Пари на пятьдесят золотых - Тата Орлова

– Господин Дорсэ. – Я указала на стул. – Ты теперь желанный гость в доме. Как же, спаситель его светлости.

– Ну так не я же один, – подмигнул Агжей мне, присаживаясь. Камзол так и не надел, продолжая щеголять в одной рубашке.

Такой домашний, расслабленный.

– Тебя дядя попросил присмотреть за герцогом?

– Что? – вполне естественно нахмурился брат, вернув на место поднятую чашку с бульоном.

Я присела на стул напротив, поставила локти на стол и, положив голову на сцепленные в замок ладони, повторила:

– Тебя дядя попросил присмотреть за герцогом?

– А при чем тут дядя? – В его удивление вполне можно было поверить.

– Ш-ш-ш-ш? – раздалось рядом с такими же, как и у брата, вопросительными интонациями.

– А ты, вообще, чья белка? – насмешливо поинтересовалась я у Бригитты.

Та посмотрела на меня своими глазенками-бусинками, потом вздохнула и сбежала на кресло, предпочитая вновь заняться орешками.

– Я видела у тебя татуировку. Морда лиса.

– Когда? – Агжей все-таки сделал глоток, потом еще один, но взгляда от меня так и не отвел.

– Еще в академии. Ты одевался, когда я вошла. Поднял руку…

– Ты не должна была ее увидеть, – прихватив пирожок, заметил он.

– Ты забываешь, что у нас одна кровь, – улыбнулась я. – Я могу то, что не получится у других.

– А дядя? – прожевав, продолжил он допрос.

Впрочем, еще неизвестно, кто кого допрашивал.

– Он как-то оставил на столе бумагу с грифом тайных лисов. Я сначала подумала, что случайно, а потом поняла – нет, он никогда не забывал прикрывать документы щитами или убирать их в сейф.

– Какая ты умненькая, – довольно протянул брат.

Бригитта поддержала его задорным свистом.

– Сама знаю, – буркнула я. Откинувшись на спинку стула, постучала пальцами по краешку стола. – Так что, это дядя приложил ко всему руку?

Агжей усмехнулся, качнул головой:

– Как ни удивительно, но – нет, дядя тут ни при чем. Так получилось.

– Очень хочется верить, – засмеялась я.

Глазки у братишки сверкали золотом, непрестанно меняя оттенок, то становясь похожими на шоколад, то светлея до яркой, жизнерадостной желтизны.

С другими брат вряд ли бы позволил себе ослабить контроль над даром, но со мной он был совершенно другим. Открытым, любознательным, внимательным, любящим…

– Но теперь ты не отступишься? – резко оборвала я смех.

– Ты же понимаешь, насколько все стало серьезно, – кивнул Агжей, отодвинув пустую чашку. – Плохо только, что у Эдгара есть незаконнорожденная сестра. А если погибший герцог успел ее признать? – добавил он, подтверждая мои догадки. – А если это именно она пытается избавиться от старшего брата?

– На что она может рассчитывать? – подалась я вперед.

До этого момента законы королевства в том, что касалось наследования, меня мало беспокоили. В нашем с братом случае Агжей получил титул и все земли, за исключением тех, что когда-то принадлежали маме и отходили мне, а я – хорошее приданое.

– На все, – озадачил меня брат. – Для нескольких герцогских родов действуют особые правила передачи титула. Если она не признана, при согласии короля герцогство перейдет ее мужу или сыну. В другом случае – непосредственно ей.

– Есть за что побороться, – вздохнула я.

– Я уверен, что Эдгар бы ее не обидел. – Агжей поднялся, обошел стол, встав у меня за спиной. Обнял, делясь своей любовью. – Ей достаточно было прийти.

– Значит, она хотела большего, – отозвалась я, прижавшись щекой к его руке. – Ее надо найти. Даже если это не она охотится на герцога.

– Надо, – согласился Агжей, поцеловав меня в макушку. – Но с этим мы справимся и без тебя. А ты…

– Ну уж нет! – ловко вывернулась я из его объятий. Поднялась и сложила руки на груди. – Как выиграть пари, так помоги, а тут…

– Это может быть опасно, – явно провоцируя, промурлыкал брат.

Бригитта тут же насторожила ушки, потом фыркнула. Обычно с этого все и начиналось.

– Не опаснее, чем связываться с тобой, – парировала я, отходя к тахте, на которой все еще лежал его камзол. Подняв его, растянула, выставив перед собой как щит. – Граф…

– Предлагаете сразиться? – склонившись, помахал брат перед собой невидимой шляпой.

– Предлагаю!

Когда после короткого стука дверь открылась, Агжей стоял на подоконнике, куда мы с Бригиттой его загнали.

Нам повезло, что Бригитта успела спрятаться под тахтой, а то бы все выглядело еще более неприглядно.

– Тренировались? – насмешливо осведомился де Риньи, небрежно прислонившись к стене у самой двери.

– Тренировались, – угрюмо подтвердил Агжей и спрыгнул с подоконника. Демонстрируя недовольство, отобрал у меня камзол. – Пользуется тем, что похож на дрыща, в полную силу не сыграешь.

– Что?! – Я уже успела отойти, но тут резко развернулась и выхватила кинжал. Не тот, который в ножнах на поясе, – призрачный, в бою он шел обычно в пару к щиту. – А ну…

– Что здесь творится? – рыкнул, входя, де Борей. – Ну ладно он – мальчишка, – кивнул герцог на меня, а ты… – посмотрел на Агжея.

– Вот именно об этом я и говорил, – фыркнул брат, проследив, как я убрала оружие. – Мальчишка мальчишкой, а как применять запрещенные приемы…

– Это когда я применял запрещенные приемы? – насупилась я и, приняв угрожающую позу, сделала шаг вперед. – А сам-то… граф, называется!

– Ах ты, малявка, – двинулся на меня Агжей.

Другой бы на моем месте испугался, а я…

Я бы тоже испугалась, не будь это мой брат.

– А ну прекратили! – неожиданно рявкнул де Борей, заставив нас вздрогнуть и остановиться. Оглянулся на де Риньи, который едва сдерживал смех, вновь посмотрел на нас. – Я приказал накрывать к ужину. Поговорим за столом.

Я была уверена, что герцог тут же покинет комнату, но он лишь отступил в сторону, предлагая нам выйти первыми.

Подавив улыбку – всего два дня, а уже такая репутация, – отошла к стене, пропуская вперед Агжея. Брат хмыкнул, но спорить не стал. Надел камзол, застегнулся.

– Я до тебя еще доберусь, – проходя мимо, прошептал он многозначительно.

– Всегда к вашим услугам, – протянула я насмешливо.

– А ну прекратили! – вновь не сдержался Эдгар. И я бы даже поверила, не улыбайся он так довольно.

До столовой мы добрались без потерь. Агжей о чем-то негромко разговаривал с де Риньи. Мы с де Бореем шли за ними. Молча. О чем думал его светлость, не угадать, я же продолжала размышлять о письме и его связи с пропавшим секретарем.