Сердце тени. Том 2 - Екатерина Стадникова

– О! Всегда, – иронически отозвалась Мэй.

– Вот спасибо, – надулась та. – Я спросила о тех моментах, когда… влюбляюсь.

– У Эмьюз это не любовь, – почти шепотом поправил Клаус.

– Хорошо, что ты такой понятливый. – Никто не слышал, как Дэн вошел.

– Сцены ревности здесь неуместны, – встав между мальчиками, возразила Робин.

– А пусть ни на что не рассчитывает, – вскинулся тот.

Тут дверь в гостиную открылась и закрылась.

– Команда на смыв! – только и успел крикнуть Бэн.

– Так, гос-господа заговорщики, – от спокойного голоса ректора у ребят поджилки затряслись, – сам-самовольная застройка, з-значит? Пропустите меня, ми-мистер Арчер.

– Пароль? – с надеждой спросил шут.

– «Письмо родителям» под-подойдет? – Профессор Финн явно находился в хорошем расположении духа.

Пока Бэн тянул время, изображая раздумья, в шатре судорожно заметали следы. Робин и Урд перевернули Эмьюз лицом к спинке дивана, а почти на самую ее голову улегся Мэйсон, делая вид, что спит уже давно.

– Помирать, так скопом, – прошептал Дэн и вынырнул на помощь другу.

Клер, Клаус и Вай шустро рассовывали компрометирующие предметы по укромным уголкам (между диванными подушками и под кресло на случай личного досмотра).

– Доброй ночи, господин ректор. – Урд, лучезарно улыбаясь, откинула полог.

– Доб-доброй, мисс Йонсон. – Мужчина шагнул под самодельный свод.

Заговорщики стеной выстроились вдоль смирно лежащей Эмьюз.

– У в-вас уютно. – Сэр Финн устроился в кресле. – Са-садитесь, господа. Почему я дол-должен искать оправдание св-своей редакции, прогулявшей последние пар-пары в полном составе? Это при том, что макет газ-газеты я еще в глаза не видел. В-вы садитесь, садитесь.

– Весь материал собран, – отрапортовал Дэн. – Только способ его отпечатать мы еще не нашли.

– Это меня не в-волнует. – Сэр Таранис нахмурился.

– А за прогул нет нам прощения! – продолжил Бэн. – Оправдание одно: нас поразила страшная эпидемия желудочных колик.

– Такая ст-страшная, что вы возвели храм, чтоб вы-вымолить прощение у желудочного бога с помощью мн-многочасового представления? – Ректор откинулся на спинку кресла.

– Именно, Сэр! – Одинаковые мальчишки энергично закивали.

– А в-вы что скажете, господин Раббе? – В глубоких голубых глазах явственно приплясывали крошечные искорки.

Клаус откашлялся.

– А я вообще вольный слушатель, – признался он. – Хочу – хожу на пары, хочу – сам в библиотеке занимаюсь. Про газету вообще ни сном, ни духом…

– Сюда-то что в-вас привело? – Профессор Финн излучал доброжелательность.

– Не поверите. Желудочные колики, Сэр! – Так нелепо лгать Танцору, хоть и бывшему, – забавное занятие.

– Не п-поверю, – согласился тот. – И как? Помогло?

– Не то слово, Сэр. – Мальчишка чувствовал, что игра обречена на провал, но не желал сдаваться. – Первая часть показалась просто сногсшибательной! А вторая окончательно связала меня дружескими узами с присутствующими студентами.

Плечи Урд вздрагивали от беззвучного смеха.

– Это с к-какими же?

Клер незаметно похлопала себя по запястью. Полчаса стремительно таяли.

– Может, вы уже пойдете, Сэр? – Дэн зажмурился и закрыл голову руками.

– Да, – поддержал Бэн, – нам все это безобразие убрать еще нужно.

– Дети мои, имейте с-совесть! – усмехнулся ректор. – Я, м-может, еще отправлю в-вас мыть посуду на ку-кухню на недельку-другую. Каждый день после у-ужина.

– И меня? – искренне удивился Клаус.

– Особенно в-вас, господин Раббе. – Сэр Таранис явно собирался переиграть их всех. – Дол-долго мне ждать ответа о вашем с-сближении с нашей бандой?

– Вот мисс Йонсон, например, – предстояло быстро выкручиваться, – она просто настоящая росомаха. Господа антропоморфы неподражаемы, а с Вайолет…

– …Браддок, – вставила порозовевшая девочка.

– Да, с мисс Браддок… – Клаус понимал, что пришло время прикусить язык, но раз уж начал… – С ней мы собирались обсудить некоторые вопросы ветеринарии.

– Что-то я и в сам-самом деле засиделся, – неожиданно объявил профессор Финн.

Заговорщики понимали, что расслабляться рано.

– Как ты меня назвал? – шепотом спросила Урд.

– Росомаха, зверек такой… хищный, – проклиная свою болтливость, пояснил мальчишка. – С виду неуклюжий, но связываться с такой себе дороже.

– Где ж ты раньше был?! А то все «крыса» да «крыса»… – Йонсон стерла со лба воображаемый пот тыльной стороной ладони. – Ффух! Иди я тебя расцелую!

– Протестую! – донеслось с дивана.

– И в-вы здесь, мистер Мотли? – Сэр Таранис жестом приказал ребятам расступиться. – На чем это вы сп-спали?

Серый кот прижал ушки и изобразил на острой мордочке такую бурю эмоций, что только начисто лишенный сострадания человек решился бы продолжить мучить вопросами несчастное животное.

– Врагу не сд-сдаемся, своих не сдаем? – Профессор Финн грустно усмехнулся. – Только с каких пор я стал в-врагом? Если интересно, Амбер Лэндвик по мо-моему приказу взята под стражу, а ее сообщниц до-допрашивает Сэр Тангл.

Живой азарт сменился свинцовым раскаяньем. Общую веселость как ветром сдуло. Все ждали, что же дальше скажет ректор, на лице которого явственно читалось разочарование.

– З-занятная тенденция, – тихо продолжил он, – ни вы, до-дорогие мои дети; ни в-вы, мистер Раббе; ни д-даже ваш дедушка с Сэром Руфусом Танглом… никто, абсолютно никто не удосужился поставить м-меня в известность. Сколько бы я не ис-искал вразумительного об-объяснения сему факту, ничего путного не нашел.

Диванные подушки вздрогнули, будто под ними прошмыгнул невидимый зверь. Порыв ветра, взявшегося из ниоткуда, качнул длинные седые волосы Финна, а на столе выстроились в ряд все с таким тщанием спрятанные улики.

– Если никто не проговорился, то как вы узнали? – Мэйсон соскользнул на пол.

– К счастью, в этом учебном за-заведении все еще остались студенты, считающие м-меня персоной, заслуживающей доверия. – Сэр Таранис загадочно улыбнулся. – Хоть и мертвые.

Воздух по правую руку от профессора начал сгущаться, превращаясь в подобие тумана. В лица ребятам повеяло легким холодком, а может, просто ни с того ни с сего, мурашки пробежали по спинам. Между тем, невесомый туман приобретал узнаваемые формы.

– Не подозревала, что ты доносчик, Дезмонд, – укоризненно нахмурилась Клер.

Услышав это, призрачный мальчик затрясся всем телом. Он метнулся к обидчице прямо сквозь стол. Губы призрака шевелились, будто бы тот кричал, только вместо слов из груди духа вырывался лишь тихий хрип.