Время не знает жалости - Ольга Валентеева

Звонок в двери нарушил утреннюю идиллию. И кого принесла нелегкая? На секунду сердце пропустило удар — вдруг Эд? Но потом подумала: а зачем ему приходить? Он мне не звонил. Захотел бы — мог связаться по телефону.

За порогом стоял Тим. Сразу стало легче дышать.

— Привет. — Я пропустила гостя в коридор. — Какими судьбами в наших краях?

— Шел мимо, решил проведать. — Тимоша разулся и снял куртку. — Вижу, тебе и правда лучше.

— Да. Проходи в зал, я пока поставлю чайник.

— Вот, это тебе…

В мои руки перекочевал пакет с фруктами. Надо же, какая забота! Я была за нее благодарна. Хорошо, конечно, жить одной, но иногда не хватает элементарного внимания. Чтобы кто-то принес фруктов, как сейчас. Переживал о твоем самочувствии. Но в то же время я боялась. Боялась, что Тим решит задержаться в моей жизни. А сейчас все, о чем я могла думать, — Эд и наш контракт, от которого необходимо избавиться.

Закипел чайник. Два пакетика перекочевали в чашки. Да, суррогат, но мне всегда лень пользоваться заварником. Поэтому подобрала наиболее приемлемый напиток из всех и не стала заморачиваться.

— Вот. — Я протянула Тиме дымящуюся чашку. — Спасибо, что зашел.

— Да не за что, — улыбнулся он. — Просто подумал, что раньше мы так дружили, а теперь почти не общаемся.

— Нехорошо, — рассмеялась я.

С Тимкой было легко и безопасно. Словно вернулась в школьные годы и не надо ни о чем беспокоиться. Рассказать бы об Эде. Тим бы помог найти ответ. Но подвергнуть опасности и его? Нет уж, хватит. Хватит с меня Артема.

Мы сидели и болтали ни о чем. На душе было хорошо и спокойно, как никогда. Даже не заметила, как прошло четыре часа. А когда Тим засобирался домой, вспомнила о времени. Надо же, иногда оно так быстро летит.

— Я позвоню, — пообещал Тимка напоследок. — Надеюсь, на этот раз ты возьмешь трубку, а то я себе такого напридумывал!

— Возьму, — пообещала я. — До встречи.

И — словно какое-то издевательство. Стоило запереть замок, как телефон зазвонил. Вот только звонил не Тим.

— Алло?

Холодок пробежал вдоль позвоночника, задержался в кончиках пальцев, мигом ставших ледяными.

— Собирайся. Форма одежды — вечернее платье. У тебя час, — отчеканил Эд и положил трубку.

Не поняла. При чем тут вечернее платье? Кто вообще сказал, что оно у меня есть? Никогда не была великосветской дамой. Нет, в гардеробе имеется несколько неплохих платьиц, но вечерними их можно назвать только с натяжкой. И куда он собирается меня везти? Что, на этот раз надо выяснить детали договора у какого-то олигарха?

Вместо того чтобы начать быстро собираться, я села на диван и обхватила голову. Да за что мне это? Эд даже не спрашивал, свободна ли я. Словно ему принадлежу. Почему я просто не пошлю его ко всем чертям? Плевать на Артема! Хочу жить своей жизнью, только своей.

Из глаз брызнули слезы. Хотелось биться в истерике, позвонить Эду, высказать все, что думаю. Но вместо этого я натянула первое попавшееся платье — фиолетовое с открытой спиной — и вышла из дома.

На этот раз за рулем был сам Эд. Холодный и спокойный, как всегда. Окинул меня презрительным взглядом и сказал только одно:

— Я так и знал.

Стало неуютно. Да, я — не красавица с обложек журналов. И что с того? Это не повод так смотреть!

Забралась на переднее сиденье, и автомобиль тут же рванул с места, а остановился у дизайнерского салона в центре города. Он что, на показ мод меня притащил?

— Пойдем, — бросил Эд, выбираясь из авто.

Я плелась следом, как собачонка на привязи. А вот девушки, к моему удивлению, провожали Эда взглядами. Очень даже заинтересованными. И так же неприязненно глядели на меня.

Внутри салона пахло цветами. Настроение сразу улучшилось — приятно почувствовать весну в середине осени.

Из подсобки выпорхнула хорошенькая блондиночка.

— Хозяин! Какая честь!

Еще одна его болонка?

— Мария, это Александрина. Через полчаса она должна выглядеть как королева.

Эд сел на красный диванчик, а Мария схватила меня за руку и потащила к ряду вешалок.

— Что предпочитаете? — щебетала она. — Трапецию? Классику? Длину в пол или миди? Бретельки? Открытые плечи? Закрытые?

Я не успевала отвечать, потому что одно платье в руках девушки сменяло другое. Даже не успевала их разглядеть, а она каким-то тайным образом уже видела, подойдет мне или нет. В итоге осталось всего три платья, которые Мария предложила незамедлительно примерить.

Первое, лазурного цвета, обтягивало грудь, а юбка опускалась до пола струящимися волнами. Красиво, что уж говорить. Второе, темно-сиреневое на тонких бретельках, делало фигуру такой хрупкой, что даже страшно. А в третье я влюбилась. Светло-синее, слегка сверкающее, тоже в пол. Примерила. Из зеркала на меня смотрела другая девушка. Слишком утонченная, чтобы быть мною.

Насладиться эффектом в полной мере не дали. Мария увлекла меня в общий зал, где Эд спокойно пил кофе. Там уже ждали две девушки. Они усадили меня в кресло. Одна занялась волосами, а вторая — макияжем. Мария скрылась где-то, а затем вернулась с темно-синими туфельками на низкой шпильке, как раз моего размера.

Четверть часа спустя она хлопнула в ладоши:

— Готово!

Я взглянула в зеркало — и обмерла. И куда девались бледность, затравленность? Синяки под глазами? Волосы были собраны в высокую прическу, украшенную жемчужными шпильками. Легкие светло-зеленые тени делали глаза выразительнее. Бледно-розовая помада смотрелась на удивление насыщенно. А платье! В жизни не видела такой красоты.

— Хватит любоваться, — разрушил Эд очарование момента. — Опаздываем.

Он грубо схватил меня за руку и потащил к выходу. Захотелось расплакаться от обиды. Хоть бы что-нибудь сказал! Я уставилась в окно. Зачем меня так наряжать? Утереть кому-то нос? Что вообще происходит?

— Мы едем к моей сестре, — словно мои мысли прочитав, ответил Эд. — Будь осторожна, она злопамятна. При гостях зови меня, как и все, — хозяин.

Что за глупости? В жизни не стану так никого называть! Я не рабыня! Плакать захотелось еще больше. Останавливало только то, что испорчу макияж, а Эд все равно потащит меня с собой.

Я решила прояснить хоть что-нибудь.

— Зачем тебе нужно мое присутствие?

— Так принято. К Фортуне никто не ездит в одиночку.

Фортуне? Это богиня удачи которая? Или богиня судьбы… Эд говорил что-то о сестре-судьбе. Так неужели? Насколько помню, выражение «Фортуна переменчива» не сулит ничего хорошего. Значит, и правда злопамятна. Буду держаться поближе к Эду и молчать. Лучше решать дела с контрактами!