Строптивая невеста. Любить нельзя убить - Мика Ртуть

Морис недовольно скривился, но тут же галантно улыбнулся:

— Фрау Курт, какая приятная встреча.

— Не уверена, что приятная, шевалье... хм... Бюсси, — фрау Курт так произнесла его фамилию, что даже глухому стало бы понятно: она фальшивая, а сама фрау предпочла бы увидеть Мориса где-нибудь на кладбище под надежной мраморной плитой. — А вы — мефрау Вульф... О, уверена, вам будет очень интересно здесь учиться.

От этого обещания у Ольги по спине пробежал холодок. Ей уже было очень интересно, что же здесь такое творится и чем успели Морис и Ренар насолить супруге доктора Курта. И какая же их настоящая фамилия? Что-то такое у нее вертелось, связанное с именем Соланж, но пока не складывалось в цельную и правдоподобную картину.

— Благодарю, фрау Курт, — сдержанно кивнула Ольга.

— Тори, милая, называй меня просто Тори. А вы?..

До того молчавший Ренар представил ей Элизу и Фифу, а затем фрау Курт вызвалась проводить их до комнаты комендантши. По дороге она щебетала без умолку: о том, что в студенческую столовую можно ходить в любой день, кроме четверга, что лазить по таким заманчивым лозам не стоит, некоторые из них плотоядны и ядовиты, что жить первокурсникам придется на пятом этаже, а посещать женское крыло мужчинам можно только до семи вечера, а комендантша общаги — настоящая фурия, и это не фигура речи, она в самом деле фурия...

Прервал ее щебет грозный голос, слишком низкий и хриплый для женщины:

— Это кто еще тут фурия, — раздалось из темноты коридора.

— Ой, — сказали в один голос Ольга с Элизой, а Фифа слегка взвизгнула.

Под потолком зажегся слегка дрожащий свет. А под светильником обнаружилась весьма колоритная дама с ярко-фиолетовой высокой прической, одетая в черное пышное платье и ужасные грубые ботинки на толстой подошве. На ее мускулистых руках были перчатки без пальцев, за ухом торчала отвертка, а в волосах — тлеющая сигарета в длинном костяном мундштуке. Сама она стояла на стремянке, а стремянку придерживал... придерживало... Нечто человекоподобное, но зеленое и словно грубо вытесанное топором.

— Тролль? — расширив глаза, прошептала Фифа.

— Свободен, — велела фурия, похлопав тролля по плечу и сунув ему в руку (лапу?) ярко-оранжевую морковку, извлеченную из кармана.

Тролль радостно угукнул, подхватил стремянку и потопал прочь, хрустя морковкой.

— Ваше новое пополнение, фрау Марта, — пропела явно довольная удивлением будущих первокурсников Тори Курт. — С этими юношами будьте построже. Темные, сами понимаете.

Морис тихонько зарычал. Ренар хмыкнул и, оттеснив брата, подошел к комендантше.

— Рады знакомству с вами, прекрасная фрау Марта. Поверьте, мы — самые мирные, законопослушные и не беспроблемные из всех ваших постояльцев.

Фрау Марта хрипло рассмеялась и потрепала Ренара по щеке.

— Да-да. А я — невинная невеста Создателя, милый.

— Очень похожа, — буркнул Морис, заработав от фрау Марты пронзительный желтый взгляд, так и говорящий: я тебя, милый, я запомню отдельно.

— Ну, до встречи, дорогая, — прощебетала фрау Курт и ушла, вызывающе покачивая бедрами.

Морис с Ренаром проводили ее нечитаемыми взглядами. Ольга бы дорого дала, чтобы узнать, о чем они в этот момент думали. Потому что это явно было не восхищение походкой.

— Отставить пялиться! — рявкнула фрау Марта.

Вся компания студентов дружно вздрогнула и обернулась к ней.

