Сточное время - Владимир Холкин

Но спуститься сразу не получилось. У лестницы его перехватила белокурая особа семи лет от роду с косичками и огромными голубыми глазами. Она немедленно учинила допрос с пристрастием на предмет того, не лелеет ли он, Янус, коварный план — охмурить обожаемую сестренку, а потом увезти на Закатный архипелаг, чтобы скормить недоразвитым полиморфам?

— Почему недоразвитым? — растерянно спросил Янус и тут же был поставлен в известность, что взрослым полиморфам особая диета не требуется — они и так сожрут кого захотят, а вот их детенышам, которые еще развиваются, просто необходимо включать в меню глупых невинных девушек. Мы ведь не будем спорить, что именно в эту последнюю категорию входит упомянутая сестренка? А без такой пищевой добавки несчастный маленький полиморф никогда не научится превращаться…

Янус, потрясенный этим экскурсом в ксенологию, клятвенно обещал, что нога его не ступит на Закатный архипелаг, где творятся такие страсти, и он, скорее, сам загрызет всех оборотней планеты, чем отдаст им на съедение Виолу. Но вот насчет первого пункта плана — того, что касается «охмурить» — у него, признаться, были определенные виды, и в этом вопросе ему не обойтись без многоопытной консультантки, каковой, без сомнения, является его собеседница. Белокурая специалистка по оборотням и обольщению невинных девушек (Янус вспомнил, что ее зовут Тилия) благосклонно выслушала его излияния и сказала, что, пожалуй, подумает, после чего заговорщики, наконец, спустились к столу.

— О чем это вы шептались? — подозрительно спросила Виола после взаимных приветствий.

— Тебе еще рано об этом знать, — важно ответил Янус и заслужил одобрительный взгляд своей новоявленной консультантки.

— Смотрите мне! — Виола пригрозила им пальцем. — А то, ишь ты, развели конспирацию. Тайны Хрустального двора…

— А где граф? — спросил Янус.

— Папа сказал, чтобы завтракали без него, — объяснила Виола. — Просил передать тебе свои извинения, но ему с утра нездоровится.

— А что случилось?

— Не знаю, — вздохнула девушка. — Он вообще как-то сдал в последние месяцы. Осунулся, смотрит странно. Я уже не раз замечала, когда мы по «зрачку» говорили. Наши рассказывают — запрется у себя в кабинете и не выходит целыми днями.

— А к врачам обращались?

— Не хочет он никаких врачей. Я как-то его однокашнику позвонила, чтобы проконсультироваться. Тоже Посвященному, кстати; я его с детства знаю. Ну, тот забеспокоился, обещал подъехать. А вечером папа меня по браслету вызвал и меня же отругал непонятно за что. Сказал, чтобы я больше так не делала.

Виола обиженно засопела, и какое-то время они провели в молчании. Обстановку разрядила Тилия, которой не терпелось узнать подробности столичных похождений старшей сестры. Виола принялась в красках расписывать подготовку к предстоящему балу, изображала в лицах придворных дам и даже пересказала (правда, в слегка приглаженном виде) пару дворцовых сплетен. Тилия смеялась и задавала уточняющие вопросы, от которых у Януса иногда отвисала челюсть. Например, малявка осведомилась, почему на параде по случаю тезоименитства Ее Высочества не было видно принца, хотя он не только брат виновницы торжества, но и куратор Воздушной Гвардии? Янус, который сам задавался этим вопросом, с восхищением уставился на девчонку.

— Слушай, Тилия, — не выдержал он, — ты откуда все это знаешь?

Та многозначительно улыбнулась, а Виола рассмеялась с довольным видом:

— Я же тебе говорила — она спит и видит во сне дворец. Ее бы на мое место — она бы всем показала! Только говорить научилась, стала требовать сказки про инопланетных принцесс. И про чудовищ, которые их похищают.

— Ага, — сказал Янус. — Я уже обратил внимание…

— Мы ее повезли на ярмарку, так она там вцепилась в книжку — такое, знаешь, подарочное издание с голографическими картинками. И потом требовала ей оттуда читать. Сказки на ночь, ага. Я после этих сказок — а после иллюстраций особенно — сама заснуть не могла! Все ночь зубами стучала. А этой только давай…

После завтрака принялись составлять планы на день. Виола предложила покататься на эквусах и заодно осмотреть поместье. Она с восторгом описывала, какие великолепные экземпляры томятся в стойлах — рыжий со звездочкой, черный с подпалиной, игреневая, изабелловая и какая-то серая в гречках. А еще привезли самца совершенно новой породы, которую вывели генные инженеры — вместо рудиментарных отростков у эквуса настоящие крылья, и теперь он не просто скачет затяжными прыжками, а летает (правда, недалеко). И Виола очень соскучилась по верховым прогулкам, потому что в столице они, к сожалению, вышли из моды и Ее Высочество предпочитает гонять на ялике…

Но Янус категорически воспротивился, признавшись, что в жизни не садился в седло, потому что в его семье не привыкли к забавам аристократов и он даже подходить боится к этим зверюгам, не желая огрести по затылку каким-нибудь рудиментарным крылом. И еще он слышал, что эти, которые умеют летать, воняют просто невыносимо. Так что он полностью солидарен с Ее Высочеством, тем более что ялик в их полном распоряжении. — Хоть на другой конец планеты можем лететь, — храбро добавил Янус, радуясь, что ректор его не слышит.

— На другой конец, говоришь? — Виола вдруг уставилась на него странным взглядом, пораженная, судя по всему, какой-то неожиданной мыслью.

— А я знаю, знаю, о чем ты думаешь! — восторженно завизжала Тилия. — Только папа тебя не пустит!

— А вот и посмотрим, — возразила Виола. — И вообще, ему же удобнее…

— Девушки, о чем речь? — подозрительно спросил Янус. — Что это вы задумали?

— Видишь ли, Янус… — задушевно начала фрейлина, и он отчетливо понял, что сейчас его втравят в какую-то авантюру. — Есть одно место, и как раз на краю планеты. То есть не планеты, конечно, а континента…

— Уж не Закатный ли архипелаг? — с некоторой опаской спросил Янус. — В гости к недоразвитым полиморфам?

— Почему к недоразвитым? — удивилась Виола. — И вообще, не сбивай меня. При чем тут архипелаг с этими дурацкими оборотнями? Отвези меня на храмовый остров.

— Но ведь… — Янус замялся. — На экскурсии туда не ездят, ты знаешь…

— Почему на экскурсию? Я хочу открыть второе зрение — помнишь, вчера тебе говорила? Так вот, я уже совершеннолетняя и теперь имею право пройти инициацию. Я все равно поеду, только на поезде неохота трое суток тащиться. А тут твое щедрое предложение. Или ты уже передумал?

— Нет, почему же… — Янус растерянно оглянулся на Тилию. Та довольно хихикала. — А отец тебе разрешит? Ты же говорила, он против?

— А я с ним поговорю! — воинственно заявила Виола. — Вот прямо сейчас пойду и выскажу все!

Она встала и решительным шагом вышла из комнаты. Янус, глядя ей вслед, почесал в затылке.

— Ну что, попался? — ехидно сказала Тилия. — Нечего было хвастаться своим яликом. Теперь она от тебя не отстанет. Папа ее одну ни за что не отпустит, а сам с ней ехать не хочет.