Драконий родич - Тодд Маккефри

— Только не сегодня, — так же тихо ответила она. — Но мне бы этого хотелось, Зенор. — И добавила, чуть помолчав: — Ты мой лучший друг.

Зенор улыбнулся в темноте.

…Когда Киндан в четвертый раз отправился за угощением, еда уже почти кончилась. К тому времени он, наверно, изрядно устал, потому что не замечал Кайлека до последнего мгновения. Старший брат схватил его за плечо и больно стиснул.

— Что ты тут делаешь? — грозно спросил Кайлек. — Я вроде бы уже давно отправил тебя спать вместе с остальной мелюзгой.

— Я и шел спать, — соврал Киндан, выворачиваясь из-под руки брата.

Он чувствовал, что глаза Кайлека сверлят его спину, поэтому пришлось плестись по дорожке, которая вела от площади вверх по склону, к их дому.

Его ноги почему-то подгибались даже на этом, обычно незаметном, подъеме. Когда Киндан добрел до комнаты, то ему уже не хотелось ничего, только забраться в кровать. Он натянул на себя несколько одеял и уснул, не успев даже повернуться на бок.

Он проснулся рано утром, дрожа от холода, и быстро выяснил причину: рядом с ним улегся его брат Джакрис, который стянул все одеяла на себя. Киндан попытался вернуть себе хотя бы кусочек одеяла, но вдруг почувствовал какое-то смутное беспокойство, а потом у него в мозгу всплыло: сегодня утром Силстра уедет!

Он вылез из кровати, надел свою обычную одежду и вышел в кухню. Огонь не горел, в помещении было холодно. Силстра всегда по утрам вставала первая, разводила огонь, варила овсянку в горшке, а рядом кипел кла. Теперь это будет делать кто-то другой. Киндан потер лицо ладонями, чтобы разогнать сон и ощутить хоть какое-то тепло, и решил, что, по крайней мере сегодня, сестру заменит он. Он сунул в дрова растопку и развел огонь. Вскоре в кухне стало тепло, на огне варился завтрак, кухню заполнил запах кла.

— С добрым утром, — приветствовал Киндана Дакин, самый старший из братьев, входя в кухню. Он налил себя кружку кла. — Молодец, что встал пораньше.

Он присел, грея руки о чашку и смакуя аромат напитка.

— Сегодня в шахте наверняка будет тяжелый день, — продолжал он. — Уверен, что Наталон захочет нагнать день, потерянный из-за вчерашних развлечений.

— Я хотел попрощаться с Сие, — сказал Киндан. Дакин пожал плечами и взглянул в окно, прикидывая время.

— Что ж, тогда тебе стоит поспешить. Торговцы любят отправляться в путь рано утром.

Киндан бросился к двери, но Дакин окликнул его:

— Подожди, Киндан. Давай нальем кла в пару котелков с крышками и отнесем им. — Его глаза сверкнули. — Не исключено, что они могут сегодня утром заспаться подольше, — добавил он.

Киндан хотел по привычке бежать к каравану бегом, но Дакин заставил его идти чинным шагом.

— Если они ушли, Киндан, то, значит, ушли. Но если они еще здесь, а мы по пути разольем весь кла, вряд ли нам так уж обрадуются.

Когда Киндан и Дакин добрались до кемпа торговцев, в нем уже кипела жизнь. Торговцы крепили груз на своих повозках и запрягали тягловых животных. Киндан осмотрелся, пытаясь угадать, в каком фургоне может быть Нуэлла. А когда заметил, что в кемпе торговцев вовсе нет детей, на его губах заиграла довольная усмешка.

— Эй, смотри-ка сюда! — воскликнул Дакин, указывая на затейливо украшенный фургон, стоявший чуть поодаль от всех остальных.

Киндан плелся следом за Дакином; его пристальный взгляд обшаривал кемп, но никаких признаков присутствия в караване детей он так и не заметил.

— Эй, в фургоне! — крикнул Дакин, когда они приблизились к убежищу молодоженов. — Мы принесли вам горячий кла.

Дакин усмехнулся, услышав, что внутри зашевелились. Между занавесками просунулась голова Террегара.

— Горячий кла? — задумчиво повторил он.

— Ну, — бодро подтвердил Дакин, протягивая котелки, — возможно, он только теплый. От нашего до вашего дома не так уж близко.

Террегар с подозрением взглянул на небольшой котелок, закрытый крышкой, но тут у него из-за спины высунулась изящная рука и схватила сосуд прежде, чем кузнец успел что-то сказать.

— И тебя с добрым утром, сестра! — весело прогремел Дакин. Когда же он услышал в ответ невнятный стон Силстры, его улыбка сделалась еще шире.

Террегар смерил шурина негодующим взглядом и потер лоб ладонью.

— Полегче, полегче, Дакин. Вот женишься когда-нибудь и тогда поймешь, как хорошо, если наутро окружающие говорят тихо.

Дакин покачал головой, продолжая улыбаться.

— Вот когда это случится, тогда, может быть, и пойму. Ну, а пока что буду вести себя, как обычно.

Террегар с видом сожаления покачал головой, но ничего не сказал. Киндан дернул Дакина за рукав.

— Не мог бы ты сказать нашей сестре, что кое-кто из ее братьев — которые, как она хорошо знает, должны сегодня выйти на работу — прибыл, чтобы попрощаться с ней? — сказал Дакин Террегару.

Террегар кивнул и повернул голову, прислушиваясь к голосу Силстры, доносившемуся из глубины фургона. Выслушав, он кивнул и снова повернулся к Дакину.

— Она сейчас вылезет. Только сказала, что сначала должна допить кла.

— Я на нее не обижаюсь, — рассудительно ответил Дакин. Тут он заметил торговца Верана, приближавшегося к ним с кружками в обеих руках. — Если я правильно понимаю, ваши друзья-торговцы сегодня не слишком торопятся, — сказал он Террегару.

Веран услышал последние слова и утвердительно кивнул.

— Да, после такой ночи нам не слишком хочется спозаранку отправляться в путь. Я предполагаю, что и в шахтах у вас такое же настроение, а?

Дакин задумчиво поджал губы, немножко подумал и отрицательно покачал головой.

— Трудно сказать. У подмастерья Наталона имеются определенные и очень твердые представления о том, что такое хороший рабочий день. С другой стороны, мне кажется, что он имеет представление — причем из первых рук — о том, что на состоянии горняков минувшая ночь сказалась несколько сильнее, чем обычно, и будет опасаться всего, что может привести к несчастному случаю.

Веран понимающе кивнул.

— А с тяжелой головой как раз и недалеко до несчастного случая, — согласился он.

Киндан рискнул вмешаться в разговор взрослых:

— А все ваши дети еще спят, да? — Веран рассмеялся.

— Ну уж нет! Я думаю, что все они там, в Кромхолде, уже поднялись и занялись своими делами. — Он наклонился к Киндану и добавил с заговорщицким видом: — А вот после такого вечера, какой был у нас с вами вчера, они так развеселились бы, что родители ни за что не смогли бы уложить их спать, а потом долго обижались бы на них!

Дакин тоже засмеялся.

— Ну мы, конечно, не стали бы выгонять наших малышей, если бы можно было. — Киндан прожег старшего брата негодующим взглядом, но Дакин лишь взъерошил его волосы.