Огненный шторм - Дмитрий Янковский

23:03:56. 29.05.3283 года. Земля, президентская яхта «Чайка», 15000 метров над уровнем моря

Я полулежал на койке в одной из кают президентского корабля, специально присланного за нами. Напротив меня в кресле сидела Ольга, а рядом суетились два врача, дезинфицируя и заливая восполнителем мои раны.

– Зачем ты прилетела? Хотела лично посмотреть на мой триумф? Или на поражение? – Я полузакрыл глаза и улыбнулся.

– Твоя мечта сбылась. Я хотела посмотреть на человека, у которого исполняется давняя и самая заветная мечта. – Ольга чуть-чуть отпила из бокала, который держала в руке.

– А у тебя разве никогда не исполнялась твоя заветная мечта?

Надо сказать, что почти каждый наш разговор с Ольгой сводился к рассуждениям о жизни. Это происходило из-за того, что мы так долго знали друг друга, а может быть, просто потому, что мы долго жили и многое повидали, – я особенно не задумывался. Да и был ли в этом какой-то смысл?

– Нет, не исполнялась.

Медики вышли, оставив нас одних. Я вдруг увидел себя в зеркале, висевшем на стене. Форма была разорвана и залита кровью, на лице несколько ссадин. В общем, мне нужно было вымыться и переодеться, перед тем как присутствовать на вручении краповых беретов в Генштабе. Я уже собирался встать, как за дверью послышалась какая-то возня.

– Нет! – можно было различить голос Авдеева, который был прислан Президентом, чтобы забрать нас. – К маршалу сейчас…

Вдруг его реплика была прервана мощным ударом и воплем Казачка:

– Да пошел ты!

Дверь отъехала в сторону, и я увидел стоящих на пороге Сойкина, Кирьякову и Казачка.

– Командир! – воскликнул Сойкин. – Что за дела? Куда мы вообще летим?

– А вам что, не сказали? – Я с усилием встал и, отодвинув панель стены, налил из встроенного крана стакан кваса.

– Нет! – почти с детской обидой ответил Сойкин. – Эта штабная морда, – боец отошел в сторону, и я увидел, что Кирьякова и Казачок крепко зажали с боков Авдеева, – говорит, что это секретно. И к вам не пускал!

– Отпустите его! – махнул я бойцам и отхлебнул квас. Он был холодный и вкусный.

Авдеева отпустили.

– Что за секретность? – Я вновь плюхнулся на койку.

– Президент приказал никому не говорить! – Гвардеец осторожно, но быстро шагнул в комнату, подальше от Казачка.

– Летим в Генеральный штаб на вручение краповых беретов.

– А потом? – спросила Кирьякова.

– Потом вы полетите на базу.

– А вы?

– А я останусь. Получить инструктаж для следующего задания. – Я увидел, как недовольно на меня смотрит Авдеев, но не придал этому значения. – Там состоится небольшой прием в честь успешного завершения проекта. Будут присутствовать представители родов войск и составители программы обучения. Если хотите, я могу попросить Суворова оставить вас на приеме. Но вообще-то не думаю, что вам это будет интересно.

– Это верно, командир! – бодро отозвался Сойкин. – Нам бы после всего этого по пол-литра на брата и завалиться спать.

– Да приготовлено уже все. На базе. Как прилетите – наваливайтесь, вы это заслужили.

– Неужели и водка? – переспросила Кирьякова.

– И водка, – подтвердил я. – Только сразу предупреждаю: оружие сдать, охране морду не бить!

Ребята засмеялись. Улыбнулся даже Авдеев.

– Так точно! – Сойкин стал по стойке «смирно».

– Ладно, иди, юморист. Кстати, спроси ребят, может, кто и захочет остаться. Потом сообщишь мне.

– Командир, если выпивон будет и на этом приеме, то я тоже останусь. На Президента погляжу.

– Хорошо. И учти, Сойкин, никаких дебошей на приеме, там будет лично Президент и командование вооруженных сил. Если выкинешь что-то неподобающе… – Я провел большим пальцем по горлу.

– Да ладно, командир, я же не совсем дурак!

– Вот и отлично. Можете идти.

Дверь за бойцами закрылась. Я хотел вернуться к прерванному разговору с Ольгой, но вдруг заметил неподвижно стоящего посреди комнаты Авдеева.

– Ты можешь идти, – спокойно сказал я, пытаясь подавить смешок.

– Да я уже ухожу. – Авдеев почти не подал вида, что побаивается моих головорезов.

Когда лейтенант вышел, я посмотрел на Ольгу. Судя по всему, все это время она наблюдала за мной. Что же тебе нужно, Ольга? Зачем ты все это делаешь? Я – патриот, но ты… Я клялся жить и умереть во славу Федерации и сделаю это, когда понадобится. Но ты не горишь желанием погибнуть в бою. Ради чего же тогда сражаешься за нас? Только потому, что родилась на Земле и ты – человек? Но фобосианцы – тоже биологически люди. Принять их убеждения тебе ничего бы не стоило. Или притвориться, что приняла. Ведь в Халифате тебя бы встретили с распростертыми объятиями. Ясно, что ты сражаешься за Федерацию не из патриотизма. А во имя чего? Деньги? Ответ отрицательный, у тебя нет страсти к деньгам. Ты, конечно, любишь вкусную еду и красивую одежду, дорогие машины и изысканные украшения. Но твоя цель – не это. Ты ведь могла бы перебраться в какое-нибудь пиратское государство и жить там в большей роскоши. Не деньги тебя держат. А что?