Строптивая невеста. Любить нельзя убить - Мика Ртуть

— Год. Ладно. До лета я подожду, но...

— ...тебе придется за ней ухаживать, — с тщательно скрываемым злорадством напомнил Людвиг. В конце концов, не ему же одному страдать. — Всерьез, чтобы она поверила.

Гельмут поморщился.

— Глупости. Парочки балов и полудюжины опер будет достаточно.

— Для строптивой девицы, которая сбежала через окно? Ну... тебе виднее, ты ж король, — сделал Людвиг подхалимские глаза.

— Твою ж ма...

— Конечно, ты можешь спросить совета у моей матушки. Принцесса Эмма будет рада помочь твоему счастью, она признанный эксперт в деле соединения любящих сердец, — сказал Людвиг и на всякий случай отскочил.

Вовремя. Хоть он и не хрустальный бокал, чтобы трескаться от королевского гнева, но Гельмут и так треснуть может По— братски.

— И чтобы тетушке Эмме — ни слова, ты понял?

— Конечно, ваше величество. Разумеется, ваше величество. Будут еще пожелания, ваше ве...

— Будут. — Гельмут резко посерьезнел. — На, читай.

Гельмут выхватил из-за отворота рукава бумажку и сунул ее под нос Людвигу. А сам принялся ходить по столовой, заложив руки за спину. Причем с каждым его шагом настроение короля опять портилось.

— Академия! Снова Академия! Рассадник заговоров! Какого Баргота я не повесил Курта в прошлый раз, ты мне не напомнишь, кузен?

Людвиг прочел — и выругался. Вслух. Как совершенно не подобает при короле.

— Откуда эта дрянь?

— Откуда? Ты меня спрашиваешь, полковник?! Нет, Люди, это ты выясни, как эта дрянь затесалась среди дипломатической почты на моем столе! И если доктор Курт не сумеет доказать, что он больше не связан с мессерами и не пытается подчинить себе всех темных магов континента — ты лично его казнишь. Потому что только благодаря тебе участие в прошлом заговоре сошло ему с рук.

— Гельмут, ты прекрасно знаешь...

— Я вижу, что влияние Курта растет. И вижу, что он сумел договориться с драконами. Чаи с Ашшем распивает! И я совершенно не уверен в том, что твой Курт собирается ограничиться одной только наукой, а не сменить астурийскую династию!

— Баргот дери, Гельмут, да зачем ему твой трон?! Как будто своих забот мало!

— Вот даже не знаю, Люди, зачем мой трон всем тем, кто пытался его занять. А ты не знаешь? Кстати, если ты забыл, ты — второй в очереди наследования, так что после меня и Отто — покатится твоя голова. И никакие общие научные интересы тебя не спасут. И драконы не спасут.

— Не разводи паранойю, Гельмут. Третий в очереди — Фаби, а мой сын, если ты не забыл — дракон. Так что Курту в любом случае ничего не светит. Он всего лишь пятнадцатый. Или шестнадцатый?

— Что-то не припомню, чтобы такие мелочи кого-то когда-то останавливали! Так. Люди. Ты понял задачу?

— Понял, ваше величество.

— Вот и хорошо. Да, будь любезен, проследи, чтобы Курт или кто-то еще не завербовал княжну Волкову-Мортале!

— Да, мой король.

Барготовы подштанники. У Гельмута обострение паранойи. Убить, что ли, эту дурную девицу самому? Свалить на недобитых мессеров, написать красивый отчет — и уехать в отпуск. На год. Нет, на два года! Куда-нибудь на родину своей любимой супруги Рины, уж в другом мире Гельмут точно не достанет.

— И чтобы ни один волос не упал с головы Ольги! Эта дерзкая девица еще поймет, что потеряла!

— А она потеряла?

— Бар-р-ргот! Нет! Она выйдет за меня, как миленькая. По любви выйдет не будь я... что так смотришь, Люци? Думаешь, я не сумею влюбить в себя какую-то строптивую девчонку?

— Я ни секунды не сомневаюсь в вашем величестве.

— И правильно делаешь.

— Как бы я посмел, ваше величество? И ведь в конце концов, вы всегда можете попросить помощи у принцессы Эммы Бастельеро-Хаас. .. — на последних словах Людвиг тихонько отступил к двери.

— Бар-рготова мать! — зарычал Гельмут и что-то швырнул ему вслед.

Ну, «что-то» все равно попало в дверь, так что не важно, что это было.

Хоть Людвиг и не совсем Баргот, но его матушка... по крайней мере — старшая сестра Барготовой. А то и сам Баргот во плоти.