Полудемон. Счастье короля - Галина Гончарова

— Проверим.

— А куда ты идешь?

— Ищу. Вашим слугам ведь здесь неуютно?

— Очень. А мне как‑то и ничего.

— Так ты ведь Андаго, а кровь много значит. Я бы не удивился, если бы при постройке замка твой предок не только демона тут замуровал, но и кровью камни напоил.

— А Храм…

— Тебя это не остановило.

Иннис замолкает. Цепляется за мою руку, крепко сжимает свечу. Огонек дрожит и трепещет, скорее подчеркивая мрак, чем рассеивая его. Мне все равно, я хорошо вижу в темноте.

— Алекс…

Запах полыни становится все отчетливее, уже скоро, уже рядом…

— Да?

— Даже если я не дочь Сидона — я никогда об этом не скажу.

— Почему?

— Потому что память моей матери…

Дальше объяснять не потребовалось.

— Прости. Я болван.

— Полагаю, у демонов таких проблем не возникает, — Иннис вздыхает в полумраке. — Но… даже если я никогда и не скажу этого вслух — я должна знать правду.

Умничка.

Я осторожно сжимаю узкую ладошку.

— Правду будем знать ты и я. Этого достаточно.

Коридор заканчивается стеной. Монолитной даже на вид, из больших глыб темного камня — какой уж тут ход. Но меня это не останавливает. Именно оттуда тянет знакомым запахом — и я медленно касаюсь стены ладонью.

И — открываюсь ей навстречу.

Как описать это ощущение? Как в детстве — ты бежишь по цветочному лугу наперегонки с ветром. Смеешься, светит солнышко и в голове ни единой плохой мысли. Да, именно так.

Когда открываешься для своей силы — ощущения такие же. Меня пронизывает теплой уютной волной.

Смерть — это гниль, разложение, тлен?

Нет. Это уют, покой, это бездонное черное озеро, в котором так приятно отдохнуть… волна силы затопляет меня — и когда не остается ни единой мысли, я скольжу вперед. Я сам — эта волна.

Я накатываю на стену, проникаю в мельчайшие щели между камнями — и вижу, что находится за ними.

Волне нет преград.

И если так…

Теперь волна движется назад, окутывает фигурку Иннис… да, все верно.

Воздушница. Хотя и не из самых слабеньких. Просто ее магия сильно завязана на возраст. Вот, лет после двадцати — двадцати пяти ее дар начнет пробуждаться. Или раньше, но после сильных потрясений.

Я был прав.

Не она меня сюда позвала. Ее сил едва хватило, чтобы приоткрыть дверцу, и в лучшем случае она бы получила какое‑нибудь полуразумное существо или вовсе демоническую тварь. Это я использовал ее ритуал, чтобы вырваться из той пропасти междумирья.

Иннис встревожена. Она ощущает мою магию, чувствует, что я на нее как‑то воздействую — и нервничает. Ничего, девочка, я уже перестал. Вот так…

Открываю глаза — и в зрачки словно впивается взгляд Иннис.

— Алекс?

— Все в порядке, малышка. Дашь руку?

— Д — да…

— Просто я нашел вход. Но для этого нужна твоя кровь. Ты ведь Андаго…

Иннис протягивает мне правую руку, длинные пальчики чуть подрагивают…

— Прости.

Когтем провожу по ее ладони. Девушка шипит сквозь стиснутые зубы, но руку убирать и не думает. Вот так. А теперь — прижать ее ладонь к стене. Туда, где пульсирует теплом облачко силы, сродни моей. Не совсем перед нами. Чуть сбоку.

— Родственной кровью…

Мог бы и не говорить. Дверь открывается бесшумно. Просто часть стены отходит в сторону. Тихо — тихо. И из открывшегося провала знакомо тянет полынью. Как приятно, почти как дома.

Иннис вся дрожит, поэтому я касаюсь черных волос. Мягкие. А казались такими жесткими на вид?

— Не волнуйся. Все хорошо.

Ответом служит гордо вскинутая головка. Боится, конечно, но ни за что не покажет.

И я первым прохожу в открывшуюся дверь.

Да, вот тут действительно жил некромант. Работал. Призывал и заклинал, крепил круги своей кровью — не один Алетар Раденор этим грешил, видимо. Не были ли они знакомы в те давние времена?

Некромантию вообще начали загонять только последние лет сто, а до того было вполне уважаемое искусство. Ничем не хуже остальных сил. Важен ведь не цвет, а применение. Можно подумать, маг огня гадостей не натворит, если пожелает? Чем огненный смерч хуже живых мертвецов? Любое направление можно ко злу приспособить, если уж так поглядеть.

А вот и…

— Можно?

Я беру у Иннис свечу, поджигаю факелы.

— Светлый! — непроизвольно вырвалось у девушки. И было от чего изумленно вздохнуть.

Лаборатория была не особенно большой — пожалуй, что шагов сорок в длину и примерно столько же в ширину. Но сколько тут было интересного!

Полки с книгами вдоль одной стены — явно не самое приличное чтиво. Шкафы с разными разностями вдоль другой стены. Несколько вделанных в третью стену наручников — не из простых. И развешанные там же плети, цепи, хлысты… вы о чем подумали?

Какие извращения?

С некоторыми демонами или нечистью без хорошей плетки и не договоришься. Факелы в подставках, круги и пентаграммы на полу — чтобы рисовать не пришлось. Тяжелый стол в углу.

Уютно, одним словом. Мне. А Иннис?

Я оглядываюсь, ожидая, что придется сейчас ее ловить и выводить из обморока. Ага, как же… Девушка восторженными глазами смотрит на книги.

— Это… это же…

— Да. И читать это тоже можно, — уведомляю я девушку. — Только претворять прочитанное в жизнь не советую, а то может худо обернуться.

Иннис качает головой.

— Мне и твоего вызова с лихвой хватит. А уж чтобы еще… но это же так интересно!

А уж как мне‑то было интересно покопаться! Но сначала…

— Ты не возражаешь, если я пока поговорю кое с кем?

— Нет. А с кем? И как?

— Есть методы. Не возражаешь?

— Я не буду тебе мешать.

И отходит в сторону. Аристократка.

Зеркало на столе я уже приметил. Небольшое, но сразу видно, правильное. Из ранних времен. Такие зеркала лили, добавляя в стекло частицу праха — и зеркало становилось покорно воле некроманта. Показывало, что он пожелает, повиновалось его силе. Но это раньше. Последние лет сто такие умельцы перевелись, только Рене кое‑что рассказывал.

Я касаюсь простенькой медной рамы кончиками пальцев. Привычное тепло отозвалось в ладони, словно щенка гладил. Как же оно соскучилось здесь за эти сотни лет…