Повелитель Островов - Дэвид Аллен Дрейк

И она повела руками в странно-угрожающем жесте — так ветер вздымает горбом волны, набегающие на берег.

— Мне снилось, будто я нырнул с борта корабля, — рассказывал Кашел. Он нахмурился, стараясь все припомнить. — Но воды там не оказалось. Я просто прошел через какую-то дверь.

— А я двигался по тропинке, но потом сошел с нее и потерялся, — сообщил Гаррик. — Зато приобрел вот это…

Он бросил взгляд на меч и снова подумал, не стоит ли надеть его.

— …но я не искал его. По крайней мере, мне так не казалось.

Он тоже нахмурился.

— Это нечестно! — хором возмущались нимфы. Зеленая, казалось, сейчас заплачет от разочарования.

— Или вы укажете путь другу Кашела, — невозмутимо сказала Мелли, — или Кашел сам проложит его. Вы знаете: он это сделает.

— Я повстречал Мелли еще по пути в Каркозу, — уклончиво сообщил Кашел. — А ничего не рассказывал, потому что думал: вы ее все равно не увидите. Наверное, ты ее видишь только во сне?

Гаррик пожал плечами. Он все же решился надеть пояс с мечом. На нем было пять наборов крючков, ему подошел тот, что застегивался потуже, чем на прежнем владельце.

— Нечестно! — продолжала хныкать Зеленая. Тем не менее взяла Гаррика за руку и легонько потянула. Тот медлил, оглядываясь на друга.

— Ступай с Празиной, — велела фея. Голос ее звучал вполне полновесно, будто девушка была нормального размера. — И впредь будь благоразумнее, смотри, во что впутываешься. В следующий раз мой Кашел может и не оказаться под рукой!

Она наклонилась, подбоченившись, и показала язык Гаррику.

— Мелли! — в смущении воскликнул Кашел.

Фея взорвалась смехом, одной рукой она махала Гаррику, другой — теребила ушную мочку своего друга.

Празина потянула настойчивее. Ее сестры успели куда-то сгинуть, пока Гаррик не смотрел в их сторону. Отбросив колебания, он пошел вслед за Зеленой нимфой к одной из арок.

— Прощай, Кашел! — крикнул он через плечо. — Приятно было снова встретиться, даже так…

Эх, да как угодно…

Празина остановилась у арочного проема.

— Эта дорога приведет тебя обратно, Гаррик, — вздохнула она. — Путь, которым ты пришел сюда, закрыт… Но в любом случае так будет короче.

Юноша смущенно улыбнулся нимфе. Кашел и его крошечная подружка уже исчезли. Гаррик боялся сказать хоть что-то: а вдруг это снова сделает его несвободным? Поэтому он просто нырнул в коридор, начинавшийся за аркой.

— Прощай, Гаррик! — донесся сзади голос нимфы. — Не сходи больше с тропы!

Он отправился в путь по коридору со стенами из желтой суковатой сосны. С каждым шагом становилось все темнее, приходилось идти ощупью. Но вскоре юноша обнаружил, что многочисленные наросты гриба на дереве излучали слабый фосфоресцирующий свет, который худо-бедно позволял ориентироваться в пространстве.

Гаррик шел по возможности быстро, на ходу придерживая ножны левой рукой. Это получилось у него само собой, инстинктивно — наверное, сказалась привычка, приобретенная Карусом за тысячу лет до того.

Через сотню ярдов дорогу ему пересек еще один коридор: справа, кажется, горели огни, слышалась веселая музычка.

Однако Гаррика на этот раз ничто не могло сбить с намеченного пути. Даже если б он увидел, как за углом убивают его собственную сестру, то и тогда он посчитал бы это иллюзией и продолжил идти в указанном направлении.

Идти и молиться Пастырю, чтоб он не ошибся…

Дойдя до места, где часть свода обвалилась, юноша перебрался через обломки. Среди них он заметил бронзовый шлем и золотой эфес М еча, но само лезвие и кости того несчастного, что носил когда-то меч, исчезли, затерялись в веках.

Светящийся налет грибка теперь скользким ковром покрывал каменные стены. В одном месте Гаррику пришлось перепрыгнуть через трещину в несколько футов, оттуда поднимались горячие серные испарения. Вскоре коридор превратился в туннель, высеченный в скале. На каком-то участке пути поперек него проходила металлическая труба, вибрирующая и холодная на ощупь.

Наконец, впереди показался свет. Облизав пересохшие губы, юноша сдержался, чтоб не сорваться на стремительный бег, и продолжал идти все тем же размеренным шагом. Что-то с пронзительным писком хрустнуло у него под босыми ногами. Казалось, это что-то представляло собой костяной скелет, не одетый мышцами и шкурой.

Туннель привел в большую круглую комнату — должно быть, несколько сот футов в поперечнике. Резкий белый свет лился с потолка, чью высоту Гаррик затруднился определить. Странное дело, само это белое сияние ощущалось как давление.

Юноша остановился и выпустил ножны из рук. Он не мог вспомнить, сколько уже он сжимал меч в ладони. Но, похоже, давно — рука совсем затекла.

Какая-то конструкция непонятного назначения была прикручена к полу. Большая ее часть превратилась в кучу ржавой рухляди, из которой там и сям торчали непонятные трубки с кристаллической субстанцией. Некоторые из них сломались.

Гаррик огляделся: примерно в четверти пути по периметру располагался выход. Юноша с облегчением перевел дыхание. До того момента, как он увидел это прямоугольное отверстие в стене, он боялся, что выхода из его ночного кошмара вообще не существует. Приободрившись, он почти весело зашагал к проему.

За ним коридор расширился, но вскоре оказался почти блокирован скелетом великана. Бедняга, видать, полз из последних сил, прежде чем свалился. Правая рука его была вытянута, пальцы тянулись в сторону круглого зала, из которого вышел Гаррик.

Юноша с трудом протиснулся мимо черепа, составлявшего почти четыре фута в поперечнике. Глазница у великана была лишь одна — где-то в районе переносицы. Трудно сказать, являлось ли это проявлением уродства, или великанам такими и полагалось быть. Кости монстра казались ощутимо тяжелее, чем читалось бы нормальным для человека.

Грудная клетка сохраняла свою целостность. Ее облюбовали себе пауки размером в гаррикову ладонь, они сидели на своей паутине с характерным Z-образным рисунком. Появление юноши вызвало переполох в стане членистоногих. Они закопошились, пытаясь найти себе укрытие среди острых осколков костей позвоночника.

Их мохнатые тела были грязно-желтого оттенка. Свет, падавший из-за спины Гаррика, отражался в четырех парах глаз пауков. Вздохнув поглубже, юноша пошел напролом, разрывая в клочья паутину и внушая себе, что это просто тонкая ткань. Что он вовсе не боится мерзких жирных тварей, градом посыпавшихся ему на шею.

Таков был путь из ночного кошмара. Гаррик возвращался к своим друзьям, шел домой, и никакие страхи не могли ему помешать.

Дальше дорога делала петлю. В полной темноте юноша нащупал у себя под ногами тазовые кости какого-то животного, размером превышавшего слона. Пришлось форсировать и это препятствие. Он спускался с кучи костей, придерживаясь правой рукой за длинный бедренный сустав, когда опора под ногами исчезла. Дальше пола не было.