Злое колдовство - Надежда Первухина

В дверь Зала Ремесла деликатно постучали.

– Войдите, – приказала Дарья.

В зал вошла пожилая ведьма с несколькими листами бумаги, скрепленными стиплером. Она поклонилась и протянула бумаги Госпоже Ведьм:

– Срочное сообщение из Щедрого, – и растаяла в воздухе, не потрудившись удалиться через прозаическую дверь.

Дарья мельком просмотрела данные ей бумаги. Лицо ее было спокойно, но на щеки лег нездоровый румянец.

– Полюбуйтесь, – проговорила она, закончив чтение. – Эта девица превратила все руководство города в аквариум с рыбками. В городе творится хаос и безначалие. Против этой ведьмы решили встать оборотни и вампиры города, но пока у них ничего не получается – слишком сильна магия, применяемая девушкой.

– Как ее имя? – спросила святая Вальпурга.

– Природное – Юлия, Истинное – Улиания.

Святая Вальпурга помолчала секунду, а затем, молитвенно сложив ладони, проговорила:

– Ведьма, именующая себя Улианией, явись перед очами моими!

– Вы думаете, она вас послушает? – с сомнением в голосе поинтересовалась Дарья. – Ох, если бы.

Дарья как в воду глядела – на призыв святой никто и не явился. Только веял в Зале Ремесла ледяной неприятный ветер и было ощущение, что надо всем дворцом сгущаются тучи.

– Она пренебрегла даже призывом святой! – воскликнул мессир Рупрехт. – Что ж, тем самым она поставила себя вне суда и вне закона. Дорогая, думаю, что пора объявить охоту на эту ведьму. Охоту со смертельным исходом.

– Она очень сильна, я не могу жертвовать своими людьми, – покачала головой Дарья.

– Но ведь как-то надо ее остановить! – воскликнул Сидор. – Иначе она и до меня доберется. А я не могу погибнуть, я ношу в себе Королеву солитеров!

– Кстати, как поживает ее величество? – спросил мессир Рупрехт.

– Благополучно, чего и вам желает, – ответствовал Сидор.

Тут подала голос святая Вальпурга. Она превратила вино в своем кубке в воду и теперь пила эту воду, видимо ею наслаждаясь. Еще бы – семьсот лет жажды! Святая отставила кубок в сторону и заговорила:

– Если ведьма Улиания пренебрегла моим призывом и не явилась на разбирательство по своему делу, мне остается только одно: самой отправиться в тот город, где она творит свои бесчинства.

– Я с вами, госпожа, – сказала Дарья.

– Нет, милое дитя. Я вижу, что вы беременны, в вашем состоянии вредны длительные и не слишком веселые путешествия. Вот если бы вы дали мне в спутники своего супруга…

– Я почту за честь сопровождать вас, куда бы вы ни направились, госпожа, – сказал мессир Рупрехт.

– Да, Рупрехт, придется тебе, видно, – вздохнула Дарья. – Но будь осторожен – она очень сильна. И еще. Скорее всего, она взяла в заложницы мою сестру, потому что от той нет никаких вестей. Я передам тебе несколько заклятий оборонной магии, еще кое-какую траву…

– Как скажешь, дорогая.

– А что насчет меня? – спросил Сидор. Он наелся, и теперь его голова торчала над столом как некое специфическое украшение. – Я остаюсь во Дворце Ремесла?

– Да, Сидор, остаетесь, – успокоила его Госпожа Ведьм. – Никто не собирается бросать вас на растерзание Юлии Ветровой, уж поверьте.

– Слава святой Вальпурге! – радостно воскликнул Сидор. – Вы добрые люди, ведьмы, вы не дадите в обиду несчастного человека.

С этими словами несчастный человек нацедил себе из бутылки пятидесятилетнего коньяку и выпил за всеобщее здоровье.

– Итак, святая, вы отправляетесь в Щедрый?

– Да.

– Будьте осторожны.

– С тем, кто проспал семь столетий, вряд ли может случиться что-то ужасное. Единственное, чего я хотела бы в ближайшие минуты, – это помыться и переодеться.

– Сейчас все будет, – заверила высокую гостью Дарья.

Закончился обед. Дарья отвела святую Вальпургу в отведенные для нее покои и лично помогла той разоблачиться и принять ванну. Тело святой нисколько не пострадало от времени, кожа была прекрасна и свежа, свежее даже, чем у Дарьи.

Покуда Вальпурга наслаждалась ванной, герцог Рупрехт изучал старые манускрипты по ведовству, стараясь выцепить из них какие-нибудь полезные боевые и охранные заклинания. Рупрехт был сильным магом, но подозревал, что Юля Ветрова согнет его в бублик, если он не подготовится к встрече с ней должным образом.

А Сидор Акашкин снова шатался по дворцу в непосредственной близости от кабинета своей возлюбленной Денизы. Наконец не вытерпел и вошел, даже забыв постучаться.

– А, господин Акашкин! – приветствовала его Дениза. – У вас ко мне какое-то дело?

У Сидора отсох язык. Дениза смотрела ему в душу своими дивными очами, и он не мог вымолвить ни слова, как студент, безнадежно заваливающий экзамен.

– Дениза, – выдавил он.

– Да, господин Акашкин?

– Дениза, я вас… прошу.

– О чем же?

– Погадайте мне по руке, – ляпнул Акашкин первое, что пришло в голову.

– Погадать по руке? – рассмеялась Дениза. – Но я вообще-то не хиромантка, мои интересы и профессиональные увлечения связаны совсем с другой областью.

– И все-таки, – занудил Сидор. – Мне сказали, что у меня линия жизни короткая. Я теперь спокойно спать не могу!

– Бедный, – улыбнулась Дениза, и от этой улыбки Сидор внутри словно бы заискрился, будто елочный шар. – Хорошо, давайте вашу руку. Но предупреждаю: я давно не практиковалась в хиромантии.

– Это ничего, – севшим голосом сказал Сидор и мысленно застонал, едва его рука оказалась в мягких, чутких ладонях Денизы.

Дениза внимательно рассмотрела ладонь Сидора и сказала:

– Все в порядке, господин Акашкин. И линия жизни и линия судьбы у вас нормальные. А бугор Венеры какой! Человеку с таким бугром Венеры просто не о чем беспокоиться.

– Например? – просипел Акашкин. Он уловил аромат, исходящий от волос Денизы, и голова его опасно закружилась.

– Например, – улыбнулась Дениза, – у вас все в порядке будет с личной жизнью. Ваша избранница ответит вам взаимностью, не сомневайтесь.

– Но если она даже ничего не знает!..

– Узнает и тогда ответит. Ну же, господин Акашкин, взбодритесь, не надо так уныло смотреть на жизнь. Все у вас будет хорошо. А теперь ступайте, у меня еще масса дел, мне некогда заниматься такими пустяками, как хиромантия.

Сидор попрощался и, выйдя из кабинета, пошел куда глаза глядят. Надо сказать, глядели они у него в правильном направлении, потому что через полчаса бесцельных блужданий Сидор набрел на дверь с манящей надписью: «Приворотные зелья. Склад № 2».