Темный эфир - Анна Терешкова

— Лэр Бэлимор мне не поможет, — усмехнулась я.

Пусть он и не знал обо мне, те чувства, что отразились на его лице, когда он это понял, говорили не о радости. Это было отчаяние. Он не станет просить Владыку Свободных земель защитить какую-то побродяжку. Незаконнорожденную дочь. Я и мама принадлежим Темной империи, а Омас градоправитель Приграничья. По закону наших земель, я его невеста. Раньше, я не признавала обряда, что был проведен обманом.

Тогда на празднестве Повелителей Эстимиена я просто играла отведенную мне жрецами роль избранной невесты богов. На деле же женихом выступал Омас облаченный в ритуальные одеяния и маску, скрывающую его лицо. Я сама позволила надеть мне на голову венок из цветов Митисса украшенный лунными камнями и серебром. Я, улыбаясь, кружилась с магом в огненном кольце танца. Склоняла голову, признавая его силу и власть надо мной. А толпа охала и ахала, наблюдая за волшебными иллюзиями и прекрасной невестой, которую наряжали послушницы храма.

Демоны бы побрали продажного жреца! Какой же дурой я была!

Дяди в день празднества не было в Приграничье, потому я и не рассказала ему. Даже сейчас я считаю тот обряд пустышкой, но все же он имеет место быть. Теперь я понимаю, какую ошибку совершила.

— Как только вы снимете с меня реликвию, я исчезну и больше не побеспокою вас, лира Бэлимор. Поверьте, я держу свое слово.

На мои решительные слова последовало неутешительное:

— О-о-о моя дорогая, это ничего не изменит. Перстень все равно вернется на твой палец.

— Тогда как…

— Забудь об этом и лучше подумай вот о чем, — прервали меня. — Вместо того чтобы просить помощи, почему бы тебе не взять власть в свои руки?

— Взять власть в свои руки?

— Именно. Власть не дается, она берется, Арэя, — со знанием дела пояснила старуха. — В Свободных землях, как и в Темной империи немало учебных учреждений. Но академия при Цитадели Истоков особенная. Там учатся самые одаренные эфиры, а так же дети дворян. Выходцы из этой академии занимают высокие посты в нашем обществе. Закончив ее с отличием, ты сможешь получить власть, куда большую, нежели твой недоброжелатель, тот темный маг из захудалого городишки, — от алчного оскала старой драконицы у меня задергалось веко. — Не обижайся, — быстро добавила она, очевидно по-своему расшифровав мою реакцию.

Но на то, как называют Приграничье мне ровным счетом все равно, а лира Бэлимор тем временем сказала занятную вещь:

— Во время своей учебы ты будешь защищена от влияния Омаса.

— У меня нет средств для поступления в академию Истоков. И я не самая одаренная. Мне там не место, — вынуждена была признать я.

— Не стоит принижать свои таланты, моя милая. Наспех вырезанная архаическая руна на твоем запястье говорит об обратном, — указала она на черный знак. — Тебе ведь стало плохо, когда ты оказалась в Драксе?

— Откуда вы знаете?

— Так было и с твоей матерью, — улыбнулась лира. — Охранные заклинания, которыми испещрены стены города, отреагировали на Тьму. Руны пытались выпить твою магию, потому что почувствовали сильный темной дар, Арэя. А в тебе не только Тьма, но и Свет. Дар твоего отца передался и тебе. По твоим венам бежит кровь дракона! — с нескрываемой гордостью воскликнула старуха.

— Ошибаетесь! Во мне нет Света и уж тем более духа дракона. Я полукровка. И слава богам Эстимиена родилась не пустой.

— Тебе восемнадцать, а значит, Интэрон ты уже прошла, — будто не слыша меня, стояла на своем глава рода.

— Полукровки не постигают Вознесения. Вы должны это знать.

— Я знаю лишь то, что почувствовала в тебе колебания двух эфиров. Светлый слабый, но он есть. Ты куда одареннее, чем думаешь, ведьмочка. Тебе самое место в академии Истоков! — уверила она. — А уж с оплатой я помогу, — всплеснула лира ладонями. — Что-что, а это я могу сделать для своей внучки!

Необычно было слышать «внучка» в свой адрес.

— Неужели тебе не любопытно на что ты способна? — сменила тактику лира Бэлимор. — Если ты дочь своей матери, ты, так же как и она не загоняешь свой дар в рамки. Не боишься и стремишься к знаниям. А там ты сможешь многому научиться, — заговорщицки подмигнула драконица. — Что тебе терять?

— Почему вы мне помогаете?

— Ты часть рода Сальторн!

Я поежилась.

— Если тебе не нравится, считай это данью уважения твоей матери.

Это не может, не нравится. Такой шанс выпадает раз в жизни. Другого у меня не будет. Стоит ли его упускать?

— Не знаю смогу ли расплатиться с вами.

— Просто докажи, что достойна. Это и будет твоей платой, — отмахнулась она. — Подумай до утра. Осталась последняя неделя отбора в академию. У нас все шансы попасть туда, — воодушевленно заявила старуха.

— Кажется, вы уже все решили, но где лэр Бэлимор?

— О нем не волнуйся. Должно быть, отмечает появление дочери столетним ликером, — нервно усмехнулась драконица.

Скорее уж топит горе в этом самом ликере.

— Ты голодна? — сменила тему лира.

— Нет, спасибо.

С таким хаосом в голове опасаюсь подавиться.

— Тогда выпей со мной чаю и расскажи, как ты поживала все это время. Я хочу знать абсолютно все. Включая момент появления у тебя этой прелестной мантии от лучшего модиста Свободных земель, что явно тебе не по размеру, — лукаво усмехнулась бабуля.

Вспоминать о Элае не хотелось. Да, лэра Бэлимора я нашла и в письме, которое из-за светлого кануло в огне, больше нет острой необходимости, и все же там были последние слова Исы. Не говоря уже о нагло сворованном первом поцелуе.

Ведь именно первым поцелуем, как и многие ведьмы, я собиралась подчинить фамильяра. Точнее не подчинить, а усилить свою магию за счет сил призванного. А так же это бы гарантировало нерушимую связь и контроль.

Теперь-то если все же решусь на призыв, придется постоянно думать о том, как бы меня не сожрал собственный фамильяр.

Пока придавалась гнетущим мыслям, батлер вкатил в гостиную серебряную столовую тележку, поставил передо мной и драконицей изящные нефритовые кружечки с дымящимся ароматным чаем и ярусные тарелочки с маленькими пирожными и закусками.

— Приятного аппетита, лиры, — пожелал дворецкий, склонил голову и удалился.

— Знаешь, — нарушила тягостное молчание драконица, — я понимаю, что ты чувствуешь себя не в своей тарелке.

Вряд ли кто-то кроме меня может понять это в полной мере.

— …но не отворачивайся от нас. Может, со временем, ты по-настоящему будешь относиться ко мне как к своей семье. Возможно, даже дашь шанс своему непутевому отцу. Все приходит со временем, Арэя, — со знанием дела сказала старуха, поднесла к губам кружечку, вдохнула аромат заваренных трав и сделала маленький глоток. — Я стара. Кроме благополучия и счастья моей семьи мне больше ничего не нужно. Не отказывайся от моего предложения, дорогая. Позволь старухе на закате ее жизни сделать что-то хорошее.