Черная татуировка - Сэм Энтховен

— А вы как попали в Братство? — спросил Джек.

Реймонд взглянул на него.

— Меня выбрал Ник, — Он печально улыбнулся. — Пожалуй, следует добавить, что он поступил так вопреки желанию отца. Ник выбрал всех нас, он взял нас в Братство из-за разных талантов, которыми мы наделены. Меня, двух сестер — Белинду и Джессику — и еще одного человека по имени Феликс. Четыре ученика, один наставник.

— Пятеро? Не такое уж оно большое, ваше Братство, — заметил Чарли.

— Поверь мне, — ответил Реймонд, — даже пятеро — это больше, чем было когда-то. К тому времени, когда отец Ника рассказал ему о Скордже, уже не осталось никого, кроме него, кому была известна тайна. Когда Ник объявил отцу, что намерен найти новых членов Братства, у них произошла ссора, и они даже перестали разговаривать друг с другом, и не разговаривали до самой смерти Джереми. Но Ник всеми силами постарался снова сделать Братство могущественным: если бы не Ник, никого из нас сейчас здесь не было бы.

Он умолк. Пауза длилась всего секунду, но Джек успел заметить, как сильно Реймонд сожалеет о потере прежнего главы Братства. Правда, это нисколько не обрадовало Джека.

— Так вот, — продолжал Реймонд, — как я уже говорил, наша работа состояла в том, чтобы не дать Скорджу вырваться из плена.

— А что за плен? Где его держали? — спросил Чарли.

— В дереве.

— В дереве? — переспросил Чарли и недоверчиво перевел взгляд с Реймонда на Эсме. — В дереве?

— Скордж был заточен в корнях дерева, — сказала Эсме.

— Верно, — кивнул Реймонд. — В корнях большого старого дуба, который растет в… — Он растерялся и не договорил. — Ну, теперь вам не нужно знать, где он растет.

— Но дерево… — сказал Чарли, которому явно не удавалось понять это (и Джек его не мог винить, ибо у него это тоже в голове не укладывалось). — В нем было что-то особенное? В смысле, откуда вы знали, будто внутри его действительно находится демон?

Реймонд провел рукой по блестящей лысине и нахмурился, что-то припоминая.

— Это тоже, — сказал он, — трудно объяснить. Это можно было только почувствовать. — Он снова умолк и задумался. — Когда ты ухаживал за этим деревом, — сказал он немного погодя, — подрезал ветки например, то порой ловил себя на разных мыслях. Если отвлекался, то мог этого и не заметить, но все же у тебя появлялись кое-какие идеи.

— Какие идеи?

— Как-то раз, — сказал Реймонд, — и, честно говоря, я этим вовсе не горжусь, я поймал себя на том, что размышляю об остальных членах Братства. Я стал думать о магии, о том, насколько я ничтожен в сравнении с Белиндой, Джессикой и Ником, и вдруг стал гадать, — он нахмурился, — не смотрят ли они на меня свысока. — Он посмотрел на мальчиков. — Вот что делает Скордж. Он вами манипулирует. Он ищет у вас слабые места — все ваши маленькие сожаления и обиды, и эксплуатирует их. Думаю, именно это произошло с Феликсом, — добавил он. — Полагаю, именно так Скорджу удалось бежать.

— Ничего не понимаю, — признался Чарли и развел руками.

— Как? — спросил Джек. — Как он убежал?

Реймонд откинулся на спинку стула и задумчиво уставился в одну точку.

— Феликс был завистлив, это и было его слабым местом. Он всегда все воспринимал на свой счет. Он очень переживал из-за того, что во всем был вторым — в магии, в единоборствах, во всем. И когда мы с Белиндой полюбили друг друга… — сказал он и помолчал. — В общем, я думаю, это стало для него последней каплей.

— А что случилось? — спросил Джек.

— Феликс пошел к дереву и отдал себя Скорджу, — сказал Реймонд. — Потом было сражение: нам всем вместе удалось изгнать демона из Феликса, и Ник снова пленил Скорджа и заточил его внутрь своего жезла. Но Белинда, моя жена… — У него сорвался голос. — Словом, она умерла. Эсме тогда была совсем маленькая.

Эсме тихо, печально положила руку поверх руки отца. Джек посмотрел на них, но Эсме заметила его взгляд, и он опустил глаза.

— С тех самых пор мы начали упражняться, — сказала Эсме, взяв на себя продолжение рассказа. — Каждый день я тренировалась и ждала. Я совершенствовала все свои способности и навыки на тот случай, если Скорджу снова удастся ускользнуть. И вот теперь, — добавила она, и ее янтарные глаза сверкнули, — теперь у меня появился шанс.

Джек наблюдал за Эсме — за тем, как она держалась, как были сжаты ее губы, как холоден был блеск ее странных янтарных глаз. В эти мгновения ему казалось, будто пропасть между ними стала еще шире и ее невозможно перешагнуть. Какая же у нее жизнь? Он не мог это себе представить. Посвятить всю жизнь одной-единственной цели, каждый день тренироваться и готовиться… Было время, когда Джек воображал, как он будет заниматься чем-то подобным. Порой эта мысль ему даже нравилась. Но и тогда он понимал, что дальше воображения дело вряд ли зайдет. И, честно говоря, он не очень об этом сожалел.

— А с другой что случилось? — вдруг спросил Чарли.

Все непонимающе уставились на него.

— Со второй женщиной из Братства. Ну, с этой… как ее звали? — Чарли щелкнул пальцами. — Джессика?

— О, — немного удивленно сказал Реймонд. — Ну, Джессика и Ник поссорились.

— Из-за чего? — спросил Чарли.

— После всего случившегося у Ника возникли сомнения. Видимо, он чувствовал себя виновным в гибели Белинды. Возможно, он сожалел, что не послушался отца и вовлек всех нас в Братство. Как бы то ни было, он принял решение. Он объявил о том, что собирается подыскать новое место для заточения Скорджа: другое дерево, но растущее в тайном месте, о котором не будет знать никто, кроме него. Но… — Он снова наклонился к столу, и стул жалобно скрипнул под его весом. — Джессика не согласилась с Ником. Она считала, что никто не должен оставаться со Скорджем наедине, даже Ник. И когда Ник все же поступил по-своему, Джессика взбунтовалась. Она покинула Братство, покинула всех нас. И с тех пор пропала, ни слуху ни духу, и…

— Итак, — вдруг прервал его Чарли, — два подозреваемых.

Все снова уставились на него. Он усмехнулся и продолжил:

— Подумайте как следует. Кто бы ни выпустил Скорджа на этот раз, это наверняка был кто-то из членов Братства, иначе как бы они вообще узнали о демоне? Правильно?

Никто не ответил. Джек даже не был уверен в том, что он правильно понял вопрос своего друга.

— Ну как вам объяснить, — со вздохом сказал Чарли. — Ладно, я думаю, все согласны, что демон овладел не Ником. Так?

Джек часто заморгал, а Чарли продолжал рассуждать.

— Значит, если это был не Ник, — говорил он таким тоном, словно в этой комнате сидели одни недоумки, — и не вы, — добавил он, глянув на Реймонда и Эсме, — то кто остается? Джессика и Феликс! Тут же все просто.

Джеку стало неловко. Нет, рассуждал Чарли правильно, но почему он вел себя так заносчиво?