Игорь и так знает, что это в его честь. И все счастливы. Единственное, что нас с Риком волновало, — будет ли он оборотнем? Ни маги, ни даже боги не давали нам стопроцентной гарантии. То, что родители оборотни, конечно, кое-что значит, но случаи рождения обычного дракона в семье оборотней бывали. Но даже если нет… разберемся.

Стоп.

Мне послышалось или это и правда треск?

Вы когда-нибудь видели, как является в мир драконыш?

Замечательное зрелище! Если у вас все в порядке с терпением. Потому что дело это небыстрое.

За несколько суток до ожидаемого события яйцо становится теплым, его уже не нужно греть, сформировавшийся детеныш вполне способен согреть себя сам. А перед самым рождением драконыша оно (яйцо) на несколько минут делается даже горячим — пока ребенок огоньком пробует скорлупу на прочность. А потом — хруп, и на засветившейся изнутри скорлупе появляется «взлом». Словно на яйце вдруг вырастает мини-пирамида. Дальше, пока замершие родители даже не смеют дышать, слышится легкий треск — и скорлупка взламывается еще одной «пирамидкой», рядышком. И еще, еще, пока ломаная линия не сойдется в ровный круг.

И останется только подождать еще пять — десять минут, пока малыш отдохнет и, привстав на слабые еще лапки, сдвинет головкой получившуюся «крышу» своего домика-скорлупки. И подхватить его.