Портрет моего мужа - Екатерина Лесина

- А Кирис? Его тоже... понарошку? С пожаром?

- Нет. Его всерьез.

- И...

- Несчастный случай, во-первых, показал бы тебе, насколько все опасно. Полагаю, Ильдис бы и спасать ринулся бы, потом, когда спасать было бы некого. И разве не стала бы ты беспокоиться за несчастного Мара, который уцелел лишь чудом... ведь очевидно было бы, что убить хотели именно его.

- Кому очевидно?

- Не волнуйся, тебе бы подбросили нужную мысль. А во-вторых... боюсь, Кирис проявил к тебе несколько... излишний интерес.

Это когда?

Что-то я не заметила. Я смотрела. Честно смотрела. Но не заметила.

Корн усмехнулся:

- Иногда достаточно неосторожного взгляда.

То есть, сам виноват? Надо было смотреть осторожнее? Не понимаю мужчин... и вообще не понимаю.

И не хочу.

Смотрел он... я не кукла в витрине, чтобы меня разглядывать.

- Мы знали, что там все непросто, но не догадывались, насколько, - Корн поднялся и подал мне руку. Разговор окончен?

А как же мое будущее?

И вообще...

- А...

- Суда не будет. Не над ним. Несчастный случай. Катастрофа, в которой погиб самый молодой канцлер в истории королевства. Несколько чудом выживших. Мы глубоко скорбим...

- Это ты мне речь похоронную зачитываешь?

- Скорее некролог. Его недавно во всех газетах издали. Еще месяц-другой, чтобы сплетники заткнулись, а дальше... у нас есть список. И Его величество сумеют им воспользоваться. Казну нужно пополнять...

...а перспектива каторги, думаю, многих верноподданных вдохновит на безвозмездную помощь. И скандала не будет. Скандалы королевству, как подозреваю, не нужны.

- К слову, твой развод... если хочешь, его можно аннулировать. И тогда ты получишь в наследство...

- Наследник имеется. Спасибо.

Корн лишь хмыкнул.

Он не собирался меня уговаривать? Определенно, не собирался. И вообще...

- А со мной, - я все-таки решилась. - Что будет со мной?

Корн рывком поднял меня и обнял.

- Успокойся. Ничего не будет. Никто не собирается тебя запирать или прятать, отправлять в изгнание. Хочешь в университет? Вернешься. Хочешь кафедру? Получишь. Или вот целый факультет... станешь деканом. Боги... я тебе и университет могу построить. Личный.

- Не надо!

Подобная перспектива ужаснула.

- Как хочешь.

Рядом с ним было спокойно, и тревога, не отпускавшая меня в последние дни, отступила. И вправду... не запрут же меня в подземелья.

- Можешь на Ольс вернуться...

- Нет.

Я... не то, чтобы я злюсь, но... просто не смогу.

Они делали свое дело, те люди, и не мне их судить. Вот только не судить не получается. А еще не получится поверить. Я буду улыбаться им, говорить какие-то глупые слова, шутить быть может или смеяться шуткам. Но при всем том гадать, кто из них и что напишет в докладе...

...и симпатична я ему сама по себе или же по долгу службы.

Я... не хочу больше лжи.

А вот чего хочу?

Не знаю.

- Можно... я просто немного поживу? - тихо спросила я, отпуская брата. А он кивнул. И... и я поверила ему. Почти. А потому уточнила.

- Но... присматривать за мной все равно будут?

- Будут.

Спасибо, что не стал лгать. И я, сделав глубокий вдох, решилась:

- Тогда... пусть это будет кто-то знакомый, понимаешь? Мне... мне так спокойней и вообще... я не хочу жить и гадать, кто из людей, меня окружающих, работает на тебя. То есть, я хочу знать точно!

Корн хмыкнул.

А я отвела взгляд.

Это ведь логично, верно? Я не прошу невозможного, не отказываюсь, не собираюсь сбегать... я просто...

- Кажется, - улыбка моего дорогого старшего брата стала на редкость ехидной. - Или не кажется, но я знаю, кого к тебе приставить...