— Итак. Первое правило общежития: я всегда права. Кто спорит со мной, вылетает отсюда на счет «раз». Усвоили?

— А... как же... — начала Фифа.

Элиза дернула ее за рукав, а Ольга наступила на ногу. Ну что за дурой надо быть, чтобы сейчас лезть, а?

— Усвоили, вижу, — довольно кивнула фрау Марта и, вытащив сигарету в мундштуке из прически, с удовольствием затянулась.

— Правило второе: никакой магии, кроме бытовой и целительской. И если я говорю «никакой», это значит вообще никакой, даже если некоторым умникам кажется, что они великие маги и непревзойденные шпионы.

На этих словах фрау Марта ткнула мундштуком в сторону Ренара. Тот примирительно улыбнулся:

— Мы усвоили.

— Ну-ну, посмотрим, — сузила глаза фурия. — За первое нарушение — штраф, за второе — вылет из общежития. Для домашних заданий есть полигоны, записываться заранее. Там, — она махнула в сторону общего холла. — Там же расписание занятий и доска объявлений. Так. Где ваши бумаги? Не стоим и не задерживаем!

Под ее взглядом все пятеро достали выданные Куртом направления, не очень понимая, что дальше с ними делать. В коридоре-то. Но фрау Марта лишь хмыкнула, щелкнула пальцами — и бумажки вырвались из рук, вспорхнули и стайкой полетели в ближайшую открытую дверь. Что поразило Ольгу, при этом никаких видимых проявлений магии не было! Ни темной, ни светлой, ни стихийной. Словно фрау Фурия пользовалась каким-то совершено иным видом энергии.

Поймав взгляд Ольги, та подмигнула. И прозвенела пятью ключами, невесть откуда появившимися в ее руке.

— Ваши комнаты на пятом. Мальчики налево, девочки направо. Отбой в двенадцать, после отбоя бродить по общежитию нельзя.

— Штраф за первое нарушение? — ехидно подняв бровь, спросил Морис.

— Ну что ты, милый, — ласковым басом пропела фрау Марта. — Никаких штрафов, этого даже в правилах не прописано. Гуляй на здоровье. Темных магов у нас особенно любят.

От ее тона Ольга поежилась. Почему-то слова о любви к темным магам прозвучали куда страшнее, чем «вкусные мозги».

— Еще вопросы есть? Нет? Вот и хорошо, вот и правильно. Белье в комнатах, брошюры с правилами там же. Форменные мантии получите у кастеляна. — Фрау оглядела их еще раз, особо остановившись на двух огромных чемоданах на колесиках, принадлежащих Фифе. — Хе. А грузчиков у нас нету, милая. Разве что с Гхыром договоришься. За морковку. Хе-хе. Ну, что стоим? Ступайте, не задерживайте процесс, вы тут не одни. Те-емные ма-аги.

Глумливый хриплый смех сопровождал их всю дорогу до лестницы. Ольга порадовалась, что не стала брать ничего, кроме смены белья, трех книг по магии Смерти и минимального набора предметов гигиены. Элиза со своим клетчатым чемоданчиком и парни со скромными саквояжами тоже не должны были испытывать трудностей. Тем более что багаж Элизы вместе со своей сумкой всю дорогу от главного корпуса левитировал Ренар, а для Ольги то же самое делал Морис. Он же тянул чемоданы Фифы — насколько Ольга успела заметить, эту «почетную» обязанность парни разыграли между собой, кинув монетку.

Примерно на половине дороги к лестнице они столкнулись с первой партией счастливых первокурсников, размахивающих своими документами на заселение. Студенты смеялись, знакомились, ругались — гам стоял такой, что уши закладывало. Морису пришлось прокладывать путь через эту толпу, работая локтями и грозя проклясть неповоротливых идиотов ко всем демонам Бездны. Что, по скромному мнению Ольги, не способствовало будущей дружбе. Но это уже не ее проблемы, не так ли?