Контрразведка Future - Василий Головачев

– Это-то и плохо, – вздохнул Леблан, – законность указов любого уровня должна выполняться неукоснительно. Когда вы должны быть в офисе Комитета?

– Через час.

– Я полечу с вами.

Руслан удивлённо посмотрел на начальника отдела.

– Вы мне не доверяете?

– Хочу исключить фактор возможных недоразумений.

– Ну, хорошо. – Сбитый с толку решением француза Руслан начал готовиться к визиту.

В два часа дня по местному времени инспекторы ФАК переступили порог приёмной председателя Комбеза и его заместителей.

Приёмная была конусовидно-круглая, с прозрачным кругом потолка, потому что Комитет занимал последний этаж башни Федерации, и от стойки секретаря в центре шли чёрно-золотые дорожки к дверям высокого начальства.

Охраны нигде видно не было, но Руслан чуял, что за всеми посетителями внимательно следят охранные системы.

– Я Руслан Горюнов, – представился молодой человек.

Секретарь-витс – не отличишь от живого – с модной причёской «а-ля павлин» посмотрел на Леблана.

– А вы, господин?

– Я начальник отдела «К» Федерального Агентства по контролю, – любезно проговорил Леблан.

– Вас нет в списке приглашённых.

– Я подожду своего сотрудника здесь, если позволите.

Секретарь исчез за льдисто-прозрачной с виду дверью с табличкой: «Лю Чжи Мао, Южно-Азиатский сектор», – вернулся через минуту.

– Вас ждут, господин Горюнов.

Руслан выпятил грудь и шагнул в кабинет заместителя директора Комбеза.

Кабинет был огромен! И почти пуст!

Пол его был выстлан чёрно-белой плиткой, стены сверкали снежно-ледяной глазурью, в гигантские панорамные окна заглядывали облака.

Стол Лю Чжи Мао располагался на краю этого пространства площадью не менее трёхсот квадратных метров, и за ним перед стеной висел объёмный портрет какого-то китайского президента прошлых веков. Подойдя к столу, Руслан вспомнил его имя – Мао Цзэдун.

Лю Чжи Мао, маленький, желтолицый, узкоглазый, как и все китайцы, вышел из-за стола. Он был в бело-золотом унике ВИП-официала, хотя это не помешало ему нацепить на кармашек маленькую бриллиантовую брошь – символ Союза Объединённых Наций. Да и волосы он зачёсывал не так, как мужчины, и улыбался чуть более угодливо.

«Китайский трикстер», – шепнул Лёха.

Это и в самом деле был редкий представитель азиатской диаспоры трикстеров, и Руслан с грустью подумал, что всё больше представителей этого пола и секс-меньшинств занимают высокие федеральные посты.

– Инспектор ФАК Горюнов по вашему приказанию прибыл! – рявкнул Руслан, вытягиваясь во фрунт.

– Очень приятно, сяньшень Горюнов, очень приятно. Присаживайтесь, прошу вас. – Говорил Лю Чжи Мао по-русски чисто, почти без акцента.

Из чёрного квадрата пола с писком развернулось роскошное мягкое кресло с удобными подлокотниками.

Руслан сел.

Ли Чжи Мао занял свой трон за столом, сжал ручки.

– Напитки, соки?

– Благодарю, не надо.

– Как поживаете, дорогой инспектор? Не хотите ли сменить род деятельности?

– В каком смысле? – озадачился Руслан.

– Работа инспектора Федерального Агентства трудна, напряжённа и опасна, вы показали себя хорошим сотрудником, мы хотим пригласить вас к нам.

– В качестве кого?

– В качестве специалиста по чрезвычайным ситуациям. Вы ведь сами работали в МЧС, знаете эту работу?

Руслан понял, что в Комбезе внимательно изучили его досье.

– Благодарю, мне не хотелось бы возвращаться к прежней службе.

– О нет, мы не настаиваем, никто не говорит о прежних условиях, будете куратором ЧС по Южно-Азиатскому региону, хотя можете выбрать и другой.

– Нет, увольте, не хочу, мне больше нравится служба инспекции.

– Вы всё-таки подумайте, перед вами откроется большая перспектива. Вы можете добиться таких успехов, что станете генеральным секретарём Союза. Да и условия мы предоставим вам не в пример лучшие.

– Извините, нет.

Лю Чжи Мао приувял.

– По-моему, вы спешите с ответом. Очень жаль, если откажетесь, хотя предложение наше останется в силе. Проблема вторая, о которой я говорю с огорчением. Год назад вы инспектировали строительство «Большого Ускорителя» – Дженворпа.

– Это не ускоритель.

– Я не силён в физике, Дженворп что-то куда-то посылает, какие-то энергетические пучки, это главное. Так вот, – Лю Чжи Мао впился глазами в лицо Руслана, – что вы знаете о Вирусе?

Одновременно в голове зашумело, будто опавшую сухую листву в лесу пошевелил ветер.

«Пси-раппорт!» – возбудился терафим.

Руслан, за мгновение до этого сообразивший, в чём дело: «защитник» отбил львиную долю пси-импульса, остальное развеяла на туманно-тающие лучики экстрасенсорика самого Руслана, – спорить с Шустрым не стал.

– О вирусе? – собрал он морщины на лбу. – Вы имеете в виду опасный возбудитель какой-то инфекции? Но ведь на Дженворпе эпидемий не случилось.

– Нет, мы имеем в виду другой Вирус. И у нас есть убеждение, что вы знаете, что это такое. Разве ваши покровители из контрразведки не информировали вас о проникновении на Дженворп агентов иных галактических цивилизаций?

Руслан натурально вытаращил глаза.

– Впервые слышу! Какие агенты?! Что вы такое говорите?! Каких покровителей из контрразведки вы имеете в виду? Я инспектор Агентства по контролю и ни с какой контрразведкой не сотрудничаю!

Лю Чжи Мао поднял ладошки, сморщил личико в подобие печёного яблока.

– Успокойтесь, дорогой инспектор, возможно, мне выдали неверную информацию, мы разберёмся. Может, скажете, чего вы хотите достичь в жизни?

Руслан сделал вид, что размышляет.

– Я хочу, чтобы мне приказывали как можно меньше людей, а я приказывал как можно большему количеству.

– Тогда не понимаю, почему вы не хотите работать с нами. У нас вы добьётесь реализации своей мечты намного быстрей.

– У меня свои планы.

– Итак, вы точно отказываетесь сотрудничать с нами?

– Не отказываюсь, но меня устраивает моё положение в Агентстве.

Кто-то вошёл в кабинет зампредседателя.

Руслан повернул голову.

На него с неопределённым интересом на гладком коричневом лице смотрел советник президента СОН Исфардари Бодха.

– Он отказывается, – развёл руками Ли Чжи Мао.

– Я слышал, – отрывисто бросил Бодха. – Вы хороший игрок, мистер русский?