Колдунья - Лиза Джейн Смит

– Ты здесь работаешь?

– Ага. Мы отпустим Пилар пораньше, – сказал Эрик,направляясь к входной двери. – Пошли.

За стойкой сидела миловидная девушка с длинными, до плеч,волосами. Tea узнала Пилар Озорио из их школы.

– Как провели время? – спросила Пилар, глядя наЭрика влюбленными глазами.

– Честно говоря, ужасно, – ответил тот, пожимаяплечами. – Началась драка, и мы ушли.

– Какой кошмар! – всплеснула руками Пилар.

Tea показалось, что на самом деле ее не слишком расстроило,что вечеринка не удалась.

– Вот именно. А как наш малыш?

– Нормально. Чуть попозже нужно будет с ним погулять.

Пилар сняла со спинки стула свой жакет, кивнула Tea и ушла.

«Он ей нравится», – подумала Tea.

Когда дверь за Пилар закрылась, Tea осмотрелась вокруг.

– Разве клиника открыта в такой час? – спросилаона.

– Нет, но когда у нас остаются на лечение животные,кто-то должен дежурить ночью, – ответил Эрик. – Иди за мной.

Он повел ее через смотровую по коридору в процедурную. Tea синтересом смотрела по сторонам. Она никогда раньше не бывала в святая святыхветлечебницы.

За процедурной была небольшая комнатка, в которой стоялонесколько клеток для животных. Оттуда донесся требовательный громкий лай. Эрикозорно посмотрел на Tea.

– Три, два, один! Смотри! – сказал Эрик, открываяодну из клеток.

Из нее тут же выскочил наружу, неистово виляя хвостом ивсячески выражая свою радость, красивый крупный щенок лабрадора.

– Привет, Бад, – сказал Эрик. – Как ты себячувствуешь? – Он повернулся к Tea. – Очень ласковый пес.

Tea села на корточки и протянула вперед руки.

– Твое платье… – начал было Эрик, но щенок ужезабрался к Tea на колени и жарко дышал ей в ухо.

– Кажется, я влюбилась! – воскликнула Tea,погружая пальцы в пушистую шерсть.

Ей не пришлось прилагать никаких усилий, чтобы проникнуть всознание щенка. Он просто излучал свои мысли. Все они были только о хорошем итолько о том, что происходило в данный момент.

Как плохо здесь пахнет… Ужасно чешется за ухом… Мне нравитсяэта большая лысая собака… А кто из нас главный?

Щенок слегка укусил ее, и Tea в ответ тоже играючи егоукусила.

– Ты ошибся. Я главнее тебя, – сказала она,почесывая его за ухом.

Но с щенком было что-то не так. Глядя его глазами, онавидела только то, что слева. Все предметы, находящиеся справа, были словнозакрыты чем-то темным.

– У него что-то с глазами?

– Ты заметила? Это катаракта. Он слеп на правый глаз.Когда он чуть-чуть подрастет, ему придется делать операцию. – Эриквнимательно посмотрел на Tea. – Ты замечательно чувствуешь животных.Почему ты не заведешь себе кого-нибудь?

– Обычно я подбираю их, исцеляю, а потом нахожу имхозяев или отпускаю на волю, если они не желают быть домашнимилюбимцами, – ответила Tea.

– Ты их исцеляешь?

Это прозвучало скорее как утверждение, чем как вопрос, ноTea испытала легкий шок. Почему она не следит за своей речью, когдаразговаривает с этим парнем? Она перевела дыхание, подняла глаза и обнаружила,что он внимательно и испытующе смотрит на нее влюбленными глазами.

– Я их кормлю, отвожу в лечебницу, если это требуется.А потом жду, когда они окончательно поправятся.

Он кивнул, хотя ответ его явно не удовлетворил.

– Ты никогда не думала о том, чтобы стать ветеринаром?

Tea опустила глаза и поцеловала щенка в нос.

– Нет, – пробормотала она, уткнувшись в палевуюшерстку.

– Но у тебя дар. Попробуй. Если хочешь, я дам тебематериалы об университете Дэвиса. У них интересная программа, правда, тудатрудно попасть, но у тебя получится, я уверен.

– Я не знаю, – растерянно ответила Tea.

По некоторым предметам ее оценки были далеки от высшегобалла. Но основная проблема была не в этом. Среди ведьм никогда не быловетеринаров. Просто не было, и все тут.

Она могла заниматься камнями, травами, ритуальными нарядами,амулетами, но всему этому не учили в университете Дэвиса.

– Мне трудно тебе объяснить, – сказала Tea,удивляясь в душе тем, что пытается объяснить что-то человеческомусуществу. – Просто моя семья вряд ли это одобрит. Они хотят, чтобы язанялась чем-то другим.

Эрик хотел возразить, но промолчал. В конце концов онрешился:

– Может быть, ты будешь хотя бы помогать мне в моихисследованиях? – предложил он. – Я постараюсь выбирать интересныетемы.

«Ты хитришь», – подумала Tea, а вслух сказала:

– Может быть.

В это мгновение раздался громкий настойчивый звонок в дверь.

– Кто-то у главного входа, – встревожилсяЭрик. – Странно, в такой час здесь не может быть посетителей.

Он пошел открывать дверь. Tea с щенком на руках последовалаза ним.

Эрик открыл дверь и удивленно отступил назад:

– Розамунда, что ты тут делаешь? Мама знает, где ты?

В приемное помещение ворвалось нечто вроде маленького вихря.Это была девочка с копной волос цвета речного песка. На руках она держалачто-то завернутое в голубое одеяло.

– Мама сказала, что мадам Кюри здорова, а онабольна, – выпалила Розамунда. – Позови доктора Джоан.

С этими словами девочка плюхнула свой сверток на стойку,прямо поверх медицинских карт и других бумаг.

– Эй, не клади ее сюда! – воскликнул Эрик, нодевочка его не слушала. Он повернулся к Tea. – Это моя сестра, Розамунда.Как она сюда добралась?..

– Я приехала на велосипеде. Мадам Кюри нужно немедленноосмотреть.

Бад вырывался из рук Tea, пытаясь дотянуться носом досвертка. Tea аккуратно опустила его на пол.

– А кто такая мадам Кюри?

– Морская свинка, – ответил Эрик, разворачиваяодеяло. – Роз, доктор Джоан уехала в другой город на конференцию.

Выражение лица Розамунды все еще оставалось сердитым, но унее начал дрожать подбородок.

– Ладно, подожди. Давай я осмотрю мадам Кюри, хотявовсе не уверен, что смогу разобраться. Но сначала мы позвоним маме и скажемей, что ты жива.

Эрик потянулся за телефоном.

– Я отнесу Бада обратно в клетку, а то, похоже, онрешил, что мадам Кюри принесли ему на ужин, – сказала Tea.

Когда она вернулась, то увидела, что Эрик в растерянностисклонился над коричнево-белой морской свинкой.