Эра Мифов. Эра Мечей - Майкл Дж. Салливан

– Не против, если я взгляну? – спросил Потоп, указав на меч Рэйта.

– Зачем?

Потоп пожал плечами.

– Довольно странно видеть бронзовый меч у такого, как ты. Я думал, твои собратья до сих пор используют копья с каменными наконечниками.

Рэйту его тон не понравился.

– А твои собратья – явно с придурью!

Потоп насупился. Рэйт потянул меч из-за пояса. Дхерг вздрогнул.

– Спокойно. Сам же сказал, что хочешь взглянуть.

– Взглянуть, а не попробовать на себе.

Рэйт передал ему меч рукоятью вперед. Потоп взял клинок в руки, поднял к свету и принялся разглядывать.

– Ты забрал его у эльфа, которого убил?

– Кто такой эльф?

– То же самое, что и фрэй. Только они терпеть не могут, когда их называют эльфами. – Потоп снова указал на меч. – Так он тебе и достался?

Рэйт кивнул.

– Эльфийская бронза. – Потоп скривился и покачал головой, будто меч его оскорбил.

– Лучше оружия у меня не было. Что с ним не так?

Дхерг протянул ему клинок.

– Попробуй, какой он легкий.

– Ну да, именно этим он и хорош.

Потоп закатил глаза.

– Его выковал лентяй! Посмотри на лезвие. Видишь, какого оно цвета? Почти белое.

– И что? – спросил Рэйт, подозревая, что Потоп ищет недостатки там, где их нет.

– Бронзу делают из сплава меди и олова. У олова точка плавления ниже, и его легче расплавить, чем медь. Этот меч легкий, как олово. Поэтому он такой светлый и легкий. Будь в нем больше меди, клинок имел бы золотистый оттенок и был прочнее. Меди… качественной меди мало. Без нее не выковать хорошего клинка, а если она и попадается, то лучше сделать из нее вещь более полезную. К примеру, из черной бронзы вылиты наши самые почитаемые статуи. Она получается при добавлении в медь золота и серебра. – Потоп указал на меч, который Рэйт снова сунул за пояс. – Дешевая побрякушка.

– Зато он разрезал пополам вот что. – Рэйт вытянул из-за спины обломок отцовского меча.

Потоп внимательно осмотрел обломок.

– Откуда он у тебя?

– Семейная реликвия. Якобы его сделал один дхерг.

Потоп нахмурился.

– Бэлгрейглангреанин, если тебя не затруднит.

Рэйт усмехнулся.

– Ты рыгнул?

– Видишь ли, мы не делаем медных мечей со времен Эльфийской Войны. И никто не станет ковать из меди такой длинный меч, потому что он слишком мягкий.

Рэйта не удивило, что семейная реликвия, которую отец любил больше, чем жену, дочь и сыновей, вместе взятых, оказалась негодной поделкой. Он думал, Потоп бросит ему обломок клинка, но дхерг продолжал вертеть рукоятку в маленьких ручках. Он облизнул металл, и на лице его застыло изумление.

– Чего?

– Это же медь!

– Зачем ее облизывать? И так все ясно.

– Чистая медь! Я бы сказал, – он снова лизнул клинок, – меди здесь девяносто пять или девяносто восемь процентов. Я же говорил тебе, медь встречается редко. Почти всю выработали еще во время войны. В наши дни чистая медь ценится выше золота. Сам я не кузнец, но хороший мастер мог бы ее расплавить и выковать несколько превосходных мечей. Гораздо лучше твоей эльфийской игрушки.

Потоп вернул обломок и ушел, оставив Рэйта в задумчивости: возможно, вера отца в ценность своего клинка и не лишена некоторых оснований.

* * *

Сразу после того, как Рэйт поел, дождь то ли прекратился, то ли взял очередную передышку. Персефона покинула навес и двинулась вдоль лагеря, обходя коричневые лужи. Рэйт бросил скоблить кроличью шкурку, сунул ее в складки ли-моры и поспешил следом. Далеко Персефона не ушла – только до главных ворот, которые из-за дождя еще не успели починить.

– И куда ты направляешься? – спросил Рэйт.

Персефона посмотрела на него с недоумением.

– Щит не должен сомневаться в действиях своего вождя.

– А вождь не должен удирать от своего Щита. Ты меня избегаешь?

– Нет, совсем нет. – Персефона покачала головой. – Мне нравится, когда ты рядом. Я просто хотела прогуляться, выбраться из шерстяной ловушки. Впрочем, хорошо, что ты здесь. Нам нужно поговорить.

– Серьезно? – Рэйт поднял бровь.

– Да, но это может обождать. Пойдем со мной, немного отвлечемся от происходящего. Ты уже ходил к океану?

– Видел с горы, когда мы прибыли.

Она рассмеялась почти беззаботно. Почти.

– Это не одно и то же. – Персефона протянула руку. – Пойдем, я вас познакомлю.

Персефона провела Рэйта по узкой тропке, вившейся меж скал, к песчаному берегу, заваленному водорослями. Издалека они казались клочьями волос великана, разбросанными как попало. За полосой песка расстилалась серо-голубая плоскость. К земле катились волны – темная рябь разрывала синеву, надвигалась ближе, раскрывала зияющую пасть, показывая белые зубы, и яростно разбивалась о песок. Кипящая пена неслась по берегу, преследуя расхаживающих чаек.

– Какой простор! – воскликнул Рэйт, вглядываясь в бескрайнюю даль.

Персефона кивнула.

– Говорят, океан бесконечен, все тянется и тянется. Это лишь узкий пролив. – Она указала на горизонт. – На той стороне – Кэрик и Нэйт, а если бы ты поплыл вдоль побережья Бэлгрейга, то вошел бы в воды Синего моря.

– Откуда берутся такие большие волны? – спросил Рэйт.

– Их делает морской бог, Эраф. Как считают жители Далль-Тирре, он плещется где-то там. У них со своим богом вовсе не такие отношения, как у нас с Мари. Они не ждут милостей, а боятся его гнева. На прибрежные дома часто обрушиваются сильнейшие шторма, Гнев Эрафа, и только после начала шторма люди понимают, за какие именно прегрешения их постигло наказание.

Глядя на воду и бьющие о берег волны, Рэйт прикинул, что если Эраф на самом деле существует, то он куда больше любого великана и сильнее любого фрэя.

– Пугающе красиво.

Персефона кивнула.

– Совершенно верно. Оттуда мы и пришли. Все рхуны. Ты можешь себе представить, как это было? Гэт из Одеона велел всем взобраться на плавучие бревна и плыть неизвестно куда по бескрайним просторам. Он не знал, чем все закончится, сколько займет времени и есть ли вообще куда плыть.

Они помолчали, думая каждый о своем, потом Персефона сказала:

– Прошлой ночью прибыл Тэган из клана Уоррик и Харкон из Мэлена.

– Я слышал.

– Это последние. Остальные вожди рхунов уже собрались. Совет начнется завтра.

– Тоже слышал.