Тарнсмен Гора - Джон Норман

– Нет, Кабот… пожалуйста.

Я принял решение и был не в настроении обсуждать его с рабыней, поэтому я ничего не ответил.

– Кабот, - сказала она, - а если бы это была просьба женщины из высшей касты одного из высоких городов Гора… ты тоже отказал бы?

– Не понимаю.

Она посмотрела на свое отражение в пластиковой стене и вздрогнула. Встретилась со мной взглядом. Я видел, что она не просто не хочет оставаться в клетке. Она в ужасе.

Неожиданно она упала на колени, глаза ее были полны слез, она протянула ко мне руки.

– Смотри, воин из Ко-ро-ба, - сказала она, - женщина высшей касты из высокомерного города Трева склоняется перед тобой и умоляет, чтобы ты не оставлял ее здесь.

– Я вижу у своих ног только рабыню, - ответил я. И добавил: - Она останется здесь.

– Нет, нет!

Она не отрывала взгляда от ключа, который я держал в руках.

– Пожалуйста…

– Я принял решение, - ответил я.

Вика со стоном опустилась на пол, она не могла стоять.

– Теперь она красива, - одобрительно сказал хранитель.

Вика тупо посмотрела на него, будто не поняла, что он сказал.

– Да, - согласился я, - очень.

– Поразительно, как соответствующая одежда и устранение нитевых разрастаний улучшают внешность самки, - заметил хранитель.

– Да, поразительно, - подтвердил я.

Вика опустила голову на пол и застонала.

– Другой ключ есть? - спросил я у хранителя.

– Нет.

– А что если я потеряю этот?

– Ну, это пластик для клеток и замок тоже, так что лучше ключ не терять.

– Но все-таки?

– Со временем мы могли бы прорезать стену огнем.

– Понятно, - сказал я. - Это уже случалось?

– Один раз, - ответил хранитель. - Потребовалось на это несколько месяцев, но никакой опасности нет, потому что пищу и воду подают снаружи.

– Очень хорошо, - сказал я.

– К тому же, - добавил хранитель, - ключ не потеряется. В рое ничего не теряется. - Он рассмеялся. - Даже мул.

Я угрюмо улыбнулся.

Войдя в клетку, я проверил подачу грибов.

Вика уже поднялась на ноги и вытирала слезы руками в углу.

– Ты не можешь меня здесь оставить, Кабот, - сказала она просто, как о чем-то очевидном.

– Почему?

Она взглянула на меня.

– Во-первых, я принадлежу тебе.

– Я считаю, что моя собственность здесь в большей безопасности.

– Ты шутишь, - сказала она всхлипывая.

Она смотрела, как я поднимаю крышку контейнера с грибами. Грибы свежие, хорошего сорта.

– Что в контейнере? - спросила она.

– Грибы.

– Для чего?

– Ты их будешь есть.

– Никогда. Лучше умру с голоду.

– Ты их будешь есть, когда достаточно проголодаешься, - сказал я.

Вика с ужасом смотрела на меня, потом, к моему изумлению, расхохоталась. Прижавшись спиной к стене, она еле держалась на ногах от смеха.

– О Кабот, - облегченно и с упреком воскликнула она, - как ты меня напугал! - Она подошла ко мне и взяла меня за руку. - Теперь я понимаю, - сказала она, почти плача от облегчения, - но ты меня напугал.

– О чем ты?

Она рассмеялась.

– Грибы, только подумать!

– Когда привыкнешь, не так уж и плохо, но, конечно, не самая лучшая еда.

Она покачала головой.

– Пожалуйста, Кабот, ты уже достаточно пошутил. - Она улыбнулась. - Пожалей - если не Вику из Трева, то твою бедную рабыню.

– Я не шучу.

Она мне не верила.

Я проверил трубку с пилюлями и поступление воды.

– В рое нет той роскоши, что была в твоей комнате, - сказал я, - но вполне достаточно для жизни.

– Кабот, - смеялась она, - пожалуйста!

Я повернулся к служителю.

– Каждый вечер давать ей двойную порцию соли.

– Хорошо, - согласился он.

– Ты объяснишь ей, как тут моются?

– Конечно, - ответил он, - и как упражняться.

– Упражняться?

– Да, в таком замкнутом помещении очень важно упражняться.

– Конечно, - согласился я.

Вика подошла сзади и обняла меня. Поцеловала в шею. Негромко рассмеялась.

– Ты достаточно пошутил, Кабот, - сказала она, - теперь давай уйдем из этого места. Оно мне не нравится.

В клетке не было алого мха, но был у стены соломенный матрац. Лучше того, что в ее комнате.

Я в последний раз осмотрел клетку: учитывая обстоятельства, все вполне подходит.

Я пошел к выходу, и Вика, держа меня за руку, улыбаясь и глядя мне в глаза, пошла со мной.

Я выхода я остановился, и, когда она сделала попытку выйти, задержал ее.

– Нет, - сказал я, - ты останешься здесь.

– Ты шутишь.

– Нет, не шучу.

– Шутишь! - рассмеялась она, вцепившись мне в руку.

– Отпусти мою руку, - сказал я.

– Ты не можешь меня тут оставить, - сказала она, качая головой. - Нет, просто не можешь. Нельзя оставить Вику из Трева. - Она рассмеялась и посмотрела на меня. - Я этого просто не разрешу.

Я смотрел на нее.

Улыбка исчезла с ее губ.

– Не разрешишь? - переспросил я.

Спросил голосом хозяина.

Она отняла руку, отступила и стояла, дрожа, испуганная. Лицо ее побледнело.

– Я не подумала, что говорю.

В ужасе она опустилась на колени, встав в позу рабыни, ожидающей наказания, скрестив перед собой руки, будто они связаны.

– Я не хочу тебя наказывать, - сказал я.

Удивленная, она подняла голову, в глазах ее стояли слезы.

– Бей меня, если хочешь, - взмолилась она, - но, пожалуйста, не оставляй меня здесь.

– Я тебе сказал, что принял решение.

– Но ведь ты можешь изменить свое решение, хозяин, - умоляла она, - ради меня.

– Нет.

Вика пыталась удержать слезы. Я подумал: может быть, впервые в жизни в важном для нее вопросе она не получила своего у мужчины.

По моему сигналу она робко встала. Вытерла глаза и посмотрела на меня.

– Может рабыня задать вопрос, хозяин?