Пилигрим - Юрий Неспящий

— Думаю, это случайность, Рю и Рюга очень сильные и они были измотаны.

— Как скажешь, — Мудзан улыбнулся, допил остатки Супа, захапал сразу четыре печенья и уставился на девушку.

— Что-то не так? — спросила Мия.

— У меня есть предположение. Я несколько раз видел тех, кто терял идеальный момент.

Мия превратилась в ухо.

— Ты ведь уже поняла верно?

— О чем вы?

— Успела ощутить, что чувствует тот, кто сражается против владельца идеального момента.

Мию почувствовала, будто за шиворот ей вылили ведро ледяной воды. Вдобавок лицо генерал изменилось, с ней уже говорил не умудренный опытом старец, а одержимый силой оружия военачальник.

— Отчаяние, — прошептала девушка. — Идеальный момент — это то, от чего невозможно убежать.

— Именно. Мало что может быть хуже чувства, что смерть точно настигнет тебя, чтобы ты ни делал. Каждый удар, каждое движение такого бойца, вгоняют в панику. — Мудзан перешел на бормотание под нос. — Ты ведь не убийца… Многие айну вступают в бой насмерть, но я знаю наверняка, что мало кто на самом деле хочет убивать. И тем не менее мы точим оружие, зная, что собираемся это делать. Я видел идеальный момент, он страшнее любого меча, и любого духа. Когда эта техника применяется в бою, владелец чувствует линии… и режет их. режет — Именно. Мало что может быть хуже чувства, что смерть точно настигнет тебя, чтобы ты ни делал. Каждый удар, каждое движение такого бойца, вгоняют в панику. — Мудзан перешел на бормотание под нос. — Ты ведь не убийца… Многие айну вступают в бой насмерть, но я знаю наверняка, что мало кто на самом деле хочет убивать. И тем не менее мы точим оружие, зная, что собираемся это делать. Я видел идеальный момент, он страшнее любого меча, и любого духа. Когда эта техника применяется в бою, владелец чувствует линии… и режет их.

Мия увидела на лице генерала такую грусть, что захотела прижать его к груди.

— Не смей жалеть меня, девочка, — рыкнул он и тут же смягчился. — Могу дать совет, который поможет тебе вернуть идеальный момент. Ты слушаешь?

— Да.

— Мечи созданы для войны, для того чтобы убивать. А у тех кто боится, мечи дрожат. Словом, найди причину для чего тебе держать такой меч, и тогда, сможешь рубить лучше всех. А если не сможешь, брось эту затею. Акида, скорее всего, даже обрадуется. тогда, — Мечи созданы для войны, для того чтобы убивать. А у тех кто боится, мечи дрожат. Словом, найди причину для чего тебе держать такой меч, и тогда, сможешь рубить лучше всех. А если не сможешь, брось эту затею. Акида, скорее всего, даже обрадуется.

Мудзан ушел.

Рюга брела обратно в лес. Кито сказал, что не может вылечить отравление. Лин сделал отвар, от которого гонкай вырвала дважды, полегчало, но приступы тошноты то и дело возвращались. На этот раз Рюга взяла с собой воду про запас. Не дождавшись Дракончика, гонкай в третий раз попросила у старика инструменты и вернула разломанные вторые.

Она добралась до тренировочного места к обеду. Дерево уже затянуло все срубы, которые Рюга расковыряла утром, а от секиры опять остался торчать лишь кончик рукоятки, и уже не такой длинный, как утром. Теперь стамеской и деревянным молоточком она методично выколупывала кусочек за кусочком. — «Черт, надо было взять фонарь и еду…» — подумала Рюга.

Через полчаса к ней пришел Тихий.

— Чего надо?

— Хотел поговорить, — сказал птицелюд.

— А я нет… Как нашел меня?

— Наэль рассказал.

«Все теперь точно пора нычку менять,» — подумала Рюга, глядя на Тихого.

— Я не в настроении.

— Это насчет Мии тае.

— Ох… что значит это твое тае?

— На языке Хайдзен это значит: уважаемая госпожа.

— Ха, вот солома удивится, если узнает. — Рюга разогнулась. — Если постучишь по пояснице, я тебя выслушаю.

Тихий барабанил трехпалыми кулаками по спине гонкай и рассказывал все, что произошло между ним и Кристой с тех пор, как она начала тренироваться у Акиды.

— На кой-черт ты вообще за ней увязался? — Рюга отпила воду из фляги, предложила Тихому.

— Благодарю.

Птицелюд опрокинул флягу над клювом. Рюга вскинула брови, внутри она разглядела почти обычные человеческие зубы и острый черный язык.

— Я хочу быть рядом с ней.

— Влюбился, что ль?

— Нет, я не могу понять свои чувства.

— Ясно, сядь.

Тихий умастился на корень напротив Рюги.

— Солома не из тех, кто держит обиду, или что-то подобное. Она не стала бы игнорировать тебя без повода. Ты ничего не сделал, а значит, причина в алкаше угрюмом.

Тихий похлопал глазами.

— Спасибо.

— Но, чтоб ты знал, я с ним согласна, ты ведешь себя странно. С пацанами не общаешься, бегаешь за ней как тень. Ты вообще кто?

Птицелюд уставился на листья под лапами.

— Ох… — Рюга дожала флягу. — Не хочу обнадеживать, но-о-о…

Клюв Тихого взметнулся вверх.

— Если настроен серьезно, могу рассказать, как тебе занять место рядом с ней, и не только до конца зимы.

— Слушаю!

— Если солома станет пилигримом, хотя в этой жизни вряд ли, ха! Кхм. В общем, пилигримам второго ранга позволено брать под свое начало помощников. Они что-то вроде личной охраны, всюду шатаются с ним, даже на миссии отправляются и не только. Но это опасно, говорят такие мрут как мухи, и для этого нужно будет сдать боевой экзамен.

— Я готов!

— Тогда вот что, пока эта идиотка будет расти до второго ранга, если вообще дорастет, ты должен стать достаточно полезным и сильным.

— Что для этого нужно?

— Мне почем знать?

Тихий напрягся.

— Ох, да хоть готовить научись, — сказала гон. — Чем больше будешь уметь, тем лучше, ты не одаренный, но полузрячий, а значит, можешь быть полезен в бою. Научись драться, стань грамотным, выучи основные языки… хотя солома и так все это умеет, но чем черт не шутит.

— Я понял. — Тихий поднялся, поклонился. — Благодарю!

Рюга перевела взгляд за спину Тихого.

— Помяни черта.

Саймо уставился на Мию, та робко помахала. Птицелюд постоял немного и ушел по тропинке в город. Рюга отвернулась и принялась расковыривать дерево. — «Пора менять нычку,» — снова подумала гонкай и представила, что когда достанет секиру, заберется в такую глушь-высь, где ее никто и никогда не найдет.

— Здравствуй, — поздоровалась Криста.

— Ага. Поесть принесла?

— У меня есть печенье! — Мия полезла в карман, протянула Рюге.

— Годится.

— Ого… — Криста уставилась на рукоятку секиры. — Как это вышло.

— Какая разница. Ты лучше скажи, что у тебя с Тихим?

Мия повернулась. Пристальным взглядом она увидела силуэт Птицелюда, который уже