Магия побеждает - Илона Эндрюс

Нахмурившись, я уставилась на сверток. Он лежал на грязной лестничной площадке перед новой дверью – старую пришлось заменить после того, как ко мне ворвался демон. В этом районе я создала себе репутацию сумасшедшей суки с клинком из квартиры 32В. Я тщательно выстраивала эксцентричный образ, но понимала, что оставленную без присмотра посылку должны были украсть через пару секунд после того, как она тут очутилась.

Возможно, ее заминировали.

Я вытащила Погибель из ножен. Свет, падающий сквозь грязное окно, коснулся гладкого, практически белого металла сабли, добавив лезвию перламутрового блеска.

Я ткнула кончиком «Погибели» посылку и на всякий случай отвернулась.

Ничего.

Сверток продолжал спокойно лежать. Да-да, но стоит мне его поднять, как из него выскользнут острые ножи и порежут мои руки на ленточки.

Сев на корточки, я перерезала шнур, скрепляющий бумагу, и осторожно сдвинула ее в сторону, обнажив зеленый шелк и маленькую карточку.

«Пожалуйста, позвони мне. Сайман».

Я выругалась и забрала сверток в квартиру. На автоответчике – ни одного сообщения. Даже от Дерека.

Я разорвала бумагу и бросила содержимое на кровать. Пара широких шелковых светло-пурпурных штанов, зеленые балетки и аозай, длинная, летящая вьетнамская одежда, нечто среднее между туникой и платьем.

Одежда выглядела изысканно, особенно аозай, скроенный из шелка цвета папоротника и расшитый светло-зелеными и крошечными пурпурными точками.

Я взяла телефон и набрала номер Саймана.

– Привет, Кейт.

– Какую часть «без свидания» ты не понял?

Послышался едва различимый вздох:

– Если ты не была на Играх, то сложно описать их атмосферу. Это удивительно жесткое и жестокое место. Нормальные границы разумного на турнире не применимы. Холодные головы там не в чести, народ горит, желая доказать свое физическое мастерство. Ты – привлекательная женщина, Кейт. Если придешь одетая, как прошлой ночью, то на нас набросятся участники. Думаю, мы оба согласны, что не нужно привлекать к себе внимание.

В его словах определенно был смысл.

– Я выбирал наряд с осторожностью, – добавил он. – Одеяние дает полную свободу передвижения. В нем ты будешь похожа не на телохранителя, а на…

– Эскортницу?

– Спутницу. Пожалуйста, будь разумной, Кейт. На одну ночь сыграй Эмму Пил для моего Джона Стида.

Я понятия не имела, о ком он говорил.

Голос Саймана смягчился, в нем появились теплые бархатные нотки.

– Я имел в виду персонажей одного старого английского телесериала. Он назывался «Мстители», агенты разведки, дорогая. Если тебе неудобно, я понимаю. Мы всегда можем пересмотреть условия нашей сделки.

Он так явно намекал на «пересмотр», чтобы даже профессиональная девушка по вызову покраснела.

– Сделка есть сделка, – ответила я.

Лучше расплатиться здесь и сейчас. Я-то уж точно не хочу быть в долгу перед ним, о чем Сайман прекрасно знал.

И снова он меня перехитрил.

– Зеленый – твой цвет, – примирительно проворковал он. – Аозай я выбрал специально для тебя. Он тебе будет к лицу.

Я в этом не сомневалась. Наверняка он принял мой облик и примерил.

– Я постараюсь.

– Заеду в десять. И, Кейт, может, чуть-чуть макияжа…

– Не хочешь помочь мне выбрать нижнее белье? – Сарказм свистел прямо над его головой.

– Я бы с радостью. И хоть мне бы очень хотелось увидеть тебя в открытом бюстгальтере балконет, боюсь, в данном случае мне придется остановиться на бесшовном белье, лиф которого плотно стянет твою грудь… Возможно, мне стоит приехать заранее и посмотреть, что у тебя есть…

Я повесила трубку. Вечеринка в трусиках с Сайманом. Никогда даже в самых безумных мечтах.

Восемь часов спустя я сидела в машине Саймана и думала, что он оказался прав. Хотя зеленый шелк и обнял мою грудь, не оставляя абсолютно никаких сомнений в том, что я женщина, внизу платье расширялось. Два разреза по бокам начинались на дюйм ниже брючного пояса. Под широкий клеш я спрятала защитные напульсники, которые заполнила серебряными иглами. К сожалению, мне некуда было убрать саблю.

Ну и ладно. Я не против нести Погибель. Сайман распахнул передо мной пассажирскую дверцу. Сегодня вечером метаморф выбрал мужское обличье – это был высокий тип средних лет (хотя обычно Сайман предпочитал выглядеть пониже и помоложе). Однако стильность и лоск оставались при нем, как и всегда. Сайман был в темном костюме и черной водолазке. Черты лица – крупные и четкие, патрицианский нос, мощный подбородок, широкий лоб, светло-карие глаза под густыми седыми бровями. Ровно подстриженная грива платиново-седых волос обрамляла выразительное лицо.

В правой руке он держал длинную черную трость с наконечником в форме серебряного дракона.

От моего спутника исходила аура богатства, улучшая его облик, словно слой лака. От него пахло деньгами и престижем. Его голос был эквивалентом дорогого кофе, насыщенного, однородного и с пикантной горчинкой.

– Кейт, боюсь, саблю лучше оставить.

– Нет.

– Оружие запрещено везде. Кроме самой «Ямы». Тебя не пропустят внутрь.

Дерьмо.

Я вздохнула и положила Погибель на переднее сиденье.

– Оставайся здесь. Охраняй машину.

Сайман захлопнул дверцу.

– Клинок разумен?

Нет, но мне нравилось делать вид, что это так.

В руке метаморфа щелкнул пульт дистанционного управления. Автомобиль ответил странным перезвоном.

– Что еще такое?

– Моя система безопасности. Советую не трогать мое имущество. Идем?

Он предложил мне свой локоть. Я положила пальцы на руку Саймана. Сделка оставалась сделкой. Я стала его эскортом на эту ночь.

По крайней мере, я была одета соответствующе. Волосы скручены в пучок и закреплены парой деревянных шпилек. И я слегка накрасилась, чтобы «быть в теме». Платье добавляло мне экзотики, а темные тени на веках вносили интригу в мой облик.

Милашкой мне не светило быть в любом случае, но впечатлить я могла.

Прямо перед нами высилось массивное здание. Высотой в три этажа, оно было выстроено из кирпича в форме овала и растянулось в ночи так, что казалось бесконечным. Здания такого размера – редкость в Атланте.

Что-то меня насторожило.

– Здесь есть что-то еще?

– Холодильная камера. Раньше тут находился каток Атланты. Очевидно, мы кое-что изменили.

Я переварила это «мы».

– Ты – член Совета, Сайман?