Калеки - Сергей Лукьяненко

Но Алексу всегда нравилась эта иллюзия.

К Обслуживанию-7 вела прямая трасса, готовиться, собственноговоря, не было необходимости. Адмирал, выслушав доклад Алекса, только вздохнул– и дал разрешение на «боевую акцию». Роза не потрудилась даже имитироватьвздох. Летим? Хорошо. Воевать? Пожалуйста.

– Как ты оцениваешь наши шансы на победу? – спросил Алекс.

– Шансы достаточно велики. – В отличие от других кораблейРоза предпочитала не пользоваться процентными соотношениями. Что это было –стремление выглядеть человеком, а не машиной?

– Каковы шансы на чистую победу, без потери боеспособностикорабля?

– Шансы малы, – спокойно ответила Роза. – Я превосхожу вмощности любой из дредноутов Брауни, но в данном случае мы атакуем притрехкратном численном перевесе противника.

– Итак? – продолжил Алекс.

– Если нам удастся победить и при этом я не получукритических повреждений, – с легкой ноткой задумчивости произнесла Роза... –Что ж, в данной ситуации я буду считать проверку успешно пройденной.

– И? – вступила в разговор Вероника.

– После этого я перейду в режим полного подчинения любомуназначенному экипажу.

Вот после этого они и полетели.

Демьян немного поспал. Немного поработал на симуляторах. Ещераз проверил боевые системы – уже вылизанные до блеска кораблем, Трейси иХасаном. Снова поспал.

А теперь, с виду совершенно спокойный, сидел за боевымпультом и ждал.

Вероника сходила на камбуз и поставила на пульт Демьянумаленький поднос со стаканчиком. Ласково сказала:

– Вот. Сто грамм перед мальчиком.

Демьян вздохнул и взял стаканчик:

– Вероника, сколько раз объяснять? Я – не мальчик! И не надоставить передо мной сто грамм... тем более на пульт управления огнем! Этоназывается «сто грамм перед боем»! Старинный русский военный обычай!

– Демьян, я же изучала исторические записи, – мягко сказалаВероника. – Во всех фильмах о древних войнах русские ставят перед собойполстакана водки и произносят: «Сто грамм перед мальчиком». Как врач, какпсихолог я прекрасно понимаю происхождение этой мантры. Водка – хорошийисточник энергии. Обращение к себе в третьем лице и сюсюкающее наименованиевоина как ребенка позволяют снять боевой стресс.

– То, что ты слышала, – какие-то ошибки перевода сдревнерусского! Перед боем, а не перед мальчиком! – попытался оспорить Демьян.– Водка древним русским придавала силы и снимала боль! Ее не использовали вкачестве пищи!

Вероника иронически улыбнулась:

– Ну да, не в качестве пищи... А фразу «будем кушать водку»я тоже придумала?

Демьян молча выпил.

Психолог вернулась на свое место.

Алекс улыбнулся, слушая эту шутливую перебранку. Он не знал,кто из спорщиков прав – воин-спец или психолог. В любом случае легкийбеззлобный спор позволяет снять напряжение перед сражением.

– Не хочу мешать вашему спору, – сказал он, – но черездесять минут мы выходим в пространство станции Обслуживание-7.

Наступила тишина.

Алекс беззвучно, сознанием позвал Розу. И оказался ввиртуальном мире, где серебряный цветок плыл по серой трубе гиперканала. Егоэкипаж – цветные искры, будто отблескивающие на солнце капли росы, притаившиесяна металлическом цветке.

«Прогноз», – попросил Алекс.

Перед ним развернулась картинка – самое вероятноерасположение дредноутов Брауни. Картинка непривычная – в ней не было звезды, небыло планет и астероидного мусора. Чистейший межзвездный космос – иОбслуживание-7 в качестве реперной точки.

Два дредноута, по прогнозу «Серебряной Розы» (и по мнениюДемьяна), будут дрейфовать в окрестностях гиперканала на расстоянии от ста допяти тысяч километров: наиболее удобная дистанция для клинча, ракетных иторпедных атак. Третий – на дистанции лучевого удара. До миллиона километров.

Из этой позиции Демьян и исходил в своих расчетах.

Древние дредноуты неизбежно уступали «Серебряной Розе» вскорости ведения боя. Колоссальная защита и энергетическая мощность оставалисьпри них, но беспощадное время снижало их реакцию. Прежде чем дредноут-1 идредноут-2 выплюнут в бесцеремонного пришельца первую порцию ракет –«Серебряная Роза» успеет дать залп.

И уйти обратно в гиперканал.

На несколько секунд.

Лечь на курс, ведущий обратно в систему Обслуживание-7.

На этом, собственно говоря, все и строилось. Серьезноповредить, а в идеале и уничтожить один-два дредноута. Переждать вгиперпространстве ответную атаку. И, выйдя обратно, схватиться савтоматическими кораблями уже по-настоящему.

Страха Алекс не испытывал. Им приходилось воевать – какправило, именно с автоматическими кораблями, мощными, но морально устаревшими.Справятся они и в этот раз. На таком корабле – обязаны справиться!

Главное, чтобы победа была чистой. Чтобы Роза признала –экипаж внес свой достойный вклад.

«Алекс?»

«Роза?» – мысленно отозвался он.

«Ты уверен в мастерстве Демьяна?»

«Он хороший боец».

«На поверхности. Но это будет космический бой».

«Он справится. Мы справимся».

Пауза – едва уловимая.

«Удачи вам, капитан».

Время истекало – даже здесь, в замедленном виртуальномпространстве. Устье гиперканала разворачивалось перед ними – Алекс последнийраз огляделся, увидел биение белой искры – сознание Демьяна. Воин оставалсяспокойным, и это радовало...

Гиперканал раскрылся, и они вышли в пространствоОбслуживания-7.

Все было не так!

Алекс охватил окружающий мир одним взглядом. Диск станцииОбслуживание-7 – совсем рядом, над ним сияет искусственное плазменноесолнышко... надо же, еще функционирует! Какая-то металлическая мелочь вокруг...идентификация... прошла... останки погибших кораблей, фрагменты защитныхоболочек, неразорвавшиеся ракеты...

И три дредноута, три исполинских шара. Все вместе. Нарасстоянии трех с лишним миллионов километров!

– Демьян, цели нерасчетные!

– Вижу, капитан. У нас есть около двадцати секунд... Вследующий миг ударило. Сразу со всех сторон.

Вся металлическая мелкота, вращающаяся вокруг слабого центрамасс – устья гиперканала, пришла в движение. Космос зарябил от энергетическихвспышек. Обломки пришли в движение, устремились к «Серебряной Розе». Дрейфующиеторпеды включали двигатели, устремляясь к кораблю. Холодный мертвый металл,никчемная пыль былых сражений, исчезал в ослепительной вспышке, выпуская вкорабль лазерный луч.