Кристалл Альвандера - Сергей Садов

– Уже проснулся? – ветви вьюна раздвинулись и в мою своеобразную кабину заглянула та же женщина, что привела меня сюда. – Как ощущения?

– Немного пошатывает, – честно признался я.

– Так и должно быть, – улыбнулась она. – Настоящий эффект ты почувствуешь через полчаса, когда усвоишь полученный заряд. Ну ты сам все поймешь.

Покинув зал восстановления, я удивленно замер. В санатории я был всего ничего, но уже привык к царившему здесь спокойствию. Сейчас же коридоры бурлили. Люди и не только собирались небольшими группами, о чем-то оживленно спорили и тут же расходились. Похоже, шел активнейший обмен мнениями. Я прислушался к мыслефону и едва не заработал головную боль от мыслеобразов. Тут не только обмен обитателей санатория. Похоже вся Солнечная что-то весьма активно обсуждала.

Тут я поймал знакомый образ и быстро направился в ту сторону. Феолу я увидел в обществе еще трех девчонок, одна из которых оказалась эльфийкой. Все они так же бурно что-то обсуждали. Правда, Феола в споре участия не принимала и выглядела озадаченной. Увидев меня, Феола махнула рукой. Ее подружки заинтересованно оглядели меня с ног до головы и быстро обменялись между собой мыслеобразами. Я уловил только ехидненькое такое облачко и покраснел. Но Феола тут же огорошила меня сообщением:

– Дерри, минут десять назад было экстренное сообщение Совета, – пояснила она. – Координатор признал наличие технологии, способной преодолеть Барьер.

– Понятно, – буркнул я, оглядываясь вокруг. Называется, отдохнули. Ну, Координатор честно предупредил о результатах такого сообщения.

– Похоже, вас не очень заинтересовало это сообщение? – заметила одна из новых подружек Феолы. Сестра невежливо фыркнула.

– Моего брата вообще трудно заинтересовать подобными сообщениями. Он не поверит в них до тех пор, пока корабль не окажется по ту сторону Барьера.

– Только надежду зря подали, – проворчал я. – Когда эксперимент удастся, тогда и можно сообщать о результатах.

– Вы не верите в успех? Как так можно, не зная даже в чем заключается эта новая технология? – удивилась эльфийка.

Ну где уж мне об этом знать, поморщился я. К счастью мы общались не мысленно и поэтому мне без труда удалось уйти от ответа, сообщив, что предпочитаю делать выводы по конечному результату, а не по предположениям.

– Профессия обязывает.

– А кто вы? – заинтересовались все.

– «Ты». Давайте на «ты». А я мастер-кристалловед.

– Уж ты! У меня дедушка тоже мастер-кристалловед. Вот бы вас познакомить. Но он, к сожалению, не смог приехать с нами. Сказал, что занимается диссертацией какого-то нового магистра. Как прочитал ее, так все дела забросил. – Чувствовалось, что девушка ужасно этим недовольна. – Заявил, что должен во всем разобраться и что это настоящий переворот в кристаллостроении. А вы… ты, случайно не слышал об этом?

– Случайно слышал. – Я отвернулся, делая вид, что наблюдаю за суетой вокруг.

– И что? Это действительно такой переворот?

– Не знаю. В будущем будет видно

– Хм… наверное, вы не очень хороший мастер, – а вот это уже откровенное подзуживание. – Настоящий мастер сразу должен уметь оценить важность того или иного открытия. Так дедушка говорит.

– Все может быть, – не стал я спорить.

Похоже, я всех тут разочаровал. Интерес к моей персоне медленно угасал. Феола же откровенно потешалась.

– А у вас есть какие-нибудь оригинальные работы?

Вот заноза. Ну чего ей от меня надо?

– У настоящего мастера все работы оригинальны, – в тон девчонке ответил я.

– Мой брат не очень любит говорить о своей работе, – пришла мне на выручку Феола. – А сейчас он специально приехал отдохнуть от нее.

Намек был всеми понят и дальше разговор пошел на отвлеченные темы. Причем совершенно неинтересные для меня. К счастью вскоре пришло время очередной процедуры и я, извинившись, ушел.

Следующие два дня разговоры о Барьере не стихали в санатории ни на минуту. Обсуждали новость все. Правда ни я с Феолой, ни родители в эти разговоры не встревали, хотя избежать их не удавалось. В этом случае мама старалась отмалчиваться, отец только пожимал плечами, говоря, что не все так просто. Я же категорически отказывался даже обсуждать эту тему.

– Пока не увижу результата все разговоры о преодолении Барьера считаю пустой болтовней!

Этим я снискал славу сухаря-педанта, но не сильно огорчился. Мария, подружка Феолы, с который мы столкнулись еще в первый день и чей дедушка тоже оказался мастером-кристалловедом, даже обозвала меня в пылу спора «нудятиной». Я обиделся и ушел. Феола ехидно заметила мне в след, что теперь знает, чем меня пронять. После этого я старался как можно реже встречаться с подружками сестры.

В остальном отдых удался на славу. Поняв, что от бесконечных обсуждений одной и той же новости никуда не деться, я просто перестал обращать на нее внимания и целиком отдался отдыху. Тем более, что Совет больше не делал никаких заявлений. Только отдельные его представители выступали с той или иной точкой зрения. И хотя каждый выступающий подчеркивал, что вероятность успеха крайне высока, но оценивали эту новость совершенно по-разному. Кто-то восторгался, кто-то предупреждал об опасности. Кто-то решил, что стоит оставить все обсуждения до практической реализации, а не исходить из теоретических выкладок.

– Такой же сухарь, как и ты, – Заметила Машка в одну из немногих наших встреч.

– Один из немногих здравых подходов, – парировал я.

– Да уж, представляю, что бы ты говорил, если бы судьба преодоления Барьера оказалась бы в твоих руках. «Давайте отложим все дело, пока не будем окончательно уверены в успехе».

– Маша, – Феола укоризненно покачала головой. – Зря ты так. Дерри говорит не о том, чтобы отложить испытания, а о том, что не стоит говорить о проекте, пока не будет результата. Сейчас вот все наобсуждаются, а вдруг что-то пойдет не так? Как бы ни была велика вероятность успеха, но и вероятность неудачи не нулевая.

– Если так рассуждать, то лучше вообще ничего не делать!

Почему-то о необходимой решительности в делах говорят всегда те люди, которые к этим делам имеют самое отдаленное отношение. Возможно я бы сам рассуждал так же, если бы не мне проводить испытания и если бы не Крис, которым тоже поневоле приходилось рисковать.

– Альвандер? Здравствуй, тебя зовет директор, – рядом остановилась медсестра. – Просил подойти к нему как только освободишься.

С чего бы это? Интересно. Я порднялся.

– Ладно, извините. Лучше сейчас сходить, пока есть свободная минута.

Феола проводила меня заинтересованным взглядом, но от вопросов воздержалась, понимая, что я знаю не больше ее.

Директор ждал меня сидя на диване в кабинете. Едва я вошел, он поднялся навстречу, приветствую, а потом показал на диван рядом с собой. Подвинул сервированный столик.