Злое колдовство - Надежда Первухина

– Я была в ярости.

– Настоящая ведьма никогда не допустит, чтобы ее чувствами владела ярость. Учтите это, Юля. У вас ко мне еще что-то?

– Да. А вы не боитесь меня? Не боитесь того, что я просто сумасшедшая ведьма? И для меня не писаны никакие законы?

– В какой-то степени боюсь, – серьезно сказала Дарья. – Но, знаете, Юля, мой жизненный опыт мне подсказывает, что те, кого боишься, наиболее безопасны. Опаснее всего те, от кого опасности не ждешь. Вам это понятно?

– Понятно. Как приятно поговорить с настоящей ведьмой!

– Ваша тетя – тоже настоящая ведьма. Поговорите с нею. Она поможет вам разобраться в собственной душе.

– Ну нет, – усмехается Юля. – Я не собираюсь исповедоваться. Я ведьма, а не монахиня. Благословенны будьте, Госпожа.

– Благословенны будьте, Юля.

Кристалл начал тускнеть. Юля набросила на него покрывало, отодвинула стул, встала… и тут увидела Анну Николаевну.

– Вы все слышали! – возмущенно проговорила девушка. – Подслушивать – это подло!

– Рыться в чужой Книге Теней – тоже подло, – ответила Анна Николаевна. – Ты воспользовалась моей Книгой Теней, чтобы устраивать свои шалости! Ты лишила меня музыкального слуха! А гномы и грибы! Зачем ты их вызвала?!

– Развлечься хотелось.

– Магии в тебе достаточно, а вот ума не очень, – сжав губы, сказала Анна Николаевна. – Где моя Книга Теней?

– Найдите сами, – лукаво усмехнулась Юля, – тогда и обратно получите. Посмотрим, кто из нас более сильная ведьма.

– Я не собираюсь устраивать никаких дурацких соревнований, – спокойно сказала Анна Николаевна. – Я просто соберу шабаш. Шабаш ведьм сильнее одной ведьмы. Пусть тебя судят сестры, пусть они разбираются в твоем колдовстве.

Анна Николаевна сдержала слово и собрала полный шабаш. Сие мероприятие проходило на Желтом мысу, месте, известном своей оккультной репутацией. Шабаш, естественно, проходил после заката солнца, в пронизанной запахами разогретых трав тьме. Впрочем, тьма была относительной – место ведьмовского собрания освещали десятки свечей, сиявших ярче электрических ламп.

На этот шабаш ведьмы собрались быстро. Всех интересовала молоденькая колдунья с ее безудержной ворожбой. Правда, виновница шабаша задерживалась и, судя по фейерверкам, вспыхивающим то на одном, то на другом конце города, была занята каким-то легкомысленным колдовством.

Но вот наконец появилась и она. Юля летела на помеле, облаченная в вечернее платье из пурпурного бархата и черную кружевную пелерину. Глаза юной головной боли всего города сияли торжеством.

Юля приземлилась и осмотрелась.

– Как мило, – сказала она. – Все ведьмы Щедрого собрались для того, чтобы почтить свою новую Госпожу…

– Как бы не так! – раздались в толпе ведьм возмущенные голоса.

– Нишкни! – грозно прикрикнула на всех Баба Зина Мирный Атом, колдунья от сохи и силосной башни. – Нишкни! А ты, девонька, не надейся, что чтить мы пришли твое колдовское мастерство.

– Ведьмы Щедрого будут судить вас, сестра Улиания, – вышла из толпы ведьма по прозвищу Ивушка Неплакучая. – За все то зло, которое вы натворили.

– Судить? – рассмеялась Юля. – Вы издеваетесь, что ли? Вы забыли, кто я?!

– Нет, не забыли, – выступила вперед и Анна Николаевна. – Ты была порядочной молоденькой ведьмой, не склонной к пакостям. А теперь эти пакости из тебя так и лезут, как крем из эклера. Сестра Улиания, опомнись и вернись к доброму колдовству.

– Да с какой стати? Мне так интереснее! Кто из вас смог бы превратить мэрию в аквариум? Никто! А я смогла! Вы все слабее меня во много раз. Если я захочу, то и вас превращу – например, в курятник с кудахчущими наседками.

– Ах ты нахалка! – возмутилась Баба Зина Мирный Атом.

Как дама в возрасте, Баба Зина более всего не любила молоденьких ведьм-выскочек и всегда при случае ставила их на место. И тут ей представилась очередная возможность…

– А ну проси прощения у всего высокого собрания! – потребовала Баба Зина, подойдя к Юле и неласково взяв последнюю за ухо.

Юля завизжала от обиды и унижения:

– Заколдую! В пень превращу!

– Не выйдет, – спокойно заявила Баба Зина. – Слаба ты супротив земляной магии, одна показуха у тебя на уме. Кайся!

Но Юля, естественно, была чужда покаянным настроениям. Она прошептала какое-то заклинание и превратилась в осу. А осу, как известно, трудно удержать за ухо. Оса бесстыдно укусила Бабу Зину за большой палец и тем самым обрела свободу. Через мгновение Юля снова предстояла пред высоким ведьмовским шабашем полностью экипированная и в человеческом облике.

– Ах мерзавка, ты мерзавка, – возмущалась Баба Зина, баюкая укушенный палец.

– Довольно вам меня оскорблять, – сказала Юля, оглядывая всех ведьм. – Лучше послушайте, что я хочу предложить вам.

– Тоже стать золотыми рыбками? – выкрикнул кто-то из толпы.

– Нет, – усмехнулась Юля. – У меня имеются более интересные предложения. Изяслав Радомирович, материализуйтесь, пожалуйста.

И в ответ на это рядом с Юлей материализовался бывший мэр города Щедрого, колдун-неудачник Изяслав Радомирович Торчков. Как он оказался в одной упряжке с Юлей – непонятно, но факт есть факт.

– Благословенны будьте, ведьмы! – с пафосом воскликнул Изяслав Радомирович.

Глухое ворчание толпы было ему ответом. Господин Торчков не обратил на это ни малейшего внимания и продолжал говорить, напоминая тетерева на току.

– Уважаемые ведьмы, – токовал бывший мэр. – На вас снизошла огромная милость судьбы в лице нашей сестры Улиании. Она заколдовала насквозь коррумпированную, бюрократизированную и косную местную власть и дала возможность новым людям встать у штурвала демократического корабля. Поэтому я предлагаю избрать сестру Улианию мэром нашего города.

На шабаш пало молчание. Однако это молчание было настолько красноречивым, что бывший мэр поспешил добавить:

– Разумеется, выборы мэра пройдут конституционно и демократично, как и положено в нашей стране. Но я, со своей стороны, рекомендую всем вам проголосовать за Юлию Ветрову. С ней вы будете в безопасности.

– А что, существует какая-нибудь опасность? – выкрикнула некая совсем юная ведьмочка и смущенно затерялась в толпе.

– Конечно, существует, – улыбнулась Юля. – Кто знает, кого я решу заколдовать в следующий раз. Но речь не об этом. Я, конечно, буду строга, подобно всякому представителю власти, но я буду и справедлива. Я буду поощрять тех, кто достоин поощрения, и порицать тех, кто достоин порицания. Под моим руководством Щедрый из провинциального захолустного городка превратится в настоящий рай.