Пари на пятьдесят золотых - Тата Орлова

– Сидите, Эдгар, сидите! – Вошедший в кабинет мужчина заметил попытку де Борея подняться и небрежно махнул рукой, тут же пройдя к выходившему на реку окну. – Как вы? – после недолгого молчания поинтересовался он, продолжая смотреть вдаль.

– Пока не понял, – почти честно ответил герцог. – В голове шумит, во рту – как после хорошей попойки.

На самом деле все было не столь однозначно. Во-первых, свою меру Эдгар знал, поэтому подобных прелестей испытывать ему еще не приходилось. Во-вторых, страданиям удовольствие не предшествовало, делая сравнение вроде и правильным, но несправедливым.

– И это вы еще легко отделались. Благодарите… – Мужчина все-таки развернулся, но посмотрел не на де Борея, как можно было предположить, а на пристроившегося на полу де Ланье. Их взгляды встретились. Граф вздрогнул, незнакомец довольно усмехнулся – вот что значит репутация, – и резко закончил: – Благодарите мальчишку. Вы хоть понимаете, насколько вам всем повезло?! – рявкнул он. Неожиданно для всех.

– Ваша светлость, – попытался встрять в их общение де Риньи, но тут же замолчал.

Главная ищейка короля, да еще и в гневе… А то, что в гневе, видно. Не всем, но ему – точно.

– Это – стечение обстоятельств. – Де Борей не внял голосу разума и предупреждающему знаку друга.

– Стечение обстоятельств? – мягко переспросил мужчина. Сделал шаг – легко, крадучись…

Де Ланье предпочел закрыть глаза и еще сильнее вжаться в стену. С герцогом Эрландо де Корсото он был знаком, но, что радовало, не по роду его деятельности, а лишь потому, что встречались на приемах.

Вопреки мрачным ожиданиям всех троих, все закончилось быстро и довольно безболезненно.

– Давайте еще раз и сначала!

Агжей даже вскинулся, не веря такому везению. И ведь понимал, что он в этой истории лицо совершенно случайное, но…

– С какого именно? – Де Борей потянулся к стоявшему на столе стакану с мутным питьем. Промахнулся. В глазах даже не двоилось, а троилось. И все с разными оттенками.

Одна попытка, вторая…

– Даже так… – Де Корсото надоело смотреть за мучениями любимчика короля и второго щита Сирении, и он, подойдя ближе, втиснул стакан в расслабленную ладонь. Придержав, помог поднести к губам. – Мне известно о двух покушениях.

– Это – третье, – вместо Эдгара ответил де Риньи.

– И тоже неудавшееся, – сделав несколько жадных глотков, добавил де Борей.

– Про ваше везение я уже говорил, – забирая стакан, сухо бросил де Корсото. – Как и о том, что рано или поздно, но оно закончится. А ты что скажешь? – развернулся он к Агжею.

Тот попытался вскочить, демонстрируя уважение перед столь высокопоставленным лицом, но тут же рухнул обратно. Ноги не держали.

– Ничего он не скажет, – вздохнув, насмешливо протянул де Корсото.

Этого хватило, чтобы взыграло то ли самолюбие, то ли жажда справедливости.

– Это была женщина, – скривился Агжей. Резкие движения ему были явно противопоказаны. – И Мишель прав – сильный, но необученный заклинатель.

– Но ведь женщины… – попытался встрять Алекс и благоразумно замолчал, когда по нему полоснул острый взгляд де Корсото.

– Женщины чаще всего очень слабые заклинатели. – Агжей все-таки нашел в себе смелость продолжить начатую де Риньи фразу. – Но бывают исключения. Дядя как-то рассказывал, что встречал такое – голубоглазую блондинку с невинным взглядом и мощным даром.

– Где? Когда? – Голос де Корсото был неумолимым.

Агжей усмехнулся; ему бы лечь и не вставать пару дней, но сам влез, уже и захочешь, а не выберешься.

– Когда – не скажу, дядя дал понять, что еще молодая кровь играла, а вот где… – Он откинул голову назад, надеясь, что так станет легче. Легче не стало.

Впрочем, удивляться стоило другому – они так и не поубивали друг друга. Все с оружием, все владели им достаточно хорошо, чтобы оставить после себя трупы. А еще в том состоянии, когда, требуя подчиниться, давит чужая воля.

Если бы не Мишель…

Думать об этом ему не хотелось. Подвергнуть опасности сестру! Перед дядей он объяснится, а вот перед самим собой…

– Это было в Кентриле, – вспомнилось наконец. – Он еще говорил… – Агжей оторвался от потолка и посмотрел на Эдгара. – Он еще говорил, что…

– Что она интересовалась уже отошедшим в мир иной герцогом де Бореем, который учился вместе с ним, – наиболее вероятным предположением закончил за него де Корсото. Окинул всех ироничным взглядом. – Да… Так мы договоримся до мести отвергнутой лет тридцать тому назад женщины.

– Вы спросили, я ответил, – огрызнулся Агжей. – А в том, что заклинатель – женщина, я уверен, совершенно иная структура формирования посыла. Слишком большая эмоциональная составляющая, нет четкой последовательности действий.

– А если…

– Нет! – Воспользовавшись близостью стены, де Ланье сделал еще одну попытку подняться. – Чтобы сымитировать, нужно думать иначе, воспринимать мир в иных категориях. Именно поэтому заклинателей обучают индивидуально. Нет единых схем.

– Ваш… – Де Корсото сбился, вспомнив признание юного спасителя, но все-таки сказал: – Ваш мальчишка тоже в этом уверен?

– Да, – поддержал Агжея де Риньи. Причем, поддержал во всех смыслах. Довел до стоявшего у камина кресла и находился рядом, пока тот садился. – Воды?

– Если бы помогло, уже попросил бы, – буркнул тот, пережидая очередной приступ головокружения. Когда стало полегче, поднял взгляд на наблюдавшего за ним де Корсото. – И она – самоучка.

– О чем Мишель тоже упоминал, – добавил де Риньи.

– Он у вас…

– Он просто очень любознательный, – поторопился перебить его Агжей.