(не) девственница для дракона - Мария Люта

После меня Габриэль проверил подготовку еще некоторых спудеев и удалился. Лорд Лей же завершил пару, подробно разбирая ошибки каждого поединка. Я была уверенной, что меня он в порошок сотрет, но все вышло наоборот:

— Леди Анна Чаус — неплохо. Учитывая уровень вашего магического потенциала — превосходно! Но! В чем главные промахи? Во-первых, после заклинания ослепления нужно было либо переходить на рукопашный бой — это в случае, если вы можете нейтрализовать противника за столь короткое время и желательно с одного удара. Вам же нужно было бежать — желательно быстро и далеко. Во-вторых, мистрес Анна, никогда не стоит дразнить превосходящего по силе противника — ни к чему хорошему это не приведет. Так, кто был дальше?..

Дразнить превосходящего по силе противника… Проклятый Урх, а ведь лорд Лей заметил весь наш с Габриэлем "поединок", возможно, что-то даже и услышал! Стыдобыща-то какая!

У меня же мысли крутились только вокруг дополнительных занятий с Габриэлем. Сам факт таких занятий не был редкостью, Академия славилась своим индивидуальным подходом и давала шанс прилежным ученикам, в которых не ладилось с отдельными предметами. Но чтобы их вел сам ректор!?

После пары я немного задержалась, чтобы переговорить с преподавателем:

— Лорд Лей!

— Слушаю вас, адептка Чаус.

— Разве это обязательно, чтобы дополнительные занятия вел именно Ректор. У него ведь много других забот. Уверенна, с вами мы могли бы работать более продуктивно.

Лорд Лей улыбнулся и его лицо словно просветлело. И только сейчас я обратила внимание на то, насколько он был красив. Действительно красив и одновременно мужествен. При чем его облик в целом воспринимался как светлый, теплый, легкий, в то время как красота Габриэля была холодной, опасной, предостерегающей, хоть и до одури притягательной.

— Я тоже в этом уверен, леди Анна, — снова улыбнулся мужчина. — Я поговорю с ним, но Габриэля переубедить почти невозможно. Он страшно упертый, хуже заурского быка.

Мне понравилось, что лорд Лей не стал возражать и отнекиваться. Но снова: его манера общения со мной, то, как неформально он говорит о Ректоре с простой адепткой… Словно мы все как-то связаны… Связаны одной тайной.

— Вы знаете о нашей с лордом Габриэлем эм… ситуации, — не спросила, констатировала я.

Лорд Лей кивнул, внимательно следя за мной и опасаясь возможной бурной реакции. При чем я не заметила даже капли осуждения с его стороны.

Злилась ли я на Габриэля? Пожалуй, нет. Я ведь тоже поделилась тайной с подругой.

— Ребекка тоже все знает. Вы уже встречались. Это та девушка с коридора после Досмотра… — лорд Лей ухмыльнулся краешком рта, а в глазах блеснули веселые искорки. — Но больше никто не должен быть посвящен в наш секрет.

— Конечно, Анна. Клянусь.

Мог бы и не клясться. Я бы все равно поверила. Было в лорде Лее что-то такое, что располагало к нему, вселяло уверенность, что он надежный, порядочный человек.

Уже на полпути до общежития, я вдруг вспомнила, что тот утренний драчун-первокурсник сейчас в лазарете, а я ведь не деактивировала своего диагноста. Пришлось вернуться.

Дежурный целитель пропустил меня к больному без проблем: я в лазарете была частой гостей, так как регулярно приходила тестировать на добровольцах свои новые разработки.

Бовем — такое имя значилось на карточке больного — был плох. При чем явно не от ранения. Никакого сопереживания я не испытывала, однако все же поинтересовалась:

— Что хмурый такой? А, у тебя же челюсть сломана, так что ответить не можешь. Ничего — заживет. Ты, знаешь ли, сам нарвался.

Здоровяк кивнул. Согласился, что ли? Может, не такой он и безнадежный?

— А что, не исключили ведь тебя?

Парень неопределенно покачал головой.

— Не исключили, но проблем теперь куча.

Утвердительный кивок.

— Что ж, я рада. Так тебе и надо, — за день утреннее прошествие позабылось, а вот сейчас воспоминания ожили, впрыснув в кровь драконью дозу адреналина. — Ты ведь мог убить меня! — перешла на крик. — Ты с головой вообще не дружишь!? Знаешь, жаль что тебя не исключили!

Парень что-то мычал, но я на всех парах неслась к выходу. Лишь на улице вспомнила, зачем вообще приходила. Проклятый Урх! Пришлось снова возвращаться.

Крепыш, завидев меня, снова активно зажестикулировал руками, при этом морщась от боли. Ну и пусть мучается, он и не такое заслужил. Быстро извлекла диагноста, просмотрела — голова цела и даже здорова — а так и не скажешь. Ладно, проехали. Ради интереса просмотрела полный отчет. В целом здоров, как бык. Ну да, он же Бовем — бык на староурском. Стоп, а вот это что?

— У него камни в почках. При этом один в моче-выделительных путях, скоро выходить будет. Так что вы уж за ним проследите, — не глядя на больного, бросила дежурному целителю.

Могла бы и промолчать — пусть бы Бовем сам попробовал объяснить своей сломанной челюстью, что у него внутри огнем горит, вот бы было действительно наказание! Да все же я целитель и не могу тайно мстить людям, даже если есть за что.

И снова я была на полпути к общежитию, как вдруг меня окликнули:

— Анна! Постой!

Франк Теодор Моргенштайм бежал ко мне по аллее. На нас уже начали оглядываться: ведь не каждый день увидишь, как король Академии бегает за девушкой. Да не просто за девушкой, а падшей женщиной, считай.

— Анна, извини. Был неправ утром.

Я почувствовала неловкость, так как напрочь забыла за что конкретно парень извинялся. Что спас меня — конечно, помню. Девушкой своей назвал. Потом же он что-то не то ляпнул, когда про помолвку Ричарда сообщал, но что именно — отшибло наотрез. Все же день сегодня сумасшедший.

Я кивнула. Все же он здорово мне помог, так что глупо обижаться даже не зная, за что. Кроме того, я сама чувствовала себе виноватой, за то, что грубо обошлась с парнем утром. Так что мне, по большому счету, тоже следовала бы извиниться.

Франк вздохнул облегченно, но потом быстро сделал вид, что вовсе и не переживал.

— Анна, а ты пойдешь со мной на свидание?

Вот те раз. Как же все не вовремя.

— Хорошо, — кивнула, ведь я была перед ним в долгу. Да и похоже, я действительно нравилась парню. Вот схожу на пару свиданий, может, у него откроются наконец глаза и он увидит, какая я на самом деле — да и сам сбежит с криками ужаса.

— Давай тогда сегодня?

Я застонала про себя. Только не сегодня! Достаточно уже потрясений для одного дня!

— Нет, извини. Лучше завтра — сегодня у меня допзанятия.

Я думала, что нагло соврала, а оказалось — нет, накаркала.