Ониксовый шторм - Ребекка Яррос

По крайней мере, опускная решетка не была опущена.

-Подожди здесь. Капитан выводит нас в середину, затем уходит, когда один из солдат в синем кричит что-то слева.

Мы с Ксаденом встаем спина к спине.

-Их две дюжины, а нас только двое, - шепчу я, переводя взгляд с солдата на солдата, отмечая, что у них по двое перед каждой дверью.

Сверху рычит Сгэйл.

-Четыре, - тихо напоминает мне Ксаден, касаясь своим мизинцем моего. “И мне действительно не хватает этой связи прямо сейчас”.

-Я тоже. Я держу руки поближе к клинкам, не давая охранникам повода нанести удар, борясь со страхом, который угрожает замедлить мое суждение, когда небо темнеет от тяжелых туч.

Стражники справа от меня расходятся, и вперед выходит капитан, за ним следуют Эйрик, Дейн и Кэт.

“Приветливая компания”, - замечает Кэт, когда они добегают до нас.

“Сюда”, - приказывает капитан, затем шагает к солдатам в серебряных мундирах, блокирующим следующие ворота.

“Держись поблизости и не дай себя убить”, - говорит Ксаден Аарику, когда мы следуем за кавалерийским офицером. Солдаты, идущие по обе стороны от нас, попеременно наблюдают за нами и поглядывают вверх, как будто Таирн и Сгэйль могут решить, что с них хватит стены.

Солдаты начинают спорить, когда мы приближаемся к воротам, но я различаю только опасность и святость.

“Они хотят, чтобы состязание состоялось на этой... станции”, - переводит Дейн из-за моей спины, пока Сгэйль и Таирн идут вдоль стены над нами, не отставая. “Они не хотят, чтобы мы приближались к их главному храму”.

-Нас интересует не их храм, - бормочет Кэт рядом с ним.

Капитан должен выиграть спор, потому что охранники расступаются, пропуская нас. Я бросаю взгляд на их нагрудные знаки и нахожу выгравированный символ в виде двух скрещенных мечей, зажатых в центре когтем, — эмблему Данна.

-Он похож на наш, - говорю я Таирну, когда мы проходим под толстыми воротами. - У них в ее символе есть коготь, что указывает на общее происхождение.

“Сосредоточься сейчас, анализируй позже”, - требует он, когда мы переходим к следующему разделу.

Здесь нет жилых домов, только два сектора террасных кресел, встроенных в стены с обеих сторон, оставляя открытую площадь перед самым большим храмом, который я когда-либо видел. Он, без сомнения, высотой с Таирн. Длинная остроконечная крыша покрыта такой же бледно-голубой черепицей, как и весь остальной город, а шесть широких колонн, поддерживающих фасад, выполнены из серого гранита. Отполированные камни переливаются на свету, отчего кажутся почти серебряными, и на каждом вырезан свой символ. Меч. Щит. Огонь. Вода. Коготь. Мои брови приподнимаются, когда мой взгляд достигает последней колонны справа. Книга.

Все орудия ведения войны.

Рядом с этой колонной находится скульптурная композиция, посвященная богине, - сверкающее серое изображение ее подобия, достигающее самой нижней линии крыши. В левой руке она держит меч, направленный в нашу сторону, а в другой - щит, защищающий правый край ее виска. Ее длинные волосы заплетены в косу по одной стороне туловища, и она одета в длинную, подпоясанную мантию с бронированной нагрудной пластиной.

“Вау”, - шепчет Кэт, когда охранники в форме проходят позади нас, занимая позиции по бокам площади, пока мы движемся к более темным камням между террасами.

Служители в синих одеждах поднимаются по ступеням храма, и мои шаги замедляются.

У каждого из них серебристые волосы.

Не серый.

Не белый.

Серебро.

Опекунам больше не разрешается посвящать детей в служение своему любимому божеству. Решение служить богам всю жизнь должно быть принято после достижения совершеннолетия и по доброй воле человека.

—Публичное уведомление 200.417 Переписано Рэйсел Лайтстоун

ГЛАВА ТРИДЦАТЬПЕРВАЯ

-Утебя кружится голова? - Спрашивает Ксаден тихим шепотом.

-Нет. ” Мой взгляд перебегает с одного служащего на другого, пока мы идем к ним. Все они разного роста, формы, пола и оттенка кожи, но цвет их волос такой же одинаковый, как и синие одежды.

Одна из служанок на верхней ступеньке хлопает в ладоши, и группа детей в светло-голубых туниках выбегает из-за статуи Данн, чтобы помчаться к ней по ступенькам. Мой взгляд останавливается на последней из них, девочке, которой на вид не больше десяти. Коса брюнетки с серебристыми кончиками рассыпается по спине, когда она подхватывает на руки младшего ребенка и входит внутрь.

У меня перехватывает дыхание, когда она исчезает.

-Вайолет, - шепчет Ксаден. — Ее волосы...

-Я знаю. - Я пошатываюсь, и он поддерживает меня, положив руку мне на поясницу.

Никогда за свои двадцать один год я не видел никого с такими волосами, как у меня. У нее всегда волосы заканчиваются серебром, независимо от того, как коротко она их стрижет? У нее что, суставы подводят? У нее сломаны кости? Мне нужно знать. Я должен знать.

Капитан кавалерии кричит на стены, пока Таирн крадется над нами, и все слуги вытаскивают клинки из-за поясов у себя на талии, вырывая меня из моих мыслей.

“Он сказал: ‘Я привел их”, - переводит Дейн слева от Хадена, когда мы выстраиваемся в прямую