На Грани. Книга 2 - Литта Лински

— Наверное, потому, что я очень любознательная и настырная, — Тэсс приняла вид как можно более невинный, хотя в голосе сквозило лукавство.

— Наверное, потому что вы — самая красивая девушка в королевстве, — возразил Йеланд. — Надеюсь, излишне просить вас сохранить историю кольца в тайне?

Лотэсса лишь кивнула.

— Это больше, чем просто фамильное украшение, — король поднес руку к глазам, любуюсь тем, как играет свет, преломляясь в гранях рубина. — Взгляните на портрет моего дальнего предка, — он указал на изображение Имрэ Третьего, висевшее так, чтобы его можно было созерцать, сидя за столом. — Присмотревшись, вы можете заметить на его царственной длани это самое кольцо. Хотя и он не первый, кто носил его. Считается, что кольцо принадлежало первому из Ильдов — легендарному Дренлелору.

Внезапно Тэсс посетила дурацкая мысль о том, что у великого основателя царствующей династии совершенно непроизносимое имечко. Впрочем, в те времена все имена были не в пример длиннее и сложнее нынешних. Чего стоит хотя бы знаменитая Аделмеранда! Всем известно, что она была самой почитаемой из жриц Маритэ, однако назвать в ее честь один из осенних месяцев так и не решились — слишком длинно. Но если Аделмеранда или Илсилинор1 звучат хоть и сложно, но по-своему красиво, то имя первого Идьда, на вкус Тэссы, благозвучием не блистало.

— Дренлелор носил сей рубин до конца своих дней и передал старшему сыну, обязав ни при каких обстоятельствах не расставаться с кольцом.

— Что же в нем такого особенного? — наивности в голос девушка не добавляла и большие глаза, изображая чрезмерное любопытство, не делала. Все равно придется показать свою осведомленность, но до этого нужно выяснить, как много и что именно известно Йеланду о проклятой фамильной драгоценности.

— Ну, — протянул он, — считается, что в кольце заключены могущественные силы, и если к ним воззвать в минуту крайней нужды, то можно получить любую помощь, правда, говорят, что цена за такую помощь может оказаться непомерно высокой… — не понимая, как Лотэсса реагирует на его слова, король поспешил добавить: — Не то что бы я в это верил, но семейная традиция обязывает…

— Ни один Ильд не использовал призрачной возможности, — негромко и задумчиво проговорила Тэсс. — Значит, не было крайней нужды?

— Кто знает, — пожал плечами Йеланд.

— А вы, ваше величество, — она подошла к собеседнику совсем близко. — Вы могли бы воспользоваться помощью кольца? Есть ли что-нибудь, ради чего вы бы рискнули?

Она должна понять, что именно вынудило последнего из Ильдов прибегнуть к помощи волшебства, особенно учитывая, что он не особо-то и верит в истинность легенды.

— Если допустить, что все это правда, — начал король, всем своим видом демонстрируя, что допустить сие очень сложно. — То повод, конечно, должен быть чрезвычайно серьезен — войны, смута, угроза жизни.

— Чьей? — машинально переспросила девушка.

— Моей, разумеется, — не задумываясь, выпалил Йеланд, но тут же поправился: — Я имею в виду жизнь монарха. Совершенно очевидно, что государство без законного короля погибнет…

Без такого — не погибнет! Тэсса не удержалась и скривила презрительную гримасу после слов короля. Надо же, он ставит свою жизнь на одну доску с угрозой королевству. Как же он все-таки жалок! Валтор был прав. Не в том, что убил Ильдов, смерти Йеланд при всем своем малодушии не заслуживал. Но престола он заслуживал еще меньше.

— Но ваше величество сами сказали о цене подобной помощи, — надо все-таки донести до венценосного труса, что его бесценная жизнь не стоит столь дорого. — То есть опасность предотвращенная будет меньше вреда от вмешательства сверхъестественных сил.

— Милая Тэсса, — так фамильярничать Йеланд раньше себе не позволял. — Что же, по-вашему, может быть хуже смерти государя или, к примеру, войны?

— Хуже смерти одного человека может быть смерть многих, — она была не в силах унять презрительно-негодующие нотки в голосе. — Хуже гибели государства может быть гибель всего мира.

— Ну, я не думаю, что все так серьезно, — Йеланд снисходительно похлопал ее по руке, и это было противно.

— Все именно так, — вздохнула Тэсс. — И ваше величество никогда, ни при каких обстоятельствах не должны прибегать к помощи кольца.

— При всем моем уважении и расположении к вам, энья Линсар, — он оставил добродушный тон и, похоже, начал злиться. — Я не понимаю, на каком основании вы даете мне подобные советы? Вам что-то известно о кольце? Тогда, будьте добры, расскажите мне — вместо того, чтобы расспрашивать и давать королю указания, что он должен делать и чего не должен.

— Извольте, — девушке не очень хотелось делиться с малодушным монархом тайной проклятого рубина, но другого выхода не было. — Я расскажу вам все, что знаю, но вы пообещаете не расспрашивать меня, как и откуда я добыла эти знания.

— Опять секреты? — Йеланд выглядел не слишком довольным. — Как вы можете ставить условия своему королю?!

— Уверяю вас, ваше величество, обстоятельства, при которых мне стала известна тайна кольца Ильдов, менее значимы, чем она сама.

— Говорите же! — в глазах мужчины, стоявшего напротив, промелькнули огоньки неподдельного интереса, волнения и чего-то еще, неуловимого, но очень не понравившегося Тэссе.

— Кольцо вызывает Изгоя! — произнеся это, она умолкла, дабы дать королю оценить важность услышанного. — Много веков назад, еще до своего заточения, Дэймор отдал его первому Ильду с обещанием прийти на помощь ему или его потомкам, когда бы та ни понадобилась и чего бы у него ни просили.

— Допустим, что это правда, — теперь волнение в голосе Йеланда было явственным, хоть он и старался казаться спокойным. Его выдавали лихорадочно блестящие глаза и нервные, почти судорожные движения пальцев. — Если предположить, что ваш Изгой реально существовал, то зачем Дренлелор принял дар от него? Он ведь был мудрым и добродетельным правителем. Зачем ему идти на сделку с врагом всего рода людского?

— Затем, что тогда Дэймор еще не был Изгоем, — терпеливо пояснила девушка. Она понимала, что дела далекого прошлого, очевидные для нее, для собеседника темны и туманны. — В те времена он был прекрасным Звездным Странником, одним из шести Хранителей Анборейи. Честно говоря, я не знаю, почему потомки Дренлелора не избавились от кольца после того, как Изгой проявил свое истинное лицо, был побежден Маритэ и остальными Хранителями. Возможно, он передал сыну перстень, не раскрыв, кто является дарителем. Или же наследник престола не видел ни пользы, ни опасности в подарке поверженного Странника…

— А может быть, он просто не пожелал пренебрегать возможностью, заключенной в кольце. Изгой или Маритэ… какая разница, когда можно получить желаемое, недостижимое собственными силами? Я бы никогда не отказался от подобного дара, — глаза короля алчно сверкнули.

— Ни один Ильд не использовал силу кольца, — напомнила Лотэсса. Ей совсем не нравилось, в какое состояние привели Йеланда ее откровения. — И предупреждение о страшной плате за помощь возникли не на пустом месте. А король Дайр даже предпочел дать своим наследникам иную фамилию, лишь бы разрушить проклятие Изгоева подарка.